Теоретико-правовые и исторические аспекты генезиса и эволюции антикоррупционных норм в российском праве

Коррупция как социально-правовое и системное явление сопровождает развитие государственности на всех этапах истории России. Актуальность исследования генезиса и эволюции антикоррупционных норм обусловлена их ключевой ролью в обеспечении пра- 7 вопорядка и легитимности государственной власти. Коррупция как явление, подрывающее основы государственного управления, требует глубокого анализа исторических и теоретических предпосылок её правового регулирования. Несмотря на обширную научную литературу, посвященную антикоррупционной проблематике, комплексный анализ соответствующих норм в историко-правовом контексте остается недостаточно разработанным. Большинство исследований фокусируются на современных аспектах, игнорируя преемственность правовых институтов. Проблема разработанности темы заключается еще и в фрагментарности существующих исследований, которые фокусируются на общероссийском законодательстве, игнорируя локальные практики. Работы некоторых авторов затрагивают региональные аспекты, но не предлагают комплексного подхода к их интеграции в антикоррупционную политику. Цель настоящей статьи – систематизировать степень изученности темы, выделив ключевые этапы формирования антикоррупционных норм, выявить ключевые факторы трансформации и обосновать необходимость учета региональных различий в разработке превентивных мер. Теоретическое осмысление генезиса антикоррупционных норм требует обращения к таким фундаментальным понятиям как: коррупция, предупреждение правонарушений, генезис права, историко-правовой контекст.

В современном российском праве определение коррупции закреплено в ст. 1 Федерального закона от 25.12.2008 № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» (далее – 273-ФЗ): злоупотребление служебным положением, дача взятки, получение взятки,… иных имущественных прав для себя или для третьих лиц либо незаконное предоставление такой выгоды указанному лицу другими физическими лицами [1]. Историко-правовые исследования сталкиваются с проблемой ретроспективного применения этого определения. Работы, посвященные анализу исторических форм коррупции, достаточно многочисленны (см., напр., [2, С. 45-67; 3, С. 12-30; 4]). Однако степень разработанности именно теоретических моделей, объясняющих причины и условия возникновения норм, направленных на предупреждение таких явлений в разные исторические эпохи, оценивается как недостаточная. Большинство исследований концентрируется на описании самих коррупционных практик или карательных мер, а не на генезисе превентивных правовых механизмов. Общие теории профилактики правонарушений (криминологические, социологические) российским научным сообществом разработаны достаточно основательно (труды Ю.М. Антоняна, С.Я. Лебедева, А.И. Алексеева, В.Н. Кудрявцева и др.). Однако проблема заключается в недостаточной адаптации этих общих теорий к специфике коррупции как социально-правового явления и, главное, к историко-правовому материалу. Исследований, которые бы последовательно применяли современные криминологические концепции профилактики (ситуационная, социально-психологическая, институциональная) для анализа генезиса исторических антикоррупционных норм, явно не хватает [5, С. 89]. Требуется разработка специальной историко-правовой теории предупреждения коррупции.

Проблемы происхождения права, формирования правовых институтов являются традиционными для теории и истории права (работы С.С.

Алексеева, В.С. Нерсесянца, А.В. Полякова, О.Э. Лейста и др.). Однако большим пробелом остается комплексное применение этих теоретических наработок к анализу зарождения именно антикоррупционных норм. Как формировались первые запреты на получение взяток? Какие социальные потребности и конфликты стояли за их появлением? Как они взаимодействовали с существовавшими обычаями и моральными нормами? Эти вопросы рассматриваются фрагментарно, чаще в рамках описания конкретных памятников права, а не как предмет самостоятельного теоретического осмысления генезиса. Степень разработанности теоретико-методологических основ историко-правового исследования генезиса превентивных антикоррупционных норм можно охарактеризовать как начальную; недостаточно работ, которые: четко разграничивают генезис норм предупреждения коррупции от норм ее пресечения и наказания; анализируют доктринальные (идеологические, религиозные, политические) основы, на которых формировались превентивные установки в отношении коррупционного поведения власти; исследуют влияние правосознания и правовой культуры общества разных исторических эпох на восприятие коррупции и потребность в ее предупреждении [6, С. 112-115]; разрабатывают периодизацию генезиса, основанную на смене парадигм предупредительного воздействия.

