Публично-правовое регулирование производственной сферы: координация публичных и частных начал

• КОЗАЧЕНКО Надежда Евгеньевнааспирант кафедры «Правовое обеспечение государственного правления и экономики» Юридического института Российского университет транспорта (МИИТn.koza4enko11@yandex.ru

В современных условиях вопросы публично-правового регулирования производственной сферы становятся достаточно острыми и актуальными, по той причине, что производственная область важна не только как наиболее значимая область национальной экономики, но и как основа обеспечения государственного суверенитета и национальной безопасности Российской Федерации. Одновременно, именно данная сфера общественной жизни претерпела наиболее кардинальные изменения в прошедшие десятилетия. Нет оснований для отказа от понимания особенностей публично-правового регулирования экономической жизни в рамках традиционного противопоставления публичного и частного права, публичных и частных начала. По-прежнему, выбор типа правового регулирования зависит от обслуживаемого правом публичного или частного интереса, а последний уже определяет принципы правового регулирования, нормы права и практику их реализации. Вместе с тем, такое противопоставление в современных условиях уже нельзя значимым и, тем более, антагонистичным. В работе поддержано высказанное в науке мнение о происходящей сегодня конвергенции публично-правовых и частноправовых начал правового регулирования. Одновременно предложено понимать конвергенцию только лишь в виде конкретного проявления более широкого координационного подхода, предполагающего согласование публичных и частных интересов в процессе правового регулирования. По мнению автора, координация публичного и частного начал наблюдается, как в области публично-правового регулирования, так и в области частноправового регулирования общественных отношений. Имеет место взаимная детерминация, когда на процесс согласования публичного и частного начал оказывают влияние факторы, которые, в свою очередь, воспринимают происходящие изменения в публично-правовом регулировании производственной сферы. Автором предложено пять значимых изменений такого рода: «цивилизация» публичного права, его «субъективизация», увеличение объема правового регулирования, реформа государственного управления экономической сферой, изменения в самой экономической среде. Сделан вывод о том, что существующие особенности публично-правового регулирования имеют конкретное воплощение в формах публично-правового регулирования.

Ключевые слова: механизм правового регулирования, публично-правовое регулирование, частноправовое регулирование, формы правового регулирования, конвергенция, координация, субъективация

Введение

Социальные связи традиционно отличаются большим разнообразием, в связи с чем правовое воздействие на складывающиеся в процессе человеческой деятельности общественные отношения можно осуществлять различными способами и путями. Все возможные направления правового воздействия объединяются в категории «механизм правового регулирования».

В юридической науке общепринятым является интуитивно понятное мнение о наличии двух самостоятельных типов правового регулирования: публично-правового и частноправового, что соответствует отечественной правовой традиции, а также традиции доктрины семьи континентального права, в целом. Исходным началом выделения в механизме правового регулирования двух его основных типов выступает особенность подлежащего удовлетворению в конкретных правоотношениях интереса (публичного или частного), от которого зависит выбор 1) принципов правового регулирования, 2) правовых норм и 3) путей реализации права.

Принципы и нормы права, правовые средства (юридическая техника) и способы (юридическая тактика) реализации права определяет характеристики самих юридических фактов (фактических составов), лежащих в основе возникновения, изменения или прекращения правоотношений, предметную область правового воздействия, специфику субъектного состава, особенности взаимоотношений между субъектами (равенство сторон в одном случае и подчиненность в другом и т.п.), фактические и юридические действия, осуществляемые в рамках соответствующих отношений, результаты таких отношений, а также акты применения права, опосредующие данные отношения.

Вместе с тем, современное усложнение общественной жизни требует уточнения содержательных характеристик типов правового регулирования с точки зрения их взаимосвязи. Указанное обстоятельство выражается, например, в том, что сегодня уже явно нет жесткого деления предметной области правового регулирования на публичную и частную: 1) дозволения, обязанности и запреты встречаются при обоих типах правового регулирования, но в их различных сочетаниях, 2) публично-правовые и частноправовые цели и интересы в конкретном правоотношении могут сопутствовать друг другу, а 3) результаты правоотношений вполне могут содержать в себе позитивные публично-правовые и частноправовые эффекты и т.д.

