Университеты первого поколения: история и современность

Введение. В современном обществе изменения протекают с нарастающей скоростью, это относится и к сфере высшего образования. Так, если эпоха обучающих университетов (U1.0) продлилась 6 столетий (XIII-XVIII вв.), исследовательских (U2.0) – менее 2-х столетий (XIX-XX вв.), то предпринимательские университеты (U3.0), вышедшие на историческую сцену в последней четверти ХХ в., в настоящее время активно трансформируются в университеты 4-го поколения (U4.0) – инновационные, цифровые, глобальные. Происходящие трансформации в высшей школе требуют адекватного осмысления и оценки. Представляет научный интерес изучение наследия университетов первого поколения – колыбели европейского высшего образования в контексте перехода от U1.0 к U3.0.

Основные задачи исследования:

1) уточнение характерных особенностей университетов первого поколения и проверка проявления данных особенностей в вузах исторических эпох, предшествовавших Средневековью; 2) анализ отличий между университетами U1.0 и U2.0 по признаку научно-исследовательской деятельности и между университетами U1.0 и U3.0 по признаку экономической деятельности; 3) выявление педагогических, методических и организационных подходов, эффективно применявшихся университетами U1.0, сохраняющих актуальность в аспекте управления современным вузом.

Результаты исследования. Университетами первого поколения принято считать высшие учебные заведения средневековой Европы. До их появления образовательные учреждения существовали в виде церковных школ - приходских, монастырских и кафедральных, а также светских - гильдейских, муниципальных и частных городских. На рубеже XI-XII вв. начался процесс упорядочения деятельности кафедральных школ в соответствии с указом Папы Григория VII (1079 г.). Следствием этого стала трансформация учебных заведений при епископских кафедрах в крупных городах в первые европейские университеты.

Ранее всего они начали деятельность в Италии (Болонья, 1088 г.), Англии (Оксфорд, 1096 г.) и Франции (Париж, 1150 г.). Затем процесс создания вузов продолжился в последующих веках и охватил практически все европейские страны: Испанию (Саламанка,1218 г.), Португалию (Коимбра, 1290 г.), Чехию (Прага, 1348 г.), Польшу (Краков, 1364 г.), Венгрию (Печ, 1367 г.), Германию (Гейдельберг, 1386 г.) и др. К началу XV в. на европейском континенте насчитывалось около 60 университетов, а к концу столетия их число достигло 86 [5, с. 36-48].

Как правило, университеты U1.0 имели 4 факультета – артистический, юридический, богословский и медицинский. В XII-XIII вв. преподавателей называли магистрами, а обучающихсяшколярами (от лат. schola - школа), студентами их стали называть позднее. На артистическом факультете изучали семь «свободных искусств»: грамматику, логику и риторику (тривиум), а также арифметику, геометрию, астрономию и музыку (квадривиум). На латыни тривиум означает перекресток трех, а квадривиум – четырех дорог соответственно. Тривиум в Средневековье был общим названием гуманитарных, а квадривиум – точных наук, при этом музыка в нем изучалась не с точки зрения красивой последовательности звуков, но как математический инструмент создания гармонии. Дополнительно изучались философия Аристотеля (физика, метафизика и философия морали), а также логика. После прохождения курса тривиума и сдачи экзамена обучаемые получали степень бакалавра искусств, а после квадривиума – магистра. Особое значение придавалось овладению логикой, без которой полноценное освоение всех прочих дисциплин счита- лось невозможным. В ряде университетов (Париж, Оксфорд и др.) факультет искусств считался базовым (подготовительным), поступление на «старшие» (высшие) факультеты было возможно только после его окончания. Студенты-теологи изучали догматику, литургику, церковную историю, Священное писание, святоотеческое наследие и др., юристы - римское и каноническое право, медикианатомию и фармацею, а также труды Гиппократа, Авиценны, Галена и др. Сроки обучения в университетах первого поколения были значительными – в среднем от 6 до 16 лет в зависимости от направления подготовки. Так, степень бакалавра искусств в некоторых университетах студент мог получить за 2 года. Для продолжения образования он должен был в течение 2-х лет ассистировать магистру, после чего получал статус лиценциата (лат. licentio docendi - право на преподавание). Полный курс обучения на магистра искусств занимал 5-7 лет, при этом степень не могли получить лица моложе 21 года. На медицинском факультете минимальный срок обучения составлял 5 лет плюс 1 год практики (Салерно), а на теологическом - 8 лет (Париж), в среднем же обучение на «старших» факультетах занимало 7-8 лет, после чего выпускники получали степень доктора. С учетом предварительного обучения на факультете искусств подготовка доктора права, медицины или богословия занимала не менее 12-14 лет, но могла продлиться и 20 лет. Если учитывать, что средняя продолжительность жизни в Европе в XIV в. составляла около 40 лет, то пословица «Век живи – век учись» очень точно отражала реалии времени. Студенты глубоко погружались в учебный процесс, занимавший практически весь день: ординарные (обязательные) лекции читались от рассвета и до 9 часов утра, экстраординарные (дополнительные) - с 6 до 10 часов вечера, время между ними заполнялось диспутами. Обучение - исключительно очное, ни очно-заочная, ни заочная, ни тем более дистанционная форма не применялись, поскольку наилучшее усвоение учебного материала обеспечивают аудиторные занятия [13, с. 99-103].

