Возмещение морального вреда в рамках ч. 5, 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей в РФ» в контексте обществ с ограниченной ответственностью

• ТИТОВ Александр Михайловичаспирант, Московский финансово промышленный университет «Синергия», г. Москваcr.sash@yandex.ru

В настоящей научной статье автор рассматривает особенности возмещения морального вреда в рамках ч. 5,6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» (далее – ЗЗПП) в контексте обществ с ограниченной ответственностью (далее – ООО). Автор анализирует примеры судебной практики по гражданским делам, где одной из сторон спора выступает ООО, приводит конкретные выводы по вопросу. Далее автор акцентирует внимание на проблемных аспектах правоприменительной практики по вопросам компенсации морального вреда в рамках указанных норм, пишет о необходимости внесения изменений в правовое регулирование. В заключении научной статьи автор также отмечает стратегическую значимость реализации механизма защиты прав потребителей в современном отечественном праве. Объектом исследования являются особенности возмещения морального вреда в рамках ч. 5,6 ст. 13 ЗЗПП. Целью исследования является комплексный, последовательный анализ особенностей возмещения морального вреда в рамках ч. 5,6 ст. 13 ЗЗПП. Методы исследования: формально-юридический, компаративистский, сравнительный анализ, диалектический, обобщение, конкретизация, систематизация и системный метод, дедукция, иные методы теоретического и практического уровней научного познания. Научная новизна исследования заключается в подготовке комплексного исследования, формировании авторских выводов относительно особенностей возмещения морального вреда в рамках ч. 5,6 ст. 13 ЗЗПП. Данная научная статья, таким образом, будет полезна теоретикам, практикам, обучающимся и профессорско-преподавательскому составу гуманитарных и иных направлений подготовки, а также более широкому кругу читателей, интересующихся особенностями правового регулирования института защиты прав потребителей в современном российском праве, правоприменительной практикой по данному вопросу.

Ключевые слова: защита прав потребителей, права потребителей, правовое регулирование, судебная практика, практика Верховного Суда РФ, правоприменение, ООО, компенсация морального вреда

Ч

.ч. 5, 6 ст. 13 ЗЗПП [2] устанавливают норму, согласно которой требования потребителя об уплате неустойки (или пени), предусмотренной законом или договором, подлежат исполнению в добровольном порядке; в случае, если подобные требования в добровольном порядке другой стороной спора не исполняются, судом в пользу потребителя взыскивается штраф в размере 50% от общей денежной суммы, присужденной к взысканию судом в пользу потребителя – с изготовителя, исполнителя, продавца, уполномоченной организации или иного лица. В Постановлении Пленума ВС РФ от 28.06.2012 г. № 17 [9] разъясняется, что в случае, если уже после принятия искового заявления к производству суда требования потребителя были удовлетворены (т.е., фактически в добровольном порядке), то при отказе истца от иска суд прекращает производство по гражданскому делу в соответствии с нормами ст. 220 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее – ГПК РФ), и поэтому взыскание штрафа с ответчика в подобной ситуации считается незаконным (п. 47 указанного Постановления Пленума) [9].

Рассмотрим некоторые примеры судебной практики. Так, Ф. обратилась с исковым заявлением к ООО с требованием о взыскании денежных средств. Из материалов дела следует, что в 2015 г. между Ф. и ООО было заключено несколько кредитных договоров, а также договор страхования от несчастных случаев и болезней. В 2017 г. Ф. скончался, его дочь Ф.Л. являлась единственной наследницей, в связи с чем обратилась к ООО с требованием о выплате страхового возмещения для погашения имеющейся задолженности по кредитным договорам. Заявление Ф.Л. было оставлено без удовлетворения, что в дальнейшем послужило основанием для обращения Ф.Л. в суд. Решением суда первой инстанции исковые требования были удовлетворены частично. Так, в пользу выгодоприобретателя была взыскана сумма страхового возмещения в счет погашения кредитной задолженности, при этом частично спорная денежная сумма уже была выплачена ООО в добровольном порядке, к принудительному исполнению обращена не была. Помимо этого, с ответчика также была взыскана неустойка, компенсация морального вреда, штраф за несоблюдение досудебного порядка урегулирования спора с потребителем.

