В статье исследуются исторические, организационные и процессуально-правовые основания существования арбитражных судов как специализированной подсистемы судебной власти Российской Федерации. Цель работы состоит в оценке того, сохраняет ли современная модель арбитражной юстиции самостоятельную ценность либо ее функции могут быть с сопоставимой эффективностью реализованы посредством внутренней специализации в организационно единой судебной системе. Методологическую основу исследования составили формально-юридический, системный, историко-правовой и сравнительно-аналитический методы. На основе анализа законодательства, правовых позиций высших судов, научной доктрины и судебной статистики раскрываются причины формирования арбитражных судов, значение их профессиональной специализации, а также последствия реформы 2014 года, связанной с упразднением Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. Особое внимание уделено проблемам разграничения компетенции между арбитражными судами и судами общей юрисдикции, терминологической неоднородности процессуальных кодексов и изменению последствий ошибочного выбора судебной юрисдикции после реформы 2018–2019 годов. Обосновывается, что ключевые недостатки действующей модели обусловлены не самим существованием специализированных арбитражных судов, а недостаточной ясностью законодательных критериев распределения дел, затрудняющей доступ к правосудию. Показано, что значительный объем экономических и банкротных споров, сложность соответствующих правоотношений и потребность в устойчивой, предсказуемой правоприменительной практике подтверждают необходимость сохранения профессиональной специализации. Делается вывод о нецелесообразности поспешного организационного объединения судебных подсистем. Приоритетными направлениями реформирования названы унификация понятийного аппарата, конкретизация правил судебной компетенции и создание единого цифрового механизма подачи процессуальных документов с последующим внутренним определением надлежащего суда.

This article examines the historical, organizational, and procedural-legal foundations of the existence of arbitration courts as a specialized subsystem of the judicial power of the Russian Federation. The purpose of the work is to assess whether the current model of arbitration justice retains its independent value or whether its functions can be implemented with comparable efficiency through internal specialization in an organizationally unified judicial system. The methodological basis of the study consists of formal-legal, systemic, historical-legal, and comparative-analytical methods. Based on an analysis of legislation, the legal positions of the highest courts, scientific doctrine, and judicial statistics, the reasons for the formation of arbitration courts, the significance of their professional specialization, and the consequences of the 2014 reform associated with the abolition of the Supreme Arbitration Court of the Russian Federation are revealed. Particular attention is paid to the problems of delimitation of competence between arbitration courts and courts of general jurisdiction, the terminological heterogeneity of procedural codes, and the changing consequences of the erroneous choice of judicial jurisdiction after the 2018-2019 reform. It is argued that the key shortcomings of the current model stem not from the very existence of specialized arbitration courts, but from the lack of clarity in the legislative criteria for case assignment, which impedes access to justice. It is shown that the significant volume of economic and bankruptcy disputes, the complexity of the relevant legal relationships, and the need for stable, predictable law enforcement practices confirm the need to maintain professional specialization. It is concluded that hasty organizational consolidation of judicial subsystems is inappropriate. Priority areas for reform include unifying conceptual frameworks, specifying the rules of judicial jurisdiction, and creating a unified digital mechanism for filing procedural documents, followed by internal determination of the appropriate court.