Таким образом, теоретические основы генезиса норм о предупреждении коррупции в российском праве, рассматриваемые в историко-правовом ключе, разработаны недостаточно. Преобладает описательный подход к историческим нормам, слабо связанный с современными теориями профилактики правонарушений и общими теориями генезиса права. Очевидна потребность в разработке специальной историко-правовой концепции, объясняющей возникновение и развитие превентивных антикоррупционных институтов.

С целью разбора вышеизложенного рассмотрим периодизацию эволюции антикоррупцион - ного законодательства, т.к. она является ключевой для историко-правового исследования. В научной литературе данный вопрос рассмотрен довольно хорошо и представлены различные подходы к выявлению этапов эволюции системы норм о предупреждении коррупционных правонарушений.

1. Древнерусское государство и Средневековье (IX-XV вв.). Исследования данного периода (Н.М. Карамзин, В.О. Ключевский, М.Ф.

Владимирский-Буданов, Б.Д. Греков, И.А.

Исаев, Ю.Г. Алексеев, А.Г. Маньков, В.А.

Рогов) достаточно подробно освещают нормы, направленные против злоупотреблений княжеских слуг, кормленщиков [2; 3; 7].

Степень разработанности описания самих норм высокая. Однако проблемы исследования заключаются в преобладании карательного аспекта (анализ сосредоточен на наказаниях за взяточничество, а не на предупредительных механизмах, их эффективность и роль в системе управления изучены слабо) и отсутствии системного взгляда (нормы рассматриваются изолировано, а не как элементы формирующейся системы предупреждения злоупотреблений).

2. Московское царство (XVI-XVII вв.) и Имперский период (XVIII – нач. XX вв.). Этот этап хорошо представлен в трудах историков государства и права (С.В. Юшков, О.И.

Чистяков, Н.А. Воскресенский, М.М. Богословский, П.А. Зайончковский, В.И. Сергеевич, А.С. Смыкалина, А.Б. Каменского, И.В.

Оржеховского), в работах которых анализируются: усиление централизации власти и регламентации государственной службы [4; 8; 9]; появление элементов финансового контроля и отчетности; создание институтов фискалов, прокурорского надзора. Степень разработанности описания нормативной базы и институтов тоже высокая. При этом необходимо также выделить проблемы в исследованиях данного этапа:

– недооценка превентивной роли: исследования часто подчеркивают неэффективность мер и распространенность коррупции, но мало внимания уделяют анализу того, как именно вводимые нормы и институты должны были работать на предупреждение, какие превентивные функции им отводились законодателем, какие из них имели потенциальную эффективность и почему не реализовались [10, С. 78-82]; – фрагментарность анализа системы: недостаточно работ, показывающих эволюцию именно системы предупредительных норм:

как изменялось их соотношение с карательными, как развивались отдельные превентивные институты во взаимосвязи; 3. Советский период (1917 – 1991 гг.). Литература по этому периоду обширна, но крайне идеологизирована и противоречива (А.Я.

Вышинский, М.С. Строгович, Д.С. Карев, Н.В. Крыленко, О.И. Чистяков, Е.А. Скрипилев, С.А. Авакьян, В.М. Курицын, А.Н. Медушевский). Для данного этапа характерны следующие особенности: официальное отрицание коррупции как системного явления; жесткие карательные нормы; формально развитая система партийно-государственного контроля, имевшая и превентивные функции; нормы о коммунистической морали и социалистической законности как идеологическая основа предупреждения злоупотреблений. Степень разработанности описания норм и институтов можно считать удовлетворительной, выделив основные проблемы:

– мифологизация: долгое время господствовала идея о победе над коррупцией. Современные исследования только начинают объективно анализировать масштабы явления и реальную эффективность превентивных мер в условиях однопартийной системы и закрытости общества [11].

