Общие вопросы предметной компетенции в цивилистическом процессе: понятие, предметный и субъектный критерии

Предметную компетенцию (подведомственность) характеризует круг дел, отнесенных федеральным законом к рассмотрению и разрешению судами судебной системы, третейскими судами (арбитражами) и иными юрисдикционными органами.

Проблематика предметной компетенции в настоящее время не утрачивает актуальности, в настоящее время можно выделить множество фундаментальных работ, посвященных исследованию подведомственности, как монографического характера [5, 14, 16, 29], так и диссертационных исследований[6, 15, 24], а также научных статей [1-4, 7-13, 17-23, 25-28].

В настоящее время законодатель сохранил термин «подведомственность» только для административного судопроизводства, указанные изменения были обусловлены процессуальной экономией, поскольку в настоящее время законодательно урегулирована возможность передачи дел по подсудности между судами общей юрисдикции и арбитражными судами, если неподсудность дела обнаруживается в стадии подготовки дела к судебному разбирательству или в стадии судебного разбирательства. В случае установления неподсудности дела на стадии принятия искового заявления к производству, исковое заявление подлежит возвращению.

Общие правила о подведомственности дел арбитражному суду установлены ст. 27 АПК РФ [30], ст. 22 ГПК РФ [31], ст.17 КАС РФ [32], ст. 1 Федерального закона от 29.12.2015 № 382-ФЗ (ред. от 08.08.2024) «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации» [33], ст. 1 Закона РФ от 07.07.1993 № 5338-1 (ред. от 30.12.2021) «О международном коммерческом арбитраже» [34], ст. 33 АПК РФ, ст. 22.1 ГПК РФ. Подведомственность (предметная компетенция) может быть охарактеризована как исключительная (специальная), если закон относит рассмотрение дела к ведению лишь одного органа, и как альтернативная (множественная), если заинтересованному лицу предоставлена возможность выбора между несколькими юрисдикционными органами.

Исключительная предметная компетенция арбитражных судов, критерием которой выступает не субъектный состав, а исключительно характер спора, устанавливается прямым указанием закона, что находит свое выражение, в частности, в ч. 6 ст. 27 АПК РФ. К исключительной подведомственности дел судам (общей юрисдикции или арбитражным судам) относятся также дела об установлении фактов, имеющих юридическое значение.

Видами множественной подведомственности выступают договорная, императивная (условная) и альтернативная предметная компетенция.

При договорной (добровольной) предметной компетенции выбор органа осуществляется по взаимному соглашению (волеизъявлению) сторон спора, как правило, посредством заключения арбитражного соглашения. Императивная (условная) подведомственность предполагает обращение в один юрисдикционный орган обязательным предварительным условием для последующего обращения в другой (например, обязательный досудебный (претензионный или административный) порядок урегулирования спора).

Альтернативная предметная компетенция (по выбору истца) предполагает право окончательного выбора одного из нескольких равнозначных с точки зрения закона органов заявителю (истцу). Так, например заинтересованное лицо вправе выбирать «вертикальный» порядок обжалования незаконного действия вышестоящему должностному лицу либо его оспаривание в судебном порядке.

Процессуальным законодательством предусмотрены правовые последствия несоблюдение правил подведомственности: отказ в принятии искового заявления (административного искового заявления), в том числе, и в связи с отсутствием предметной компетенции (ч. 1 ст. 127.1 АПК РФ, ч. 1 ст. 134 ГПК РФ, ч.1 ст. 128 КАС РФ). Несоблюдение истцом (административным истцом) императивного (претензионного или административного) досудебного порядка урегулирования спора создает препятствие для реализации судом своей предметной компетенции, которое носит временный характер. В зависимости от стадии процесса данное нарушение влечет за собой одно из двух установленных законом последствий: оставление поданного искового заявления (административного искового заявления) без движения (ч. 1 ст. 128 АПК РФ, ст. 136 ГПК РФ, ст. 130 КАС РФ) либо его оставление без рассмотрения (ч. 2 ст. 148 АПК РФ, ст. 222 ГПК РФ, ст. 196 КАС РФ).

Дифференциация предметной компетенции осуществляется по двум основным критериям: по характеру спорного материального правоотношения; по субъектному составу спорного материального правоотношения.

Характер спорного материального правоотношения. Споры, связанные с осуществлением предпринимательской или иной экономической деятельности, выступают материально-правовым критерием, определяющим компетенцию арбитражных судов. Споры, возникающие из гражданских правоотношений в широком смысле, как-то гражданские, трудовые, земельные, семейные споры выступают предметом деятельности судов общей юрисдикции. Так, например, «подведомственность споров, вытекающих из договора добровольного имущественного страхования, определяется в зависимости от субъектного состава и цели деятельности. Согласно ч. 1 ст. 27 и ст. 28 АПК РФ арбитражным судам подведомственны дела, связанные с предпринимательской или иной экономической деятельностью юридических лиц и индивидуальных предпринимателей. В случае обращения в суд гражданина, имеющего статус индивидуального предпринимателя, ключевым критерием для разграничения подсудности между арбитражным судом и судом общей юрисдикции является целевой характер страхования: если имущество застраховано для личных, семейных, домашних или иных нужд, не связанных с предпринимательством, иск подлежит рассмотрению в суде общей юрисдикции» [35].

