Исторические этапы развития учений об аутизме
Авторы
- ПАШЕНЦЕВА Светлана Васильевнакандидат исторических наук, доцент, кафедра психологии, конфликтологии и бихевиористики, Российский государственный социальный университетPashentsevaSV@rgsu.net
- Поступление в редакцию:
- 08.04.2026
- Принятие в печать:
- 30.04.2026
- Опубликовано:
- 07.05.2026
Аннотация и ключевые слова
В статье поставлена и решена задача, связанная с выявлением и раскрытием основных исторических этапов развития учений о детском аутизме. Рассмотрена последовательность появления новых идей об аутизме, описании его симптомов, его отграничении от шизофрении. Подчеркивается роль зарубежных (Каннер, Аспергер и др.) и отечественных (В.М. Башина) исследователей в формировании современных представлений об аутизме. Раскрыто главное отличие отечественного и зарубежного подходов к коррекционной работе с детьми с расстройствами аутистического спектра. Сделан вывод, что ключевые проблемы в современном исследовании расстройств аутистического спектра состоят, во-первых, в разработке методик ранней диагностики соответствующих состояний, во-вторых, в совершенствовании форм и методов оказания психологической помощи детям с РАС для их социализации.
Ключевые слова: аутизм, расстройства аутистического спектра, синдром Аспергера, психологическая помощь, учения об аутизме
Текст статьи
Аутизм – понятие, вокруг природы и причин которого давно ведутся научные дискуссии. В широком, повседневном смысле под аутизмом часто понимается выраженная необщительность ребенка, его стремление уйти от любых контактов, жить в своем собственном мире [8, c. 9]. Согласно современным представлениям, аутизм – это заболевание, которое представляет собой выраженное расстройство деятельности головного мозга. Оно характеризуется такими признаками, как всесторонний дефицит общения; стремление избежать социального взаимодействия; ограниченность интересов; стремление к повторяющимся действиям [9, c. 199]. Поскольку формы проявления аутизма могут несколько различаться, обычно используется термин «расстройства аутистического спектра».
Актуальность исследования вопросов, связанных с аутизмом, определяется тем, что он встречается достаточно часто. Более того, заболеваемость аутизмом неуклонно растет: «если в 2000 году по данным Всемирной Организации Здравоохранения распространённость аутизма составляла от пяти до 26 случаев на 10 тысяч детского населения, то в 2005 году на 250–300 новорожденных приходился один случай аутизма, а в 2008 году 1 случай на 150 детей. На сегодняшний день по данным Американских центров по контролю и предотвращению заболеваний (U.S.
Centrsfor Diseance Controland Prevention), каждый 88 ребенок болеет аутизмом» [6]. В то же время, такой рост может быть связан с расширением применяемых диагностических критериев.
Современное понимание природы аутизма, пусть оно и отличается неполнотой, имеет достаточно длительную историю развития, которая начинается с первых работ, где ученые обратили внимание на особенности состояния некоторых детей. Этот опыт, когда исследователи путем проб и ошибок пытались проникнуть в природу аутизма, определить оптимальные формы работы с детьми, страдающими расстройствами аутистического спектра, представляется важным для дальнейшего развития данной проблематики. В итоге можно констатировать, что первые исследования аутизма проводились представителями психиатрии, и лишь затем этим вопросом вплотную занялись психологи.
Само понятие аутизма было введен в научный оборот швейцарским психиатром Э. Блейлером, который также ввел понятие шизофрении и рассматривал аутизм в качестве одного из ее признаков [10]. В 1911 г. Блейлер обосновал существование двух моделей мышления: логического или реалистического, с одной стороны, и аутистического, с другой. Он констатировал, что аутистическое мышление может быть свойственно как взрослым, так и детям [11, c. 6].
Прорыв в исследовании аутизма начался в середине ХХ века. В зарубежной науке он связан, прежде всего, с работами Лео Каннера и Ганса Аспергера, которые сыграли основополагающую роль в последующем понимании данного феномена.
Лео Каннер в 1943 опубликовал статью «Аутистические нарушения аффективного контакта», в которой аутизм фактически впервые был описан как специфический синдром. В результате наблюдения за детьми, страдавшими аутистическими расстройствами, он смог описать такие специфические характеристики, как уход от общения, потребность в однообразии и многократном повторении. Каннер фактически первым поставил вопрос о том, что аутизм – это не шизофрения, а особое, отдельное от нее состояние. По его мнению, «несмотря на заметные черты сходства, состояние во многих отношениях отличается от всех известных случаев детской шизофрении» [5, c. 89]. После работ Лео Каннера появилась возможность рассматривать и исследовать аутизм как отдельную диагностическую категорию. Прогрессивным для своего времени стало суждение ученого о врожденном, а не приобретенном характере аутизма. Схожие поведенческие особенности наблюдаемых детей, отмеченные Каннером, привели его к выводу о возможности выделить их в единый синдром – синдром раннего детского аутизма.
