Статья анализирует понятие преступления в российском уголовном праве как исходную категорию, определяющую пределы допустимого уголовно-правового вмешательства. Показано, что формально-материальная модель ст. 14 УКРФсоединяет общественную опасность, противоправность и наказуемость с принципом виновности, но оценочность общественной опасности порождает риски произвола и формального подхо да. Отдельно раскрывается проблема сближения уголовной и административной ответ ственности, из-за которого граница между преступлением и административным правона рушением может восприниматься как чисто формальная. Центральная проблема — малозначительность (ч. 2 ст. 14 УК РФ), которая корректирует формальное соответствие составу и одновременно выявляет противоречие с тезисом о составе как основании от ветственности (ст. 8 УК РФ). В качестве направления решения предлагаются доктри нальная конкретизация критериев общественной опасности, унификация правопримене ния и точечные законодательные уточнения для повышения предсказуемости и соразмер ности уголовной реакции

The article analyzes the concept of crime in Russian criminal law as a foundation alcategory that sets the limits of permissible state coercion. Itexplains the formal–material definition in Article 14 of the Criminal Code, which combines social danger with legality (criminal unlawfulness and punishability) and the principle of guilt, while noting that the evaluative nature of “social danger” creates risks of arbitrariness and overly formal reasoning. The article highlights increasing conver