Во всех университетах Европы, имевших практически одинаковый набор факультетов, преподавание велось на латыни (в условиях современности ее заменил английский язык), форма занятий также была унифицирована - лекция и диспут (у медиков – еще и практические занятия). Это позволяло школярам свободно перемещаться из одного университета в другой, нередко – вслед за популярным профессором. Предоставление такой возможности студентам отечественных вузов было одной из целей вхождения России в Болонский процесс, однако на практике ее достижение оказалось нереалистичным. Смена страны не создавала дискомфорта – в каждом университете формировались землячества, объединявшие студентов по национальному признаку.

Так, по 4 землячества насчитывали университеты Парижа (французское, нормандское, пикардийское и английское) и Лейпцига (мейссенское, саксонское, франкское и польское). Студенты Болонского университета делились на цитрамонтанов (citramontanes - итальянцев) и ультрамонтанов (ultramontanes - иностранцев, прибывших из-за Альп). Фактически их обучение вели 2 самостоятельных университета – Цизальпийский и Трансальпийский (Cisalpine и Transalpine), насчитывавших 18 и 17 землячеств соответственно [6, с. 81-93].

Организационная структура университетов U1.0 отличалась от современной незначительно. Поскольку университеты сформировались из кафедральных школ, первоначально полнотой власти в них обладал канцлер, назначаемый епископом из числа клириков. Однако со временем должность канцлера становится выборной. Так Оксфордский университет с 1214 г. управлялся канцлером, избираемым на непродолжительный срок, и лишь с XV в. избрание стало пожизненным. В тех случаях, когда канцлер оставался назначаемой фигурой, его полномочия постепенно ограничивались, сводясь в итоге к функции посредника между университетом и церковной властью. Реально же управление университетом осуществлял ректор, избиравшийся из профессоров университета. Процедура выборов могла быть различной: чаще всего землячества избирали по одному представителю от каждой «нации». В свою очередь, представители выбирали 5 выборщиков, решавших вопрос о кандидатуре ректора (Париж). Однако ректор мог избираться и управляющим сенатом университета (Фрейбург, Тюбинген, Виттенберг), и даже общим собранием с голосованием по факультетам (Ингольштадт) - [16, с. 224-238]. Также ректор мог избираться главами студенческих «наций» (прокураторами) и руководством факультетов (деканами). Наиболее демократичной была процедура в Болонском университете - ректоров Цизальпины и Трансальпины избирали сами студенты. Землячества цитрамонтанов и ультрамонтанов выдвигали своих кандидатов, вели агитацию и проводили выборы путем голосования.

Требования к потенциальному ректору во всех европейских университетах были едины: кандидат должен быть не моложе 25 лет, холост, посвящен в клирики (но не в монашество) и вести добродетельную жизнь [3, с. 6-14]. Выбирали ректора первоначально на срок до трех месяцев, позднее срок пребывания в должности был продлен до 1-2 лет. При этом в ряде университетов 5 действовало правило, что однажды избранный ректор мог заступить на должность повторно лишь после 3-х летнего перерыва (Париж). При ректоре формировался совещательный орган - совет университета. Его члены (советники) избирались школярскими землячествами («нациями»), впоследствии их полномочия перешли к профессорам. В Парижском университете советники в количестве 16 человек назначались ректором из списка кандидатов, предложенных землячествами. Все важнейшие проблемы деятельности университета обсуждались на заседаниях совета. Поправки и дополнения в статут (устав) университета могли вноситься строго после рассмотрения компетентными по профилю предлагаемых изменений советниками и последующего обсуждения и утверждения советом.