В настоящее время целесообразен анализ нынешнего состояния публично-правового регулирования наиболее значимых сфер общественной жизни, среди которых крайне важной является экономическая сфера. Представляется, что сегодня следует пересмотреть те качественные изменения, которые произошли в самом подходе к публично-правовому регулированию экономической сферы. По мнению автора, эти изменения стали следствием координации публичного и частного начал правового регулирования в области экономики. Установление нового содержания публично-правового регулирования экономической и, прежде всего, производственной сферы, представляется значимым, во-первых, теоретически, ввиду того, что это само по себе расширяет наши представления о состоянии правового регулирования экономики сегодня, во-вторых, методологически, так как способствует повышению эффективности правового воздействия, и, наконец, в-третьих, практически, поскольку позволяет сформировать отвечающие экономической ситуации предпосылки и пути правового регулирования общественных отношений в области производства.

Материалы и методы

В рамках исследования были применены метод системного анализа, методы формальной логики, методологические приемы обобщения существующих в юридической литературе авторских позиций и их критики.

Материалом исследования выступили российское законодательство и отечественная доктрина.

От теории конвергенции к теории координации В юридической литературе в последнее время становится популярной теория конвергенции частноправовых и публично-правовых начал.

Л.Ю. Грудцына, например, обращает внимание на то обстоятельство, что, хотя изначальный импульс правовому регулированию лежит в области частных интересов (именно эти интересы в последующем могут трансформироваться либо не трансформироваться в интересы публичные), однако юридические нормы всегда исходят от публичной власти и, в связи с этим, как бы априори учитывают публичный интерес, не могут противоречить задачам, системе и практике государственного управления обществом [Грудцына 2014: 511].

Государство наделяет посредством собственных нормативных правовых актов индивидов правами, свободами и обязанностями (акт действия публично-правового регулирования), однако сами эти права и свободы остаются частноправовыми, служат для удовлетворения частных интересов конкретного индивида [Грудцына 2013: 72]. Иными словами, элементы того или иного типа правового регулирования имеют смешанный характер: часть из них являются публично-правовыми по своей природе, тогда как другие – частноправовыми, несмотря на то, что благодаря их сочетанию можно говорить о публично-правовом или частноправовом регулировании. С одной стороны, это свидетельствует об изначальном единстве механизма правового регулирования и его цельности, а, с другой стороны, объясняет сложность понимания сущности и пределов конкретного метода правового регулирования.

Одновременно с этим предлагается учитывать и влияние на процесс реализации частноправовых и публично-правовых начал самой предметной области – социально-экономических и иных общественных отношений [Тихомиров 2019: 255], поскольку, например, изменения экономической ситуации способны вызвать иное сочетание публично-правового и частноправового регулирования, как в его процессе, так и в результате, несмотря на относительную устойчивость основных исходных элементов механизма правового регулирования (принципов, норм и путей реализации права), когда применение одних и тех же элементов для удовлетворения одинакового интереса происходит в рамках фактической ситуации различным образом и, к тому же, способно привести к различным результатам.

Значительная часть складывающихся в обществе отношений (и экономических, - в первую очередь) объективно составляет общий для публичного и частного права предмет правового регулирования. Поэтому, с точки зрения теории конвергенции частного и публичного начал, всегда приходится говорить о естественном сочетании публично-правового и частноправового регулирования вне зависимости от самой предметной области, просто для каждой предметной области границы публичного и частного будут различными [Коршунов 2011: 24], а также учитывать неизбежность процессов интеграции в праве [Алексеев 2006: 114], что, однако, не способно привести к «слиянию» публичного и частного права даже в принципе. Э.С. Гудков в этой связи справедливо отмечает, что проникновение элементов публично-правового регулирования в гражданское право не приводит к утрате значения традиционного разделения права на частное и публичное и не свидетельствует о появлении в системе права комплексных правовых отраслей [Гудков 2005: 7].

Однако, нельзя не указать и на то обстоятельство, что при «столкновении» публичного и частного интересов не обязательно речь идет о признании приоритета публичного или частного начал: иногда приходится говорить о некотором третьем решении, которое в полной мере защите одного из этих начал не подчинено, а направлено на обретение баланса между публичным и частным, государством и личностью [Максуров 2010: 46].

В юридической науке следствием конвергенции публичного и частного начал и конвергенции соответствующих типов правового регулирования объясняется и появление так называемых пограничных отношений – отношений, которые до последнего времени рассматривались в качестве исключительно публично-правовых (производственных, природоресурсных и иных) [Иванов 2011: 51]. Представляется, что подобный вывод справедлив и для производственных систем и процессов как предметной области правового регулирования производственной сферы.

