В последние годы мобильный телефон превратился в основной инстру мент коммуникации, что привело к бурному росту дистанционного мошенничества. Ежедневно в России совершаются миллионы звонков с целью обмана граждан, однако большин ство таких деяний остаются безнаказанными ввиду отсутствия четкой уголовно-право войквалификации. В статье рассматриваются проблемы определения момента окончания преступления при дистанционном мошенничестве, анализируются положения уголовного законодательства и судебная практика. Проведен анализ дел, квалифицированных как по кушение на мошенничество, и установлено, что основное различие между приготовлением и покушением состоит в моменте передачи ложных сведений потерпевшему и конкретиза циитребований о передаче имущества. Отмечается отсутствие правоприменительной практики по квалификации подобных действий как приготовления. Рассматриваются альтернативные подходы к оценке противоправности действий. В статье делается вывод о необходимости законодательного закрепления самостоятельного состава преступления, предусматривающего ответственность за совершение телефонных и электронных коммуникаций, содержащих заведомо ложную информацию, аналогично опыту Китайской На родной Республики. Предлагается создать отдельную уголовно-правовую норму, направ ленную на защиту граждан от массовых мошеннических звонков, что позволит повысить эффективность противодействия дистанционному мошенничеству и обеспечить реаль нуюзащиту информационной безопасности

In recent years, the mobile phone hasbecome the primary tool of communication, leading to a rapid increase in remote fraud. Every day, millions of calls are made in Russia with the intent to deceive citizens; however, most of these acts remain unpunished due to the lack of clear criminal-legal qualification. The article examines the issue of determining the moment of completion of a crime in cases of remote fraud and analyzes the provisions of criminal law and judicial practice. A review of cases classified asattempted fraud shows that the main distinction between preparation and attempt lies in the moment when false information is conveyed to the victim and when specific demands for the transfer of property are made. The absence of lawenforcement and judicial practice qualifying such actions aspreparation is emphasized. Alternative approaches to assessing the unlawfulness of such conduct are also considered. The article concludes that there is a need to legally establish a separate criminal offense that provides liability for making telephone or electronic communications containing deliberately false information, similar to the approach adopted in the People’s Republic of China. It is proposed to create an independent criminal lawnorm aimed at protecting citizens from mass fraudulent calls, which would increase the effectiveness of combating remote fraud and ensure genuine protection of information security