Во главе факультетов стояли деканы, в их избирании участвовали только факультетские магистры, процедура избрания – открытое голосование, срок избрания – 1-2 года. Статус декана в факультетской иерархии разных университетов мог различаться. Так, в Париже новоизбранный декан приносил клятву верности старейшему из магистров (докторов), а в Праге магистры присягали декану [2, с.142-147]. Декан занимался администрированием и организацией учебного процесса, его помощником являлся нунций факультета (от лат. nuntius – вестник), доводивший решения декана до сведения всех преподавателей.

Кроме того, в обязанности нунция входил контроль над процедурой избрания декана факультета. Как и при ректоре, при декане формировался совет - совещательный орган факультетского уровня. Обычно в его состав входили все магистры (на факультете искусств) или доктора (на «старших» факультетах). Также на факультетах имелись кафедры (от греч. καθέδρα – место заседания), но в отличие от современных, они не являлись структурными подразделениями, а обозначали единицу финансирования, сохраняя это значение вплоть до XIX в. Так, в Парижском университете XIII в. теологию преподавали монахи различных орденов - цистерцианцы, премонстранты, тринитарии, братья проповедники (доминиканцы), меньшие братья (францисканцы). При этом каждый орден занимал собственную кафедру [8, с.31-48]. В современном представлении об организационной структуре университета все эти кафедры были бы объединены в общее структурное подразделение. Характерно, что представители двух первых орденов вели затворнический образ жизни, а остальных были странствующими проповедниками, посещавшими многие страны, причем не только европейские. Так, в XIII в. францисканцы имели миссии в Палестине, Монголии, Китае и пр. Таким образом, при преподавании богословских дисциплин гармонично сочетались аскетический опыт анахоретов и широта представлений странников о внешнем мире. В современных условиях процент привлеченных к преподаванию профессоров-иностранцев является важным критерием конкурентоспособности университета и существенно влияет на позицию, занимаемую вузом в авторитетных мировых рейтингах [17, с.1-282].

Университеты первого поколения: общее и особенное в историческом контексте развития высшей школы. Термин «университеты первого поколения» может восприниматься как косвенное указание на то, что до средневековой Европы подобные структуры в образовательной практике не встречались. Проверить это утверждение можно, рассмотрев высшие учебные заведения предшествующих исторических эпох. Наиболее известные из них представлены в табл.1, материалы которого позволяют сделать следующие выводы.

1. Программа обучения университетов первого поколения практически идентична применявшейся в учебных заведениях Древней Греции, Рима и Византии. Это закономерно, т.к. учебный процесс средневековых университетов строился в основном на классическом наследии ученых античности. Труды Аристотеля использовались при изучении философии, логики и физики, Птолемея и Евклида – математики и астрономии, Гиппократа и Галена - медицины и пр. 2. Программы высших школ Индии и Китая существенно шире: в дополнение к стандартному набору гуманитарных, естественных и точных наук они включают такие дисциплины как психология, государственное администрирование, экономика и пр. Тому есть объективные причины: население Китая в эпоху империи Хань (202 г. до н.э.- 220 г. н.э.) достигало 60 млн. чел. и проживало в 13 провинциях. Для сравнения: в то же время население Греции (материковой и островной) составляло 4,5-5 млн. чел., что примерно соответствует лишь одной китайской провинции. Очевидно, задача подготовки квалифицированных администраторов в Китае была очень актуальна и решалась в академиях Хундумэньсюэ и Тайсюэ. Для культуры Индии характерно большее стремление к духовному, нежели к материальному, поэтому в программе высших учебных заведений изучались психология (Тантра), гносеология (Веды), искусство и пр. 3. На первый взгляд, иудейские высшие школы имели исключительно религиозный характер, и преподавались в них только богослов- ские дисциплины. Однако при этом необходимо иметь в виду, что жизнь Избранного народа на протяжении всей его истории строилась на основе заповедей Торы, число которых доходило до 613: 248 предписательных – «делай» (по числу органов человеческого тела) и 365 запретительных – «не делай» (по числу дней в году). В комплексе они представляли собой развернутое руководство в сфере философии, нравственности, медицины, юриспруденции, экономики, социологии, политики и пр. Эта традиция сохранилась и в современности: после Второй мировой войны и Холокоста теолог и философ Э. Факенхайм (1916-2003 гг.) сформулировал 614-ю заповедь – «Не даровать посмертных побед Гитлеру». Комментарии к Торе наряду с рекомендациями нравственного и правового характера содержат также сведения из естественных и точных наук (о движении небесных тел, о порядке сельскохозяйственных работ, о системе мер и весов и пр.). Поэтому можно утверждать, что иудейские религиозные школы, работавшие как в Палестине, так и в рассеянии (Вавилония) вполне соответствовали уровню высших учебных заведений своего времени.