Однако данный подход сегодня уже может быть уточнен и расширен.

Прежде всего, не все изменения в правовом регулировании отношений в экономической сфере будут исключительно следствием конвергенции. Скорее, сама конвергенция представляет собой одной из проявлений координации публичного и частного начал в самом механизме правового регулирования, на что уже давно было обращено внимание в юридической науке [Максуров 2008: 28].

Далее в работе предлагается анализ тех характеристик публично-правового регулирования производственной сферы, которые связаны с выявлением в современном механизме правового регулирования координации публичных и частных начал, то есть координационном подходе к исследованию правовых явлений.

Соответствие специфике координационного подхода сложившемуся публично-правовому регулированию экономической сферы Очевидно, что публично-правовое регулирование экономической сферы жизни общества, включающей в себя производственные системы и процессы, имеет значительную специфику.

Прежде всего, в советский период отечественной истории правовое регулирование экономики, в том числе, производственных систем и процессов, было преимущественно публично-правовым. В начале 1990-х годов произошел слом прежней модели публично-правового регулирования экономической сферы и переход к полностью свободному поведению участников рынка в рамках его частноправового регулирования за исключением отдельных областей, где сохранилось публично-правовое регулирование производственных системы и процессов (например, в области естественных монополий, транспортной отрасли до ее частичной приватизации и проч.), а также системы государственного контроля за экономикой (в сфере использования субъектами частного права бюджетных средств и публичной собственности, защиты прав индивида – например, работника – участника производственного процесса, при выполнении государственного заказа и проч.).

Позднее, после 2000 года, происходит постепенный «возврат» государства в экономику не только как субъекта права и основного владельца средств производства (эту роль государство не утратило и в 1990-е годы), но, главным образом, как регулятора экономических систем и процессов, в том числе, систем и процессов производства, что позволяет даже отдельным авторам говорить о восприятии российской экономикой «нового места» в ней государства-регулятора и возможности выделения в связи с этим публичного экономического права, но не как отрасли права (что было бы неоправданным ввиду разнообразия и множества норм и опосредуемых данными нормами отношений), а научной и образовательной дисциплины [Талапина 2016: 118]. С этого времени наблюдается и восприятие механизмом публично-правового регулирования экономических процессов некоторых общих правовых тенденций, имеющих характер результата согласования публичных и частных начал.

1. «Цивилизация» публичного права.

В частности, происходит так называемая «цивилизация» публичного права, что представляет собой, по сути, заимствование публичным правом технологий и практик частного права, например, в части доступа субъектов частного права к публичной собственности (ресурсам, недвижимому имуществу, в том числе, производственным мощностям), перехода, в отдельных случаях, к саморегулированию производственных процессов, к альтернативным (наряду с судебным) путям разрешения производственных конфликтов, в том числе, между их участниками (работниками и работодателями) и т.п.

2. «Субъективизация» публичного права.

Наблюдается и процесс «субъективизации» публичного права, что, применительно к избранной теме исследования, предполагает наделение субъектов публичного права более широкими субъективными правами, а не только обязанностями, неисполнение которых влечет юридическую ответственность. Указанное обстоятельство характерно, например, для сферы государственно-частного партнерства, для контрольно-надзорной отрасли, любой области оказания государствам публичных услуг субъектам предпринимательства – владельцам производственных систем и организаторам производственных процессов, что, кстати, можно увидеть и на примере законодательства отдельных государств Европы [Максуров 2015: 28].

3. Увеличение объема правового регулирования.

Имеет место ожидаемый «рост» нормативного публично-правового регулирования экономической сферы, поскольку до последнего времени наблюдался дисбаланс в развитии законодательства в публичной и частной сферах, когда частноправовое регулирование имеет в качестве исходного нормативного начала достаточно подробно разработанный Гражданский кодекс РФ и иное гражданское законодательство, а в публичном праве отсутствует базовое законодательство об административных процедурах, «управленческое» законодательство и проч., при наличии в нем потребности, которая до последнего времени удовлетворялась только лишь подзаконным регулированием, что нельзя признать позитивным [Попов, Студеникина 2018: 420]. Рост числа нормативных актов влечет и увеличение количества актов интерпретации права, актов применения права, ненормативных актов в сфере контрольно-надзорной деятельности, технических правил, в ряде случаев содержащих не только технические нормы, но и нормы права.