– игнорирование системных факторов: слабо анализируется, как сама советская политико-правовая система порождала специфические коррупционные практики и ограничивала возможности подлинно эффективного предупреждения; – недостаток анализа эволюции: Период часто рассматривается монолитно, без должного внимания к эволюции подходов к предупреждению злоупотреблений от НЭПа к «застою».

4. Современный период (1991 – по н.в.). Этот период наиболее насыщен (труды А.В. Куракина, В.В. Лунеева, П.А. Скобликова, С.В.

Максимова, Г.А. Сатарова, М.А. Краснова, коллективные монографии ИЗиСП, НИИ Академии Генеральной прокуратуры РФ), в которых анализируется: формирование современной антикоррупционной законодательной базы; создание специализированных органов; развитие мер предупреждения.

Степень разработанности описания современного законодательства и институтов очень высокая, но, тем не менее, проблемы в этой части имеются: исследования современного периода часто оторваны от исторического контекста (недостаточно анализируются преемственность и разрывы с предшествующими этапами, учет исторических уроков при формировании нынешней системы [12, С. 56]); эффективность превентив- 7 ных мер подрывается обилием работ декларативного и описательного характера (недостаточно глубоких исследований эффективности конкретных превентивных мер, их реального воздействия на коррупционное поведение, факторов, снижающих их результативность [13]); системный анализ эволюции – не хватает работ, которые бы рассматривали эволюцию именно системы предупредительных норм за последние 30 лет, выявили ее внутренние противоречия, этапы становления и качественные изменения.

В целом, исторические этапы эволюции антикоррупционных норм описаны в литературе достаточно подробно, особенно в части карательных мер и институционного устройства. Однако степень разработанности анализа эволюции системы норм о предупреждении коррупции, понимания их внутренней логики развития, преемственности, оценки заложенного в них превентивного потенциала оценивается как недостаточная.

Следует отметить, что понимание эволюции антикоррупционных норм невозможно без анализа факторов, их детерминирующих. В научной литературе эти факторы упоминаются, но их комплексное исследование в историко-правовом ключе остается слабым элементом. В целом, можно выделить политические, социально-экономические и культурные факторы.

Политические факторы:

1) Централизация/децентрализация власти:

усиление центральной власти часто сопровождалось попытками ужесточить контроль над местным аппаратом и ввести антикоррупционные нормы. При этом эффективность этих мер напрямую зависела от реальных рычагов центра. Степень изученности влияния конкретных политических процессов (опричнина, «просвещенный абсолютизм», великие реформы, революции, перестройка) на содержание и направленность превентивных норм неудовлетворительна. Часто констатируется факт, но не анализируется механизм влияния [14, С. 34-38].

2) Смена идеологических парадигм: переход от религиозно-монархической идеологии к коммунистической и затем к демократической кардинально менял обоснование борьбы с коррупцией и акцент превентивных мер. Анализ того, как именно идеология формировала конкретные превентивные нормы и институты, остается поверхностным.

Социально-экономические факторы:

1) Экономическое развитие и уклад: аграрное общество, мануфактурный период, индустриализация, плановая экономика, переход к рыночной экономике – каждый этап порождал специфические коррупционные риски и требовал адекватных превентивных мер. Степень разработанности влияния конкретных экономических условий на характер и эффективность превентивных норм крайне низка. Экономический аспект часто упоминается, но не становится предметом глубокого историко-правового анализа [15].

2) Социальная структура и мобильность: Влияние сословного слоя, номенклатурной системы, формирования новых элит на возможности злоупотреблений и потенциал общественного контроля. Исследований, специально посвященных связи социальной динамики и эволюции превентивных норм, практически нет. Культурные факторы:

1) Правовая культура и правосознание: традиции отношения к власти, закону, собственности; терпимость/нетерпимость к коррупции; уровень правового нигилизма. Это ключевой, но наименее изученный в историко-правовом аспекте фактор. Работ, исследующих, как менталитет, обычаи, общественная мораль разных эпох воспринимали коррупцию, сопротивлялись или легитимировали ее, и как это влияло на принятие и эффективность превентивных правовых норм, крайне мало [6].