Суд апелляционной инстанции решение нижестоящих коллег изменил, снизив подлежащую взысканию денежную сумму, обязав взыскать в бюджет государственную пошлину, в остальной части судебное постановление было оставлено без изменения.

Кассационная инстанция отменила решение суда апелляционной инстанции, направила дело на новое рассмотрение в суд кассационной инстанции по следующим основаниям.

Отмечается, что в рассматриваемом споре производство по гражданскому делу в связи с отказом истца от иска прекращено не было, а лишь при совокупности двух указанных оснований допустимо отказывать во взыскании штрафа с исполнителя услуги при добровольном удовлетворении им требований потребителя. В случае же, если отказ от иска заявлен истцом не был, штраф по общему правилу подлежит начислению. Более того, как следует из материалов дела, сам факт наличия судебного разбирательства свидетельствует об отказе ответчика от соблюдения досу- дебного порядка урегулирования спора, а значит, и об отсутствии отказа от иска, отсутствии оснований для освобождения страховщика от ответственности, и т.д. [7] Таким образом, в рассматриваемом споре суд неправомерно пришел к мнению об отказе во взыскании суммы страхового возмещения в составе штрафных санкций. Аналогичным образом, принимая решение об исчислении штрафа, суд апелляционной инстанции исходил из размера взысканной неустойки и компенсации морального вреда без указания мотивов для вынесения подобного решения, что выступает прямым нарушением положений ст. 198 ГПК РФ.

Вопрос, почему при исчислении суммы штрафа взысканные, но не приведенные к принудительному исполнению суммы не подлежат учету, остался открытым.

В конечном итоге, как уже отмечалось выше, определением Судебной коллегии по гражданским делам ВС РФ, апелляционное определение было отменено, дело направлено на новое рассмотрение суда апелляционной инстанции.

В данном гражданском деле мы можем выделить следующие ключевые позиции. Во-первых, как отмечает Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ, размер штрафа, подлежащего взысканию, должен исчисляться от всей присужденной суммы, а не только от суммы неустойки и компенсации морального вреда. Во-вторых, признается тождественным несоблюдение добровольного порядка удовлетворения требований истца и наличие судебного спора как такового, т.е., одно подтверждает второе. В-третьих, даже если ответчиком была перечислена сумма страхового возмещения уже в ходе судебного рассмотрения гражданского дела, тем не менее, это не освобождает от привлечения к ответственности в виде штрафа, если истец не отказался от иска, а производство по делу не было прекращено. При этом если удовлетворение требований производится ответчиком в добровольном порядке, то взыскание штрафа не происходит. В-четвертых, вне зависимости от того, было заявлено истцом требование о взыскании штрафа или нет, в рамках законодательства о защите прав потребителей суд все равно взыскивает штрафные санкции [7].

Изучим другой пример, анализ которого показывает, что актуальность исследуемой темы для современной правоприменительной практики является постоянной, в т.ч. это приводит к регулярному рассмотрению дел в ВС РФ. Так, В. обратился с исковым заявлением к ООО с требованием о взыскании страхового возмещения за вычетом уплаченной ранее ответчиком суммы, о взыскании неустойки. Из материалов гражданского дела следует, что между В. и ООО был заключен договор страхования гражданской ответственности, в 2013 г. в результате попадания в ДТП транспортное средство В. было повреждено (известно, что т/с принадлежит В. на праве собственности). Виновным в наступлении ДТП был признан С., его риск наступления гражданской ответственности также был застрахован ООО. Соответственно, В. обратился к ООО с заявлением о выплате страхового возмещения, предоставил требуемый пакет документов, впоследствии ему было выплачено страховое возмещение [6].

