Публичные начала института банкротства через призму налогового законодательства

Вопросы несостоятельности (банкротства) субъектов предпринимательской деятельности уже долгое время не теряют своей актуальности и находятся под пристальным вниманием представителей правовой доктрины. Проблемы банкротства затрагивают интересы широкого круга субъектов, в связи с чем представляется целесообразным рассмотреть правовой механизм обеспечения публичного интереса в рамках процедуры банкротства хозяйствующего субъекта.

Банкротство как правовой институт обычно ассоциируется с частно-правовой сферой, прежде всего, с гражданским правом, в том числе и с корпоративным. Это вполне объяснимо и закономерно, так как именно Гражданский кодекс РФ (далее – ГК РФ) содержит норму, предусматривающую общие положения о банкротстве (ст. 65), которая предполагает наличие особого нормативно-правового регулирования банкротных отношений посредством специального законодательного акта. На сегодняшний день отношения в сфере банкротства регулируются специальным законом от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Однако, в действительности банкротное право представляет собой комплексное правовое образование, сочетающее частно-правовые и публично-правовые элементы. О комплексном характере правового института банкротства неоднократно шла речь на страницах юридической литературы. [1] В подтверждение тезиса о комплексности правового института банкротства отметим, что он складывается из норм различной отраслевой принадлежности – это не только нормы гражданского права, это также предписания административного, уголовного, налогового и других публичных отраслей. По мнению некоторых авторов комплексный характер института банкротства проявляется также в сочетании частно-правовых и публично-правовых методов правового регулирования соответствующих общественных отношений. [2]

Вопрос о том, какому именно началу (частному или публичному) принадлежит «пальма первенства» в контексте регулирования отношений банкротства не получил однозначного решения в доктрине. Так, например, Д.А. Козырский утверждает, что на сегодняшний день в правовом регулировании отношений банкротства преобладают частно-правовые начала, благодаря которым происходит защита частных интересов кредиторов и должников. Автор не отрицает присутствие в институте банкротства публично-правовых начал, но подчеркивает их минимальное проявление. [3] А.С. Романова, напротив, уверена, что российскому институту банкротства свойственно преобладание публичных начал в их взаимодействии с частно-правовыми элементами. [4] Подобные рассуждения чреваты противопоставлением частных и публичных начал в институте банкротства, что может привести к абсолютизации одного из них и нарушению баланса в их соотношении. С учетом сказанного считаем возможным согласиться с мнением И.М. Суходольского, который, основываясь на критерии интереса, подчеркивает, что публичные и частные интересы не стоит рассматривать как полярные категории, более того, эти понятия тесно связаны, так как публичный интерес можно представить как совокупность частного интереса неопределенного круга лиц. [5]

Таким образом, необходимо отметить, что в решении вопроса о соотношении частных и публичных начал в институте банкротства следует исходить, прежде всего, из тезиса о недопустимости их противопоставления. При этом оптимальной представляется характеристика отношений в сфере банкротства как частно-публичных.

Одним из проявлений публичного элемента в институте банкротства выступает налоговый аспект соответствующих отношений.

Обязанность платить законно установленные налоги предусмотрена Конституцией РФ. Государство заинтересовано в надлежащем исполнении налогоплательщиками указанной обязанности, так как именно налоговые поступления формируют значительную часть казны публично-правового образования, средства которой остро необходимы для развития социальной сферы. Контроль за надлежащим исполнением обязанности по уплате налогов возложен государством на уполномоченные органы – Федеральную налоговую службу.

Также налоговые органы действуют от лица публично-правового образования, являющегося кредитором должника-банкрота в рамках обязательственных отношений, содержащих непогашенные денежно-финансовые требования публичного характера (налогов и пр.). При этом взыскание налоговых недоимок в рамках процедуры банкротства, рассматривается в доктрине как реализация публичного интереса. [6] Однако это не является основанием для предоставления налоговым органам каких-либо преференций, повышающих вероятность удовлетворения их требований к должнику-банкроту. В соответствии с нормами российского законодательства о несостоятельности (банкротстве), требования налоговых органов удовлетворяются в общем порядке, наравне с требованиями других кредиторов (ст. 142 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»). Подобное законодательное решение представляется уместным, если учесть, что целью законодательства о банкротстве не является пополнение бюджета публично-правового образования.

Роль ФНС России в банкротных отношениях также обусловлена наличием возможности у налогового органа инициировать дело о банкротстве хозяйствующего субъекта. Приводимые исследователями на различных информационных ресурсах статистические данные свидетельствуют о наметившейся с 2023 года тенденции усиления налогового контроля и повышения на этом фоне количества случаев проявления налоговыми органами инициативы по возбуждению процедуры банкротства в отношении налогоплательщика-нарушителя.

Практикующими юристами отмечается, что не стоит преувеличивать драматизм ситуации банкротства по инициативе налоговых органов, так как в данных обстоятельствах у налогоплательщика-должника появляется реальный шанс по списанию налоговой задолженности. Вместе с тем данное высказывание не учитывает предусмотренную законом возможность «поворота» приказа налогового органа о списании безнадежной доверенности. Так, ст. 59 Налогового кодекса РФ (далее – НК РФ) содержит понятие безнадежной к взысканию задолженности. В соответствии с п. 4.3 указанной статьи безнадежность к взысканию задолженности может возникнуть в случае принятия судом акта о возвращении заявления о признании должника банкротом или прекращении производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве. Однако, наличие положительного сальдо на счете налогоплательщика является основанием для восстановления ранее списанной задолженности.

Подводя итог анализу механизма реализации нормы ст. 59 НК РФ о списании безнадежной к взысканию задолженности, и учитывая её особенности, необходимо отметить следующее: в рамках дела о банкротстве арбитражный суд выносит определение о прекращении производства. Как только это определение вступает в законную силу, территориальный налоговый орган, получив электронный доступ к документу, должен по собственному приказу осуществить списание задолженности юридического лица. Однако следует учесть, что такое списание не является окончательным и может носить временный характер. Если после списания долга у юридического лица будет обнаружено имущество, налоговая инспекция вправе восстановить эту задолженность, обратившись в арбитражный суд с ходатайством о пересмотре определения о прекращении производства по делу.

Рассмотренные особенности правового режима безнадежной к взысканию задолженности должника-банкрота в полной мере коррелируют с наметившейся в банкротном законодательстве тенденцией постепенного усиления защиты фискальных интересов государства по сравнению с интересами частных лиц, о чем активно говорится на страницах юридической литературы. [7]

В итоге считаем возможным отметить, что ФНС России выступает «системным» [8] участником правоотношений несостоятельности (банкротства). Ее роль в данной сфере обусловлена, прежде всего, установленной законом возможностью налогового органа выступить инициатором возбуждения процедуры банкротства налогоплательщика. При этом необходимо подчеркнуть, что налоговый орган, действуя в рамках указанного полномочия, преследует, главным образом, цель защиты публичного интереса, выраженного в контроле за уплатой налогов и в обеспечении эффективности данного способа пополнения казны.