2) Религиозные и этические нормы: роль религии, коммунистической морали, светской этики и формировании внутренних запретов и ожиданий честного поведения от чиновников. Анализ взаимовлияния религиозных или этических норм и светского превентивного законодательства остается маргинальным.

Рассмотрев факторы, влияющие на развитие системы норм о предупреждении коррупционных правонарушений, мы приходим к выводу, что такие факторы являются наименее разработанным аспектом темы в историко-правовых исследованиях. Существующие работы, как правило, констатируют наличие факторов, но недостаточно глубоко и системно анализируют их конкретное воздействие на содержание, приоритеты и эффективность именно превентивных правовых механизмов на разных исторических этапах.

В дополнение к фактору правовой культуры и правосознания хотелось бы отметить, что учет региональных особенностей и специфики также является важным требованием к современным исследованиям, хотя в историко-правовом контексте его реализация сложна. С точки зрения сте- пени разработанности исследований, специально посвященных исторической эволюции региональных особенностей норм о предупреждении коррупции, очень мало. Чаще встречаются: работы по истории местного управления и самоуправления, где упоминаются проблемы злоупотреблений местных властей [16]; современные социологические и политические исследования коррупции в регионах РФ; анализ практики применения федерального антикоррупционного законодательства в субъектах РФ сегодня. Собственно историко-правовых сравнительных исследований нормотворчества и правоприменения в сфере предупреждения коррупции в разных регионах России в ретроспективе крайне недостаточно [17, С. 101-105].

В качестве основных проблем можно выделить отсутствие источников норм, что вызывает сложность выявления и анализа региональных правовых актов и практики прошлого. Более того, в большинстве периодов антикоррупционное законодательство было преимущественно централизованным. Региональные особенности проявлялись больше в правоприменении и конкретных коррупционных практиках, чем в нормах о предупреждении. Даже когда региональный аспект присутствует, он касается преимущественно современного периода и реализации федеральных норм, а не их исторического генезиса и эволюции на местах.

Таким образом, региональный аспект генезиса и эволюции норм о предупреждении коррупции в историко-правовых исследованиях разработан слабо. Преобладает анализ федерального законодательства и общегосударственных институтов. Исследований, системно сравнивающих превентивные подходы и практики в разных регионах России в исторической динамике, не хватает. Этот аспект требует целенаправленных архивных изысканий и методологических разработок.

В заключение можно отметить, что проведенный анализ степени разработанности темы генезиса и эволюции системы норм о предупреждении коррупционных правонарушений в российском праве приводит к выводу о том, что несмотря на значительное количество работ, затрагивающих историю коррупции и борьбы с ней в России, специальных историко-правовых исследований, фиксирующих именно на генезисе и эволюции системы норм о предупреждении коррупционных правонарушений, явно недостаточно.

Для преодоления проблем и пробелов в теоретико-правовых и исторических аспектах генезиса и эволюции антикоррупционных норм в российском праве необходима концентрация усилий научного сообщества на: разработке специализированной историко-правовой теории предупреждения коррупции; проведение комплексных исследований, охватывающих длительные исторические периоды и анализирующих эволюцию именно системы превентивных норм во взаимосвязи ее элементов; углубленном изучении детерминирующих факторов, особенно культурно-ментальных; активном внедрении сравнительно-правового метода и междисциплинарных подходов; интеграции исторического знания в современную антикоррупционную политику; развертывании масштабных архивных исследований, в том числе с фокусом на региональную специфику.

Ликвидация выявленных пробелов в изучении генезиса и эволюции системы норм о предупреждении коррупционных правонарушений позволяет не только углубить историко-правовую науку, но и выработать научно обоснованные рекомендации по повышению эффективности современной антикоррупционной стратегии Российской Федерации, учитывающей как позитивный, так и негативный опыт прошлого.