4. Разнообразие названий рассмотренных учебных заведений (школы, академии, университеты, коллегии и пр.) не являются признаком существенных различий в их организационной структуре и базовых принципах функционирования, а лишь следствием терминологической неопределенности в историографических трудах. Цель же всех перечисленных школ - подготовка интеллектуальной элиты, способной решать наиболее важные проблемы социума.

За счет формирования интеллектуальной элиты университеты первого поколения играли роль мощных «социальных лифтов» своего времени. В Средневековье благородные сословия (нобилитет) пользовались рядом привилегий:

освобождались от уплаты налогов и телесных наказаний, имели право носить оружие, могли участвовать в управлении государством и пр. Традиционно к нобилитету относились дворянство и духовенство, при этом первое сословие характеризовалось «благородством по рождению», имевшим наследственный характер. Формально на духовенство «благородство по рождению» не распространялось, однако в священный сан посвящались чаще всего дети клириков благодаря большим возможностям получения необходимого образования. Кроме того, обычной стала практика передачи по наследству не только профессии служителя культа, но также и места служения, т.е.

церковного прихода. Для пресечения этого явления Папа Римский Григорий VII в 1074 г. установил безбрачие католического духовенства. Однако традиция сохранения за привилегированными семействами высоких церковных должностей сохранялась еще долго. Так, семья Ришелье владела правом на епископскую кафедру Люсона. С нее начинал в 1608 г. свою карьеру Первый министр при дворе Людовика XIII и фактический правитель Франции Арман Жан дю Плесси (герцог де Ришелье).

Как альтернатива родовой аристократии, в средневековых университетах формировался «нобилитет интеллекта» из людей благородных не по рождению, а по образованию и знаниям. Согласно представлениям того времени, магистры являлись людьми «благородными вдвойне», т.е. почитавшимися как светской, так и церковной властью. Церемония получения степени магистра предусматривала совершение символического омовения как и при посвящении в рыцари. Магистры освобождались от уплаты налогов, студенты – от несения военной службы [6, с.81-93]. Однако предпосылки формирования интеллектуальной элиты в университетах первого поколения и в античных высших школах кардинально отличались, поскольку последние создавались по указу императора и предназначались для обслуживания верховной власти и чиновничьего аппарата.

Так, инициатором создания Афинской школы философии был Марк Аврелий, Магнаврской высшей школы в Константинополе - Феодосий II, академии Тайсюэ - Хань Хань Гаоди и т.д. Напротив, университеты средневековой Европы появлялись в городах как одна из социально-необходимых и свободных форм, необходимых для обеспечения полноценной жизни муниципальных коммун [8, с.31-48].

Другой особенностью университетов первого поколения был цеховой принцип иерархии в них как естественное следствие формирования в городской среде. В жизни городских коммун средневековой Европы важную роль играли профессиональные объединения ремесленников – цеха. Они стали формироваться в Италии в IX-X вв., во Франции - в XI в., в Германии и Англии - в XII-XIII вв. В итоге, к XIV веку цеховые структуры достигли высшей точки развития и выполняли множество функций. Они защищали права и интересы своих членов (включая социальную защиту), регулировали производство (устанавливали стандарты качества, объемы выпуска, цены и пр.), вели профессиональное обучение, участвовали в городском самоуправлении, формировали военное ополчение, в мирное время занимавшееся поддержанием правопорядка и пр. Цеха занимали целые микрорайоны в городской застройке, о чем 5 свидетельствуют сохранившиеся до наших дней топонимы: площадь Ювелиров в Сантьяго-де-Компостела, квартал Ткачей в Париже, улица Оружейников в Милане, улица Скорняков в Лондоне и пр. Сообразно духу времени университеты представляли собой профессиональные объединения (цеха) ученых, имевших соответствующую иерархию: мастера - магистры, подмастерья - бакалавры и ученики – школяры. Цеховая иерархия распространялась и на факультеты – факультет свободных искусств считался «младшим» или подготовительным, поступление на «старшие» факультеты (медицинский, богословский и юридический) было возможно лишь после успешного его окончания [16, с. 224-238].