Параллельно с Каннером и независимо от него исследованием аутизма успешно занимался Ганс Аспергер. На основе наблюдения за детьми он выделил у некоторых из них такие признаки, которые позволили расширить представления об аутизме, описать такие его проявления, которые отличались от тяжелых клинических случаев. В ряде случаев такие дети обладали развитой речью, интеллектом, могли показывать хорошие успехи в узких областях. Сложности, которые у них возникали, как правило, ограничивались сферой социальных взаимодействий. В работах Аспергера описан случай, когда мальчик с врожденным аутизмом, когда вырос, защитил докторскую диссертацию, так как обладал выдающимися способностями в математике, хотя и плохо успевал по остальным предметам [1, c. 107]. Как и Каннер, Аспергер сделал вывод о врожденной природе аутизма, а также отметил, что у мальчиков аутизм наблюдается чаще, чем у девочек.
Работы Аспергера были написаны на немецком языке, в том числе в период войны, они не переводились и не стали своевременно известны широкому кругу ученых и практиков. По прошествии времени его вклад был признан, в научный обиход вошло понятие «синдром Аспергера».
Впервые его использовал английский психиатр Лорна Уинг в 1981 г., предложив рассматривать аутизм как спектр различных состояний, а не единый диагноз. Сегодня синдром Аспергера – это такое состояние, когда пациент имеет сложности в общении и склонность к повторению одинаковых действий, но при этом обладает нормальным развитием речи и интеллекта.
Каннера и Аспергера по праву относят к двум «великим пионерам» в исследовании аутизма [11, c. 9], но надо понимать, что они лишь положили начало серьезному изучению данной проблематики и не могли решить всех принципиальных вопросов, связанных с определением аутизма и его диагностикой.
6
Важную роль сыграла Лорна Уинг, которая совмещала научный и практический интерес к исследованию аутизма. В 1962 г. она стала одной из основательниц Национального общества аутизма в Великобритании, написала ряд монографий и статей по данной проблематике. Именно по ее инициативе синдром Аспергера был включен в Международную классификацию болезней [13].
В отечественной психиатрии к числу пионеров в исследовании аутизма можно отнести Г. Е. Сухареву, которая в 1926 г. опубликовала в немецком журнале статью с описанием «шизоидного расстройства личности» у нескольких детей [12]. По мнению исследователей, ей удалось описать даже больше проявлений синдрома Аспергера, чем это сделал сам Аспергер [11, c. 7].
В отечественной науке середины ХХ века вопрос об аутизме представлялся дискуссионным. По этому поводу ученые писали в 1967 г.:
«Одни исследователи расценивают его как определенную форму психического недоразвития, как результат недоразвития эмоций, инстинктов и побуждений, другие подчеркивают признаки, разграничивающие «детский аутизм» и олигофрению, третьи указывают на частое сочетание его с последней» [7, c. 1505]. Сами цитируемые авторы в тот период полагали, что ««детский аутизм», представляет собой своеобразную разновидность психического недоразвития, при которой на передний план выступают аффективно-волевые нарушения, шизоформный характер поведения, обусловленный преимущественным недоразвитием активирующих, «энергозаряжающих» систем ствола мозга» [7, c. 1505]. Этот период связан с накоплением наблюдений о детях, страдающих аутизмом, что позволило более точно, на большом материале попытаться выделить его специфические признаки, составить более полное представление о симптомах.
Важный вклад в развитие представлений об аутизме внесла Вера Михайловна Башина – специалист в области детской психиатрии. Интерес психиатров к аутизму был вызван во многом тем, что первоначально аутизм рассматривали как шизофрению. Именно благодаря трудам В. М. Башиной аутизм выделился в самостоятельное направление исследований. Она описала клинические проявления аутизма, разработала их классификацию, предложила гипотезу природы и терапии данного расстройства. Именно благодаря работам Башиной и ее коллег было сформировано представление о неоднородности аутизма, в связи с чем стали говорить о расстройствах аутистического спектра. Подобно зарубежным психиатрам, первоначально отечественные исследователи полагали, что аутизм — это детская шизофрения. Но исследования показали иную картину.
Как писала В.М. Башина, в случае с детским аутизмом «речь идет о дезинтегративном развитии, занимающем промежуточное место в континууме между нормальным онтогенезом и его нарушением при психотических формах детской патологии» [3, c. 17].
