В статье рассматривается проблема правового понимания понятия цифровизация в сфере высшего образования и его нормативной применимости в российском праве. Показано, что цифровизация не получила самостоятельного легального определения, однако фактически используется как обобщающее обозначение процессов внедрения информационных технологий, электронных сервисов и дистанционных форм в образовательную деятельность. Вместе с темтакая терминологическая широта порождает неопределенность в разграничении цифровизации, электронного обучения, дистанционных образовательных технологий и цифровой трансформации, что осложняет выработку единых требований к правовому регулированию. На основе анализа Конституции Российской Федерации, Федерального закона «Об образовании в Российской Федерации», законодательства об информации и персональных данных, а также подзаконных и стратегических актов обосновывается вывод о том, что правовая применимость цифровизации возможна лишь как производная от конкретных нормативных конструкций. Особое внимание уделено соотношению цифровизации с правом на образование, автономией образовательной организации, защитой персональных данных, цифровой доступностью и безопасностью информационной инфраструктуры. Сформулирован вывод о том, что цифровизация в сфере высшего образования допустима только при соблюдении минимальных стандартов доступности, предсказуемости, безопасности и недискриминационного доступа к образовательным ресурсам

This article examines the legal understanding of the concept of digitalization in higher education and itsregulatory applicability in Russian law. It is shown that digitalization hasnotreceived an independent legal definition; however, it is effectively used as a general term for the implementation of information technology, electronic services, and distance learning in educational activities. However, this broad terminology creates uncertainty in the distinctions between digitalization, e-learning, distance learning technologies, and digital transformation, complicating the development of uniform legal requirements. Based on an analysis of the Constitution of the Russian Federation, the Federal Law “On Education in the Russian Federation,” legislation on information and personal data, aswell asbylaws and strategic acts, the author concludes that the legal applicability of digitalization is possible only as a derivative of specific regulatory frameworks. Particular attention is paid to the relationship between digitalization and the right to education, the autonomy of educa