Научно-исследовательская деятельность университетов первого поколения. Принято считать университеты U1.0 «обучающими», а U2.0 – «исследовательскими». При этом подразумевается, что первые занимались исключительно передачей знания от учителя к ученику, а вторые – генерировали новые знания за счет совместной исследовательской работы профессоров и студентов. По мнению авторов, такой подход не вполне корректен. Бесспорно, средневековые университеты строили свои программы обучения в основном на классическом наследии античной науки, однако в них активно велись научные исследования [14, с. 143-147], в т.ч. и с привлечением студентов [12, с. 23-28]. В таблице 2 представлены лишь некоторые из значительных открытий в естественных и точных науках, сделанных в университетах первого поколения. Достижения в сфере теологии не приводятся в силу того, что РФ является светским государством, в котором сфера образования и религия разделены. Для более корректной оценки ситуации временной интервал ограничен рубежом XVI-XVII вв., т.к. уже к началу XVIII столетия в Европе начало активно развиваться индустриальное производство, послужившее стимулом к появлению U2.0. Поэтому авторами не включены в таблицу великие открытия Декарта, Ньютона, Лейбница, Гюйгенса, Бойля и пр. Табличные материалы свидетельствуют о следующем:

1. На всем рассматриваемом временном интервале и практически во всех странах Западной Европы профессурой университетов совершались значимые научные открытия. Они охватывали самые различные области науки (медицина, физика, химия, математика, астрономия и пр.) и обеспечили на этих направлениях прорывы в области как фундаментального знания (представления об устройстве мира), так и прикладного (техника, технологии).

2. Результаты научных исследований послужили «точками роста» знания, иногда значительно опережая свое время. Так, Бэкон на основе своих оптических опытов создал концепцию телескопа, а реализовать его идею на практике смог Галилей спустя 300 лет. Коперник обосновал теорию всемирного тяготения, а аналитически описал соответствующий закон Ньютон через 200 лет. Открытая XIII в. последовательность Фибоначчи используется в современной криптографии для генерации псевдослучайных чисел и т.д. С другой стороны, теория треугольников и сферическая геометрия Региомонтана, а также его таблицы положения звезд быстро нашли практическое применение в мореходной астрономии. Его разработками для определения широты и долготы своего положения на море пользовались Бартоломеу Диаш, Васко да Гама, Христофор Колумб, Америго Веспуччи и другие герои эпохи Великих географических открытий.

3. Профессора того времени не ограничивалась получением образования в одной научной школе, как правило, они заканчивали 2-3 университета в разных странах, а Коперник – даже 4. Такой подход существенно расширял круг научных представлений ученых.

Аналогичная картина наблюдается и относительно преподавания - на протяжении профессиональной карьеры профессора работали в нескольких университетах и странах.

Тем самым обеспечивалось разносторонность образования, получаемого студентами.

4. Университеты предъявляли очень высокие требования к уровню образования своих преподавателей. Так, знаменитый математик Виет работал как частный репетитор Катрин де Партене, у отца которой он состоял личным секретарем. Преподавать в университете ученый не мог, т.к. свое образование завершил получением степени бакалавра. Выше говорилось о том, что лицензию на право преподавания получали лиценциаты, а в аудиторию к студентам допускались лишь магистры и доктора.

5. Профессора эпохи U1.0 были универсальными учеными, компетентными в самых разных областях знания. Так, Бэкон известен в основном своими естественнонаучными открытиями, но высшей формой знания признавал теологию, считая необходимым освободить ее от схоластических представлений и опираться на данные Библии, тщательно изучая особенности языка первоисточников.

Коперник обучался свободным искусствам в Кракове, медицине – в Падуе, юриспруденции – в Болонье и Ферраре, где и получил степень доктора канонического права. Галилей начинал образование как медик, но позднее увлекся математикой и астрономией. Эта универсальность – следствие того, что теологи, юристы и медики прежде изучения специальных предметов получали серьезные познания по гуманитарным, естественнонаучным и точным дисциплинам на факультете свободных искусств. Гносеология того времени постулировала, что изучение метафизики позволяет познать природу вещей, после чего узкоспециализированные знания могут быть получены на основе представлений о целостной картине мира. В настоящее время сложно представить себе выпускника юридического, медицинского или философского факультета университета 3-го поколения, имеющего глубокие знания по физике, математике, географии, астрономии и пр., а жаль – широта кругозора облегчает решение сложных профессиональных задач [10, с.73-80].