В.М. Башина, проанализировав историю развития учений об аутизме, предложила выделить в ней несколько важный периодов:
- донозологический, который охватывает конец ХIХ – начало ХХ века, и связан лишь с отдельными упоминаниями о детях с соответствующими признаками, в первую очередь стремлением к уходу от общения и задержкой психического развития. На этом этапе свои исследования публиковали такие зарубежные психиатры, как К. Дикинсон, Г. Модсли, Д. Даун и другие [6, c. 2]. - доканнеровский, который охватывает 1920- 1940-е годы, и связан с постановкой вопроса о существовании у детей отдельного заболевания с названными выше симптомами; - каннеровский период, связанный с исследованиями знаменитого Л. Каннера; - постканнеровский период, начинающийся в 1980-х годов, который характеризуется преодолением классических каннеровских подходов к пониманию аутизма, выделением группы соответствующих синдромов, включая типичный и нетипичный аутизм, а также синдром Аспергера [4].
Данная периодизация была воспринята исследователями, продолжавшими развивать соответствующие идеи [6].
Важной научной вехой в исследовании детского аутизма на рубеже веков стала публикация монографии, которая стала итогом многолетнего труда отечественных ученых по изучению детей с аутизмом [2].
Отличие отечественного подхода к аутизму от зарубежного состоит в том, что в России разработана и применяется собственная методика коррекционной работы с аутичными детьми. Если в западных странах преобладает медикаментозно-психиатрический подход, то в нашей стране предпочитают использовать комплекс мер, активно применять коррекционные методы с упором на социализацию аутичных детей, их включением в активную жизнь. Не все попытки являются успешными, но работа в данном направлении ведется.
В целом, в начале ХХI века в отечественной науке сложилось более полное и устойчивое представление об аутизме и формах его проявления, что позволило ввести в практику вместо одного понятия аутизма другое, более отвечающее сложности данного феномена – расстройства аутистического спектра (РАС). Было констатиро- вано, что глубина и тяжесть аутизма являются индивидуальными. Относительно причин возникновения расстройств аутистического спектра единой обоснованной позиции не сформировано, большинство ученых склоняется к мнению о роли генетической предрасположенности, которая может проявляться в критические периоды. Существуют и иные подходы к данному вопросу, в том числе подчеркивающие значение средовых факторов. Ключевые проблемы в современном исследовании расстройств аутистического спектра состоят, во-первых, в разработке методик ранней диагностики соответствующих состояний, во-вторых, в совершенствовании форм и методов оказания психологической помощи детям с РАС. Решение этих задач может означать наступление нового этапа в исследовании аутизма, связанного с более эффективным противодействием этому заболеванию.
Список литературы
- Аспергер Г. Аутистические психопаты в детском возрасте // Вопросы психического здоровья детей и подростков. 2011. № 1. С. 82–109.
- Башина В.М. Аутизм в детстве. М.: Медицина, 1999. 236 c.
- Башина В.М. Диагностика детского аутизма в хронобиологическом аспекте // Журнал неврологии и психиатрии. 2010. № 4. С. 16–24.
- Башина В.М. О синдроме раннего детского аутизма Каннера // Журнал невропатологии и психиатрии. 1974. Т. 74. № 10. С. 1538–1542.
- Каннер Л. Аутистические нарушения аффективного контакта // Вопросы психического здоровья детей и подростков. 2010. Т. 10. № 2. С. 85–98.
- Мальтинская Н. А. История развития учения об аутизме // Научно-методический электронный журнал «Концепт». 2017. № S11. С. 53–61.
- Мнухин С. С., Зеленецкая А. Е., Исаев Д. Н. О синдроме «раннего детского аутизма» или синдроме Каннера у детей // Журнал невропатологии и психиатрии им. С. С. Корсакова. 1967. № 10. С. 1501–1506.
- Никольская О.С., Баенская Е.Р., Либлинг М.М. Аутичный ребенок. Пути помощи. М.: Теревинф, 2005. 342 с.
- Пашенцева С.В. Детский аутизм и проблемы реализации права на образование // Современная гуманитарная наука: проблемы и перспективы развития. Материалы Межд. науч. конф. Рязань: Концепция, 2015. С. 198–202.
- Рид Дж. Изобретение шизофрении // Модели безумия: Психологические, социальные и биологические подходы к пониманию шизофрении / Под ред. Дж. Рида, Л.Р. Мошера, Р.П. Бенталла. Ставрополь: Возрождение, 2008. 412 с.
- Feinstein A. A History of Autism. Conversation with the Pioneers. Malden, MA: Wiley- Blackwell, 2010. 381 р.
- Ssucharewa G. E. Die schizoiden Psychopathien im Kindesalter // Monatsschrift für Psychiatrie und Neurologie. 1926. №. 60. Р. 235–261.
- Wing L. Asperger’s syndrome: a clinical account // Psychol Med. 1981. Т. 11, № 1. С. 115– 129.