Далее В. обратился к ООО, направив в его адрес письменную претензию о выплате страхового возмещения, поскольку общая сумма фактически понесенных В. расходов значительно превысила полученную ранее сумму страхового возмещения. В подтверждение своих расходов В. предоставил в адрес ООО товарные чеки, квитанции об оплате стоимости и другие платежные документы. Поскольку удовлетворения претензии В. не получил, им было направлено исковое заявление в суд. Определением суда первой инстанции в рассматриваемом гражданском деле была назначена судебная автотовароведческая экспертиза, согласно заключению которой были определены рыночная стоимость восстановительного ремонта с учетом и без учета износа, утрата товарной стоимости и т.д. Судами первой и апелляционной инстанции исковые требования В. удовлетворены не были, суд кассационной инстанции своих нижестоящих коллег не поддержал [6].

В обоснование выводов суды указали следующее. Прежде всего, следует учитывать, что страховое возмещение было выплачено ООО в добровольном порядке, в установленный законодательством срок (30 дней с даты получения обращения потребителя), реальный же размер причиненного имущественного ущерба был определен только в рамках судебного разбирательства. Поэтому исковые требования В. о взыскании с ООО неустойки и штрафа не являются основанными на законе.

Суд кассационной инстанции обратил внимание на то, что законодательством о страховании обязанность на правомерное определение размера подлежащего выплате страхового возмещения возложена на страховщика. Из материалов гражданского дела следует, что сумма страхового возмещения хоть и была выплачена истцу, но все же не в полном объеме, причем страховщик не предпринял действий для определения реального имущественного ущерба, в свою очередь, истец также этого не произвел, что привело в результате к невозможности качественного исполнения спорных обязательств.

Таким образом, ориентируясь на положения ст.ст. 7 и 13 Закона об ОСАГО, судом кассационной инстанции был сделан вывод о том, что отказ нижестоящих коллег во взыскании неустойки противоречит нормам материального права [6].

Отдельный вопрос в данном случае – это компенсация морального вреда. Из материалов гражданского дела следует, что требования истца о компенсации морального вреда удовлетворены, однако судом не был взыскан штраф с присужденных денежных сумм, что нарушает положения ст. 13 ЗЗПП. Отмечается, что в резолютивной части оспариваемых судебных постановлений не содержится указаний на то, что требования истца удовлетворены частично (в отношении взыскания неустойки и штрафа). Сами по себе же мотивировочная и резолютивная части, как отмечается судом кассационной инстанции, противоречат друг другу, впоследствии данное нарушение устранено не было. Также обратим внимание, что, несмотря на то что позицию нижестоящих судов действительно можно толковать как нарушение закона, тем не менее, следует учитывать, что суды при вынесении решения по делу исходили из принципа разумности. Очевидно, что субъект предпринимательской деятельности ввиду своих характеристик не может в той же степени, что и суд, оценивать, нанес ли он моральный вред другой стороне и в какой мере это было произведено. По результатам рассмотрения данного гражданского дела в Судебной коллегии по гражданским делам ВС РФ апелляционное определение было отменено в части удовлетворения исковых требований к ООО о взыскании неустойки и штрафа, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции. Вопросов о неправомерном взыскании компенсации морального вреда, таким образом, ни у одной судебной инстанции в итоге не возникло [6].

Проанализируем еще один пример.

Так, Б. обратился к ООО с исковым заявлением и требованием о возмещении причиненного утратой груза имущественного ущерба, стоимости услуги, компенсации морального вреда, штрафа, о признании одного из пунктов договора недействительным [8].

Из материалов гражданского дела следует, что в 2017 г. между Б. и ООО был заключен договор на оказание услуг по транспортно-экспедиционному обслуживанию груза с объявленной стоимостью из г. Челябинск в г. Москва. В пункте назначения груз был получен неустановленным лицом, имеющим на руках доверенность якобы от Б. – стороны сделки. Поэтому Б. в адрес ООО была направлена претензия с требованием о возмещении имущественного ущерба, причиненного утратой груза.

В рамках судебного рассмотрения данного гражданского дела определением суда первой инстанции была назначена судебная почерковедческая экспертиза, в ходе которой было установлено, что подпись на спорной доверенности была выполнена не Б., а другим лицом. Таким образом, в 2018 г. правоохранительными органами было возбуждено уголовное дело по факту хищения имущества в отношении неустановленного лица. На время производства розыска неустановленного лица уголовное дело было приостановлено.