4. Реформа государственного управления экономической сферой.

Проводимое в России в текущее реформирование области государственного управления экономикой также сказывается на корректировке путей публично-правового регулирования экономической отрасли и производственной сферы в целом [Нарышкин 2008: 36], например, в части реализации таких приоритетных направлений реформирования как ограничение вмешательства государства в экономическую деятельность субъектов предпринимательства, в том числе прекращение избыточного государственного регулирования, исключение дублирования функций и полномочий федеральных органов исполнительной власти, в том числе актуальное в транспортной отрасли, развитие системы саморегулируемых организаций в области экономики; организационное разделение функций, касающихся регулирования экономической деятельности, надзора и контроля, управления государственным имуществом и предоставления государственными организациями услуг гражданам и юридическим лицам и других.

Здесь имеют место изменения не только количественные, но и качественные. Например, меняются пределы административного усмотрения в тех или иных обоснованных случаях государственного вмешательства в производственную сферу [Терехова 2024: 312].

5. Изменения в самой экономической среде.

Необходимо отметить и влияние на уточнение способов и форм публично-правового регулирования производственной сферы объективно происходящих в российской экономике процессов, например, в виде усиления конкурентной борьбы, повышения требований к эффективности производства и рациональному использованию природных ресурсов [Лаптев 2023: 78], оптимизации всех сфере правового воздействия на экономически активных субъектов и даже процессов глобализации [Карро, Жюйар2021: 35], встраивания российской экономической системы в мировой рынок, процесс чего не окончен и в настоящее время [Тен 2014: 40].

Все указанные выше обстоятельства в большей или меньшей степени обусловливают изменения в содержательных характеристиках элементов публично-правового регулирования производственной сферы, что отражается в структуре и взаимосвязи форм публично-правового регулирования экономических систем и процессов, зависящих от элементов как факторов системообразующих.

Формы публично-правового регулирования в сфере экономики В юридической литературе обычно лишь небольшое внимание уделялось формам публично-правового регулирования общественных отношений в производственной сфере. Более того, присутствует значительный разнобой мнений относительно самого соотношения элементов и форм публично-правового регулирования, что не позволяет говорить о существовании некоторых общих позиций, в которые можно было бы объединить высказанные учеными-юристами по данному вопросу мнения. Все же стандартная логика размышлений здесь следующая.

Прежде всего, одними авторами публично-правовое регулирование общественных отношений в экономической сфере рассматривается в качестве самостоятельного механизма правового регулирования. Этот механизм включает в себя институциональные и функциональные составляющие. Под институциональными составляющими обычно понимают субъектов - органы власти, осуществляющие процесс регулирования соответствующих отношений, а функциональная составляющая включает формы и методы государственного регулирования деятельности субъектов права. Формы затем сводятся к основным направлениям государственно-властной деятельности (регулирование цен, установление тарифов и проч.)

[Ерина 2008: 11].

Между тем, из указанной схемы размышления неясно, во-первых, как же тогда различаются формы и методы публично-правового регулирования экономики, формы и элементы такого регулирования. Во-вторых, государственно-властная деятельность почти всегда (кроме достаточно редких случаев делегирования полномочий) осуществляется субъектами публичного права, в связи с чем они «присутствуют», как в институциональной, так и в функциональной составляющих механизма публично-правового регулирования. Другие авторы, например, Э.С. Гудков, исследовавший проблемы публично-правового регулирования гражданско-правовых отношений, под формами применения элементов публично-правового регулирования в гражданском праве предлагает понимать различные варианты внешнего выражения единства правил публично-правового и частноправовоrо характера в структуре норм и институтов данной отрасли права. По его мнению, в гражданском праве элементы публично-правового регулирования используются в следующих основных формах: государственная регистрация; акты государственных органов индивидуального характера; специальная правоспособность юридического лица; принудительная реорганизация или ликвидация юридического лица и принудительное прекращение деятельности индивидуального предпринимателя; императивные нормы; нотариальные акты; акты и действия специализированных профессиональных организаций, выполняющих по отношению к определенным группам участников гражданских правоотношений функции публично-правового характера [Гудков 2005: 9].