Экономические аспекты деятельности университетов первого поколения. Вопрос совершенствования оплаты труда преподавателей, остро стоящий в современной высшей школе [15, с.531-538], был актуален и для университетов Средневековья. Механизм формирования фонда зарплаты в эпоху U1.0. был смешанным, поскольку профессора получали жалование как от светской и церковной власти, так и за счет платы, взымаемой со школяров. Так, в начале XV в. курсы метафизики и физики студенты Болонского университета могли прослушать за 25 болонских солидов (сольдо), метеорологии – за 15 сольдо, логики – за 15-20 сольдо т.д. Некоторые дисциплины могли стоить существенно дороже, например, курс «О животных» оценивался в 40 сольдо. Статутом университета не допускалось повторное взимание платы за обучение по одному и тому же предмету [2, с. 142-147]. Платные образовательные услуги не являются изобретением новейшего времени, их стоимость зависит от престижности вуза, говоря современным языком – от его позиции в университетском рейтинге. Однако порочная практика навязывания студентам дополнительных образовательных услуг (столь популярных в наше время ДОПов) пресекалась руководством университета. Если профессор не мог довести содержание дисциплины до школяров с первого прочтения лекционного курса, он «наказывался рублем», или вернее сольдо. Этот подход, практиковавшийся в «темном средневековье» неплохо было бы практиковать и в «просвещенном постиндустриальном обществе», поскольку масштабы ДОПов в некоторых современных вузах просто неприличны [17, с.1-282].

Корректно сопоставить стоимость обучения XV в. в университете Болоньи и в вузах России в ХХI в. затруднительно, однако в первом приближении можно исходить из того, что на один сольдо в Италии то время можно было приобрести один фунт говядины либо сливочного масла. В текущих отечественных потребительских ценах это соответствует примерно 300 рублям. Таким образом, границы стоимости одного лекционного курса (15- 40 сольдо) лежат в пределах 4,5-12 тыс. руб. (в среднем порядка 8 тыс. руб.). Некоторое представление об общем числе лекционных курсов дает учебный план Болонского университета 1405 г. Студенты факультета «свободных искусств» на первом году обучения прослушивали лекции по «Физике» Аристотеля, а также по его трудам «О возникновении и уничтожении», «О сне и бодрствовании». Вместе с ними изучались «Физиогномия» Псевдоаристотеля, «Алгоритм» (арифметика) и «Геометрия» Евклида, астрономические таблицы Кастильского короля Альфонса Мудрого и теория планет. На втором году студенты продолжали изучать труды Аристотеля - «О дыхании», «О небе», «Метеорология», «Об ощущении и ощущаемом», а также Аверроэса – «О субстанции мира», «О памяти и воспоминании», «О дыхании». В рамках курса астрономии школяры продолжали знакомство с трудами Евклида, а также с «Трактатом о сферах Вселенной» Джона Голливуда и с «Правилами» Иоанна Линерия по работе с астрономическими таблицами. На третьем году изучались труды Аристотеля «Метафизика», «О душе», «Книга I» и «Книга II». Кроме того, читались лекции по «Введению в астрологию» Алькабитнуса, математическим трактатам «Сентилохиум» и «Тетрабиблос» Птолемея, «О бесплодности не видимого» Уильяма из Англии, а также по трудам Евклида [9, с.103- 115]. Итого на первом году обучения – 8 лекционных курсов, на втором – 11 и на третьем – 9, всего 28 курсов, причем список может быть неполным. Заметим, что современные планы подготовки бакалавров предусматривают изучение примерно 10 предметов в год [17, с.1-282], что очень близко к показателю Болонского университета. При этих условиях оценка годовой стоимости обучения составит около 80 тыс. руб. в реалиях настоящего, причем данная сумма учитывает только плату за лекции. С учетом практических занятий и промежуточной аттестации она может увеличиться вдвое, т.е. до 160 тыс. руб. Для справки: средняя годовая стоимость обучения по очной форме в 5 отечественных вузах в 2025 г. составляла 200,8 тыс. руб. [19], т.е. показатель для России и Болоньи имеет примерно одинаковый порядок величины.