Судом первой инстанции в удовлетворении исковых требований Б. было отказано, поскольку не имеется законных оснований для применения к ответчику каких-либо мер гражданско-правовой ответственности. Отмечается, что ответчик не имел фактической возможности установить подлинность или нет предъявленных документов, у него не было оснований для сомнений, т.к. вся документация в полной мере соответствовала установленным ответчиком процессуальным требованиям. Суд апелляционной инстанции нижестоящих коллег поддержал [8].

В данном споре дело также дошло до рассмотрения Судебной коллегией по гражданским делам ВС РФ, которой в результате было вынесено следующее решение.

В соответствии с законодательством о транспортно-экспедиционной деятельности (прежде всего, это профильный Закон о ТЭД, нормы Гражданского кодекса РФ и т.д.), экспедитор несет гражданско-правовую ответственность при неисполнении или ненадлежащем исполнении своих обязательств в любом случае вне зависимости от наличия или отсутствия у него вины как субъект, осуществляющий предпринимательскую деятельность. Однако в случае, если такие действия субъекта стали возможными вследствие непреодолимой силы (сто. 401 ГК РФ), привлечение к гражданско-правовой ответственности не наступает. Отметим, что при определении критериев обстоятельств непреодолимой силы, чрезвычайности в данном случае также необходимо учитывать положения Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положения ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств».

Судом кассационной инстанции был сделан вывод об отсутствии в данном деле обстоятельств непреодолимой силы, избежать которых ответчик не мог, а ввиду наличия у него статуса субъекта предпринимательской деятельности ООО осуществляет такую деятельность на свой страх и риск (ст. 23 ГК РФ). Обращается внимание также, что судами нижестоящих инстанций не все исковые требования Б. были разрешены – например, это требование о компенсации морального вреда [8].

Таким образом, Судебной коллегией по гражданским делам ВС РФ решения судов нижестоящих инстанций были отменены, а гражданское дело – направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Анализ представленных материалов судебной практики позволяет сформулировать следующие тезисы по рассматриваемому вопросу. Прежде всего, в контексте законодательства о защите прав потребителей ООО выступает полноценным участником правоотношений, на общих основаниях привлекается к гражданско-правовой ответственности, отдельным ее разновидностям. Таким образом, потребитель имеет право заявить в отношении ООО стандартный набор исковых требований о:

– компенсации морального вреда; – возмещении имущественного ущерба; – взыскании неустойки; – взыскании штрафа за несоблюдение досудебного порядка урегулирования спора; – иное [9].

При этом мы наблюдаем два кардинально отличных друг от друга правовых статуса участников правоотношений. С одной стороны, это потребитель, не обладающий специальными знаниями, реализующий права и обязанности исключительно в собственных, личных целях. С другой же стороны мы наблюдаем субъекта предпринимательской деятельности – коммерческую организацию, юридическое лицо, которое выступает профессиональным участником спорных правоотношений.

Как видно в представленных примерах, законодатель в полной мере защищает интересы потребителя, что особенно явно можно наблюдать на примере начисления штрафа за несоблюдение досудебного порядка урегулирования спора. Так, суд разрешает вопрос о начислении штрафа вне зависимости от того, было заявлено истцом подобное требование или нет, поскольку сам факт наличия судебного разбирательства свидетельствует о недостижении сторонами согласия по данному вопросу. Аналогичный вывод можно сделать и по некоторым другим пунктам.

Тем не менее, изложенное в научной статье показывает актуальность и другого вопроса:

насколько соблюдается в представленных примерах судебной практики принцип справедливости – один из основополагающих принципов не только гражданского судопроизводства, но и функционирования всего правового механизма в целом? Так, анализ материалов свидетельствует о том, что лишь инициатива потребителя на возбуждение судебного производства по сути становится причиной для предъявления взыскания по требованиям, для удовлетворения исковых требований, причем не только в первой, но и в последующих инстанциях. Даже в случае добровольного удовлетворения требований потребителя уже на стадии судебного разбирательства, как видно в представленных примерах судебной практики, эти действия ответчика не освобождают его от привлечения к ответственности. Очевидно, что принцип справедливости в данном случае нарушается, причем довольно радикальным образом.