Однако и с этим мнением согласиться нельзя, поскольку в данном случае речь идет об институтах права или законодательства, типах правовых связей, видах правовых норм и т.п., но не о формах публично-правового регулирования отношений. Более того, очевидны и логические ошибки, допускаемые автором, когда, например, выделяемые в качестве элементов механизма публично-правового регулирования юридические нормы у данного исследователя становятся формой выражения элементов, наряду, например, с нотариальными актами.

Скорее всего, при определении форм публично-правового регулирования общественных отношений, в том числе, отношений в производственной сфере, следует руководствоваться общим пониманием правового регулирования в его динамическом и статическом аспектах. Эти аспекты «смыкаются» в категории «юридическая деятельность», выступающей формой внешнего выражения элементного состава механизма публично-правового регулирования. Соответственно можно вести речь о таких формах выражения механизма публично-правового регулирования общественных отношений как правотворчество, систематизация права, толкование права, правоприменение, и, отдельно, контрольно-надзорной деятельности.

В свою очередь, указанные разновидности юридической деятельности включают в себя определенные модели публично-правового регулирования, среди которых, например, можно выделить институциональные модели, такие как институт лицензирования, институт саморегулирования той или иной отрасли производства, институт сертификации и проч. Выводы Понимание публично-правового регулирования производственной сферы сегодня эволюционировало от своего «классического» выражения в рамках противопоставления публичного и частного права. В настоящее время усложнение социальных связей нередко приводит к невозможности однозначно выделить в тех или иных общественных отношениях публичный или частный интерес.

Имеется множество отраслей экономики (например, транспортная отрасль) и сфер жизни (информационная и другие сферы), которые сочетают в себе публичные и частные интересы, в связи с чем иногда сложно определить, какой именно тип правового регулирования, публично-правовой или частноправовой, превалирует в той или иной конкретной ситуации. Теоретически, вполне возможно обращение инструментария публично-правового регулирования к частным вопросам, однако специфика форм и составляющих основу для последних методов правового воздействия в данном случае способна привести к другим ожидаемым результатам.

Формы правового воздействия определяются сферой публично-правового регулирования и, в первую очередь, его предметом, к которому можно отнести и отношения в области производственных систем и процессов (производственную сферу). Особенности (включая объем правового воздействия) публично-правового регулирования производственных систем и процессов зависят от содержательных характеристик самих подсистем производственной системы и видов производственных процессов.