Также можно привести другой пример из судебной практики: «разграничение подведомственности корпоративных споров основано на организационно-правовой форме и целях создания корпорации. Арбитражные суды рассматривают споры, возникающие в связи с деятельностью коммерческих корпораций, государственных и муниципальных предприятий, а также некоммерческих организаций, созданных для взаимодействия субъектов предпринимательства (ассоциаций, союзов, саморегулируемых организаций).

В свою очередь, судам общей юрисдикции подведомственны споры, связанные с корпорациями в форме некоммерческих организаций, не имеющих экономической или предпринимательской направленности» [36].

В рамках административного судопроизводства суды общей юрисдикции уполномочены рассматривать публично-правовые споры, направленные как на защиту субъективных прав и законных интересов граждан и организаций, так и на осуществление судебного контроля за властной деятельностью органов государственной власти и их должностных лиц государственных и муниципальных служащих, за исключением дел, отнесенных к компетенции Конституционного Суда РФ.

Ключевым полномочием, образующим исключительную компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, является осуществление конституционного контроля, выражающегося в проверке на соответствии нормативных правовых актов Конституции Российской Федерации, имеющей высшую юридическую силу. «Сфера применения КАС РФ ограничена публично-властными отношениями, в которых один субъект наделен полномочиями по принятию обязательных решений в отношении другого. Данный порядок не распространяется на споры, имеющие гражданско-правовые последствия, даже если они вытекают из оспаривания актов публичной власти. В частности, изъяты из подведомственности по КАС РФ служебные конфликты, дела о социальном обеспечении (пенсии, льготы, субсидии), а также споры, связанные с предоставлением жилья на условиях социального найма или найма специализированного жилищного фонда» [37].

Дифференциация публично-правовых споров, которые рассматриваются по правилам публичного производства арбитражными судами и по правилам административного судопроизводства судами общей юрисдикции, осуществляется также по субъектному и предметному критерию. Арбитражные суды рассматривают публично-правовые споры между индивидуальными предпринимателями, юридическими лицами и публичными образованиями, вытекающими из предпринимательской и иной экономического деятельности. Суды общей юрисдикции рассматривают административные споры с участием физических лиц и организаций в связи с оспариванием незаконных актов и решений, действий и бездействия и осуществлением судебного контроля за законностью и обоснованностью осуществления государственных или иных публичных полномочий.

Так, например, «разграничение компетенции между судами общей юрисдикции и арбитраж - ными судами в сфере контроля за деятельностью судебных приставов-исполнителей формируется на основе системного толкования специализированных процессуальных норм (ст. 29 АПК РФ, ст. 17 КАС РФ) и материального закона, регулирующего исполнительное производство (ч. 2, 3 ст. 128 Федерального закона «Об исполнительном производстве»)» [38].

Предметным критерием для третейских судов (арбитражей) выступают споры, возникающие из гражданских правоотношений, споры, возникающие из предпринимательской и иной экономической деятельности, как с участием физических и юридических лиц, индивидуальных предпринимателей. Публичный элемент в этих спорах отсутствует, причем действующим арбитражным процессуальным и гражданским процессуальным законодательством установлены категории дел, которые не могут быть переданы на рассмотрение третейского суда (арбитража).

Для государственных арбитражных судов предметный критерий является определяющим, о чем свидетельствует ч. 6 ст. 27 АПК РФ.

Субъектный состав спорного материального правоотношения. В гражданском судопроизводстве субъектный критерий выступает как определяющий критерий – гражданские дела с участием физических лиц и организаций. В арбитражном судопроизводстве, как уже было указано, участвуют индивидуальные предприниматели, юридические лица, публичные образования. В административном судопроизводстве участниками выступают физические лица и организации, государственные органы и органы местного самоуправления, их должностные лица, государственные и муниципальные служащие, публичные образования. В третейском разбирательстве в силу его частного характера субъектный состав правоотношений представлен, физическими и юридическими лицами, индивидуальными предпринимателями.

Указанные критерии разработаны цивилистической процессуальной доктриной, могут быть охарактеризованы как устоявшиеся, и в настоящее время не утрачивают свою актуальность, позволяют дифференцировать компетенцию между различного вида юрисдикционными органами, в том числе и судами.

Таким образом, приходим к следующему выводу, что отказаться от категории «подведомственности» не представляется возможным ни на уровне процессуальной доктрине, ни в действующем законодательстве, ни в судебной практике, поскольку базовые положения доктрины о подведомственности дел, позволяют правильно разграничивать предметную компетенцию судов в Российской Федерации.