В конечном итоге, анализ судебной практики высших судебных инстанций по вопросам возмещения морального вреда ООО как участниками правоотношений с потребителями позволяет судить о том, что данная тема является актуальной и в контексте правового регулирования, и в контексте формирования правоприменительной практики. Подобный вывод можно сделать также из научно-исследовательских трудов отечественных авторов и экспертов [10; 11].

Кратко обозначим ключевые выводы по результатам представленного исследования по теме. Так, предметом более детального рассмотрения в настоящей научной статье было возмещение морального вреда в рамках ч. 5,6 ст. 13 ЗЗПП в контексте ООО.

В правоотношениях с потребителями ООО является полноценным участником, хотя и осуществляет их на свой страх и риск в связи ввиду особого правового статуса как субъекта предпринимательской деятельности (ст. 23 ГК РФ).

В судебной практике привлечение ООО к мерам гражданско-правовой ответственности в рамках законодательства о защите прав потребителей встречается довольно часто, что можно наблюдать и по приведенным в работе примерам. Исходя из изложенного, следует вывод о том, что потребителем в отношении ООО может быть заявлена совокупность различных требований, а именно требования о:

– компенсации морального вреда; – возмещении имущественного ущерба; – взыскании неустойки; – взыскании штрафа за несоблюдение досудебного порядка урегулирования спора.

Поскольку законодатель рассматривает потребителя как заведомо «слабую» сторону таких правоотношений, а ООО – напротив, как профессионала, некоторые спорные вопросы разрешаются судом вне зависимости от того, были они изначально заявлены истцом или нет. К примеру, это требование о взыскании штрафа за несоблюдение досудебного порядка урегулирования спора. Отдельно исследован также вопрос о компенсации морального вреда.

В научной статье также отмечается, что рассматриваемая тема выступает проблемной с точки зрения и правового регулирования, и правоприменительной практики.

Список литературы

1. Бортникова Н.А., Резников Е.В. Судебные расходы: научно-практическое исследование. Волгоград: Издательство ВолГУ, 2025. 328 с.
2. Закон РФ от 07.02.1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей). // Российская газета. 1998. № 8.
3. Обзор практики Конституционного Суда РФ за четвертый квартал 2024 г. Документ опубликован не был. // СПС «КонсультантПлюс». URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_ LAW_497324/ (дата обращения: 17.03.2026).
4. Обзор судебной практики по делам о защите прав потребителей // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2024. Декабрь, № 12.
5. Обзор судебной практики по делам о защите прав потребителей // Официальные документы. 2023. № 41.
6. Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 15.09.2015 N 70-КГ15-5. Документ опубликован не был. // СПС «КонсультантПлюс». URL: https://www. consultant.ru/cons/cgi/online. cgi?req=doc&base=ARB&n=440271 (дата обращения: 17.03.2026).
7. Определение Верховного Суда РФ от 28.07.2020 г. № 19-кГ20-6, 2-388/19. Документ опубликован не был. // СПС «КонсультантПлюс». URL: https://www.consultant.ru/cons/cgi/online. cgi?req=doc&base=ARB&n=635936 (дата обращения: 17.03.2026).
8. Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2022 N 5-КГ22-14-К2 (УИД 21RS0025-01-2017-005309-89). Документ опубликован не был. // СПС «КонсультантПлюс». URL: https://www.consultant.ru/cons/cgi/online. cgi?req=doc&base=ARB&n=712799 (дата обращения: 17.03.2026).
9. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей». // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2012. Сентябрь, № 9.
10. Проблемы реализации принципов гражданского судопроизводства в правоприменительной деятельности: монография / Н.В. Алексеева, С.Т. Багыллы, А.В. Белякова и др.; отв. ред. В.М. Жуйков, С.С. Завриев. Москва: НОРМА, ИНФРА-М, 2024. 416 с.
11. Судейское усмотрение: сборник статей / Е.В. Авдеева, Г.А. Агафонова, М.Д. Беляев и др.; отв. ред. О.А. Егорова, В.А. Вайпан, Д.А. Фомин; сост. А.А. Суворов, Д.В. Кравченко. М.: Юстицинформ, 2020. 176 с.

Скачать