Корректно ли противопоставление университетов U1.0 и U3.0 как «обучающих» и «предпринимательских». Считается, что последние активно формируют инновационную «экономику знаний», обеспечивающую оперативную трансформацию результатов совместной работы профессуры и студентов в реальные бизнес-проекты. Анализ деятельности университетов первого поколения показывает, что новые знания, генерируемые в процессе научных исследований, очень быстро применялись в экономике и давали потрясающий финансовый результат. Известна активная роль в коммерческих отношениях с Востоком средиземноморских республик: Генуя и Венеция со времен Первого крестового похода (конец XI в.) экспортировали в Европу хлопок, шелк, специи, пряности, рис, сахар, кофе и пр. Дальние и длительные торговые экспедиции требовали значительных денежных средств и подвергались многочисленным рискам (кораблекрушение, пиратство, порча товара и пр.). Обеспечением морской торговли в Италии занимались банкирские дома Барди и Перуцци, Медичи, Фрескобальди и др. Хотя первый полноценный банк (Casa di San Giorgio) начал работать в Генуе в 1407 г., соответствующие финансовые операции активно осуществлялись как минимум за два столетия до этой даты. Финансисты обеспечивали купцов ссудами, при этом осуществлялось страхование сделок с учетом возможных рисков. Во избежание перевозки на дальние расстояния крупных партий золота наличность заменялась ценными бумагами – векселями. Проводились операции конвертации валюты, для упрощения расчетов в условиях, когда каждое герцогство чеканило собственные деньги, была введена условная денежная единица – «банковская монета» и пр. [7, с.95-97].

Все эти меры стали возможны в результате достижений в финансовой математике: получения формул сложных процентов, вычисления дробей и радикалов, расчета страховых сумм на покрытие рисков, бухгалтерской методологии ведения двойного учета «приход-расход» и т.д. Еще большие экономические последствия имели открытия в области тригонометрии и сферической геометрии, а также составление точных таблиц положения звезд и планет на небесной сфере. Они позволили точно определять координаты судов в открытом океане, прокладывать маршруты на дальние расстояния и составлять географические карты. Следствием успехов в картографии стала эпоха Великих географических открытий, сделавшая торговлю глобальной и принесшая Европе несметные богатства. Так, затраты на экспедицию Васко да Гамы в Индию (1497-1498) за счет доставленных в Европу пряностей окупились в 60-кратном размере. Даже провальная кругосветная экспедиция Магеллана (1519-1522 гг.), в которой было потеряно 4 из 5 кораблей и 87% экипажей, за счет доставленных заморских товаров (камфоры, корицы, жемчуга и др.) принесла прибыль в 4%. В середине XVI в. в Испанию доставлялось ежегодно до 300 тонн золота и серебра с американских рудников. Страна стала богатейшей империей мира, но не смогла правильно использовать открывшееся окно возможностей. Заметим, что ведущая роль в географических открытиях XV-XVI вв. принадлежит испанским и португальским мореплавателям. На их родине действовали многочисленные университеты: в Алькала-де-Энаресе, Валенсии, Вальядолиде, Паленсии, Саламанке, Сантьяго-де-Компостела (Испания), Коимбре (Португалия). Многие капитаны дальних экспедиций (Христофор Колумб, Бартоломеу Диаш и др.) имели университетское образование. Нельзя отрицать, что хотя университеты U1.0 не являлись «предпринимательскими», результаты их образовательной и научно-исследовательской деятельности давали быстрый и ощутимый коммерческий результат, т.е. «экономика знаний» появилась на исторической сцене задолго до эпохи U3.0.

Выводы. Университеты первого поколения наряду с учебной деятельностью активно занимались научно-исследовательской работой, результаты которой успешно монетизировались. В свете этого представляется условным деление поколений вузов на обучающие, исследовательские и предпринимательские. В категориях современности деятельность университетов первого поколения вполне соответствует критериям ведущего отечественного рейтинга «Три миссии университета» (качество образования, уровень научной работы, вклад в жизнь общества) [20]. Как центры формирования интеллектуальной элиты социума эти университеты могут служить примером современным вузам в части реализации академических свобод, логичной и последовательной организации учебного процесса, всесторонней подготовки специалистов, инициатив в проведении научных исследований и пр. Опыт университетов первого поколения, не утративший актуальности до настоящего времени, может быть использован в практике управления современными вузами.