Список литературы

1. Административное право / Под ред. Л.Л. Попова, М.С. Студеникиной. М.: Статут. 2018. 782 с.
2. Алексеев С.С. Линия права. М.: Статут, 2006. 342 с.
3. Гудков Э.С. Элементы публично-правового регулирования в гражданском праве. Автореф.дисс….канд.юрид.наук. М., 2005. 28 с.
4. Грудцына Л.Ю. Гражданское общество и частное право // Международный академический журнал Российской академии естественных наук. 2013. № 4. С. 69 - 79.
5. Грудцына Л.Ю. Теория конвергенции частноправовых и публично-правовых начал в аспекте развития гражданского общества // Административное и муниципальное право. 2014. № 6. С. 511 - 519.
6. Ерина Е.Н. Административно-правовое регулирование естественных монополий в сфере топливно-энергетического комплекса. Автореф. дисс….канд.юрид.наук. М., 2008. 30 с.
7. Иванов В.И. Частные отношения: постановка вопроса // Образование и право. 2011. № 5 (21). С.51-58.
8. Карро Д., Жюйар П. Международное экономическое право. М.: Международные отношения. 2021. 382 с.
9. Коршунов Н.М. Конвергенция частного и публичного права: проблемы теории и практики. М.: Инфра-М, 2011. 296 с
10. Лаптев В.В. Субъекты предпринимательского права. М.: Статут. 2023. 318 с.
11. Максуров А.А. Защита права собственности от необоснованного вмешательства государства в права собственника в Европейском суде по правам человека // Инвестиции в России. 2010. № 9 (188). С. 44-48.
12. Максуров А.А. Координационные нормы в законодательстве Норвегии // Труды Оренбургского института (филиала) Московской государственной юридической академии. 2015. № 26. С. 27-31.
13. Максуров А.А. Общее понятие технологии координационной юридической практики // Вопросы экономики и права. 2008. № 6. С. 26-30.
14. Нарышкин С.Е., Хабриева Т.Я. Административная реформа в субъектах Российской Федерации // Журнал российского права. 2008. № 10. С.34-41.
15. Талапина Э.В. Публично-правовое регулирование экономики в России: институциональная эволюция // Lex russica. 2016. № 1. С. 116 - 125.
16. Тен А.Л. Формирование публично-правового механизма регулирования экономических отношений России в условиях глобализации // Административное право и процесс. 2014. № 7. С. 39 - 42.
17. Терехова А.В. Административное усмотрение в расследовании несчастных случаев на производстве и административном расследовании по делам о нарушениях государственных нормативных требований охраны труда // Сибирское юридическое обозрение. 2024. Т. 21. № 3. С.311– 323.
18. Тихомиров Ю.А. Публичное и частное право / Общая теория государства и права. Академический курс. М.: Статут. 2019. 690 с. Spisok literatury:
19. Administrativnoe pravo / Pod red. L.L. Popova, M.S. Studenikinoj. M.: Statut. 2018. 782 s.
20. Alekseev S.S. Liniya prava. M.: Statut, 2006. 342 s.
21. Gudkov E.S. Elementy publichno-pravovogo regulirovaniya v grazhdanskom prave. Avtoref.diss…. kand.yurid.nauk. M., 2005. 28 s.
22. Grudcyna L.YU. Grazhdanskoe obshchestvo i chastnoe pravo // Mezhdunarodnyj akademicheskij zhurnal Rossijskoj akademii estestvennyh nauk. 2013. № 4. S. 69 - 79.
23. Grudcyna L.YU. Teoriya konvergencii chastnopravovyh i publichno-pravovyh nachal v aspekte razvitiya grazhdanskogo obshchestva // Administrativnoe i municipal’noe pravo. 2014. № 6. S. 511 - 519.
24. Erina E.N. Administrativno-pravovoe regulirovanie estestvennyh monopolij v sfere toplivno-energeticheskogo kompleksa. Avtoref.diss….kand. yurid.nauk. M., 2008. 30 s.
25. Ivanov V.I. CHastnye otnosheniya: postanovka voprosa // Obrazovanie i pravo. 2011. № 5 (21). S.51-58.
26. Karro D., ZHyujar P. Mezhdunarodnoe ekonomicheskoe pravo. M.: Mezhdunarodnye otnosheniya. 2021. 382 s.
27. Korshunov N.M. Konvergenciya chastnogo i publichnogo prava: problemy teorii i praktiki. M.: Infra-M, 2011. 296 s
28. Laptev V.V. Sub”ekty predprinimatel’skogo prava. M.: Statut. 2023. 318 s.
29. Maksurov A.A. Zashchita prava sobstvennosti ot neobosnovannogo vmeshatel’stva gosudarstva v prava sobstvennika v Evropejskom sude po pravam cheloveka // Investicii v Rossii. 2010. № 9 (188). S. 44-48.
30. Maksurov A.A. Koordinacionnye normy v zakonodatel’stve Norvegii // Trudy Orenburgskogo instituta (filiala) Moskovskoj gosudarstvennoj yuridicheskoj akademii. 2015. № 26. S. 27-31.
31. Maksurov A.A. Obshchee ponyatie tekhnologii koordinacionnoj yuridicheskoj praktiki // Voprosy ekonomiki i prava. 2008. № 6. S. 26-30.
32. Naryshkin S.E., Habrieva T.YA. Administrativnaya reforma v sub”ektah Rossijskoj Federacii // ZHurnal rossijskogo prava. 2008. № 10. S.34-41.
33. Talapina E.V. Publichno-pravovoe regulirovanie ekonomiki v Rossii: institucional’naya evolyuciya // Lex russica. 2016. № 1. S. 116 - 125.
34. Ten A.L. Formirovanie publichno-pravovogo mekhanizma regulirovaniya ekonomicheskih otnoshenij Rossii v usloviyah globalizacii // Administrativnoe pravo i process. 2014. № 7. S. 39 - 42.
35. Terekhova A.V. Administrativnoe usmotrenie v rassledovanii neschastnyh sluchaev na proizvodstve i administrativnom rassledovanii po delam o narusheniyah gosudarstvennyh normativnyh trebovanij ohrany truda // Sibirskoe yuridicheskoe obozrenie. 2024. T. 21. № 3. S.311–323.
36. Tihomirov YU.A. Publichnoe i chastnoe pravo / Obshchaya teoriya gosudarstva i prava. Akademicheskij kurs. M.: Statut. 2019. 690 s.

Скачать