Проблемы правового режима деятельности маркетплейсов

• ГИРФАНОВ Ильназ Исрафиловичаспирант УВО «Университет управления «ТИСБИ»gfagro@yandex.ru

В настоящее время онлайн-торговля с участием маркетплейсов демонстрирует высокие темпы развития, в связи с чем актуальность приобретают вопросы правового обеспечения данных процессов. В рамках данной статьи автор обращается к проблеме определения содержания правового режима деятельности маркетплейсов, как специфичного субъекта торгового оборота. Автор оценивает состояние действующего механизма правового регулирования деятельности маркетплейсов, также исследует правовой статус маркетплейсов. На основании исследования автором предлагаются собственные теоретико-методологические разработки, применимые при формировании целостного правового режима деятельности маркетплейсов.

Ключевые слова: маркетплейс, электронная торговля, онлайн-торговля, правовой режим маркетплейсов, правовой статус маркетплейсов, правовое регулирования деятельности маркетплейсов

Электронная торговля, в частности, торговля на маркетплейсах уверенно заняла свое место в российском экономическом обороте. Как показывает статистика, объем онлайн-продаж, как и количество покупателей, неукоснительно растет. В 2024 году на российском рынке было произведено 6,8 млрд онлайн-заказов, тогда как в 2023 году этот показатель составил 4,7 млрд [1]. Вместе с тем в данной сфере закономерно возрастает и количество обращений и судебных споров. Мы можем наблюдать, как по мере развития правоотношений обнаруживаются различные пробелы правового регулирования интернет-торговли. Особенно это касается торговли с участием маркетплейсов, которые в настоящее время занимают доминирующее положение на рынке электронной торговли [2, с. 76]. На основании вышеизложенного исследование различных правовых аспектов онлайн-торговли на маркетплейсах на сегодняшний день мы находим актуальным и своевременным.

В рамках статьи мы хотели бы обратиться к вопросам общетеоретической, концептуальной и методологической, основы правового режима деятельности маркетплейсов, поскольку в настоящее время нет возможности говорить о сформированном и целостном комплексе правовых норм, регулирующем отношения в указанной области. В первую очередь, обозначим, что правовой режим - довольно широкое понятие, суть которого очень точно, на наш взгляд, описали А.В. Малько и О.С. Родионов. По мнению авторов, правовой режим — это функциональная характеристика права, объединяющая в себе особенности правового регулирования, создающие желаемое социальное состояние и конкретную степень благоприятности либо неблагоприятности для удовлетворения интересов субъектов права [3, с. 19]. В контексте исследования юридической специфики интернет-торговли на маркетплейсах особую ценность имеет как раз-таки обращение к правовому режиму деятельности маркетплейсов, то есть обращение к юридически значимым особенностям специального субъекта - маркетплейса, участие которого в правоотношениях купли-продажи, по сути, и изменяет их классические форму и содержание.

Центральной категорией, содержание которой предопределит правовой режим деятельности, является правовой статус маркетплейса, то есть набор его юридических прав, свобод, обязанностей и законных интересов [4, с. 26-27]. Относительно действующего законодательства мы можем констатировать разрозненность положений, регламентирующих правовой статус маркетплейсов.

Так, Закон РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее - Закон о защите прав потребителей) вводит понятие владельца агрегатора (иными словами, владельца маркетплейса), подразумевающего организацию, владеющую интернет-платформой, предоставляющей потребителю информацию о товарах, позволяющей заключить и исполнить договор купли-продажи. Непосредственно термин «маркетплейс» фигурирует в Стандартах по взаимодействию маркетплейсов с владельцами пунктов выдачи заказов, утвержденных Комиссией по созданию условий саморегулирования в электронной торговле в Российской Федерации, и его определение полностью копирует формулировки Закона о защите прав потребителей.

Довольно интересная картина относительно понимания правовой природы маркетплейсов формируется в судебной практике. В зависимости от существа договора, заключаемого между маркетплейсом и продавцом, суды или примеряют на маркетплейс гражданско-правовую модель информационного посредника, или квалифицируют его в качестве лица, исполняющего поручение продавца (Постановление Суда по интеллектуальным правам от 04.12.2024 № С01-1789/2024 по делу № А41-52246/2023). При этом, даже во втором случае имеют место случаи применения к маркетплейсу положений об освобождении от ответственности, аналогичных правилам ответственности информационного посредника, в связи с чем практическая ценность дифференциации информационного посредника и лица, исполняющего поручение, в правовом статусе маркетплейса остается неясной.

Специфичные компоненты, формирующие правовой статус маркетплейсов и нашедшие свое отражение в действующем законодательстве немногочисленны. В их числе мы предлагаем рассматривать следующие:

– свобода выбора юридической конструкции договора для заключения с продавцами и, соответственно, неограниченная специальными правилами свобода и самостоятельность в установлении режима взаимодействия с продавцами; – обязанность доведения до потребителей информацию о себе и о продавце (п. п. 1.2, 1.3 ст. 9 Закона о защите прав потребителей), подкрепленная ограниченной ответственностью за предоставление потребителю недостоверной или неполной информации о товаре или продавце (п. 2.1 ст. 12 Закона о защите прав потребителей); – особенности ответственности информационного посредника, включая правила освобождения от ответственности за нарушение интеллектуальных прав (ст. 1253.1 Гражданского кодекса РФ).

Правовой статус маркетплейсов в российском праве на сегодняшний день определяется вышеизложенными элементами. Полагаем, скудность законодательного регулирования и неоднозначность позиции судов относительно правовой природы, специфичных прав и обязанностей, содержания законных интересов, необходимой ответственности маркетплейсов демонстрируют попытки «подогнать» содержание правового статуса маркетплейсов под существующие концепции. Следствием такого подхода является отсутствие специального правового режима осуществления деятельности маркетплейсов. В результате выходит то, что реальные условия функционирования правового института купли-продажи на маркетплейсах не охватываются существующим правовым механизмом регулирования.

Путь к решению этой проблемы мы видим в совершенствовании механизма правового регулирования деятельности маркетплейсов, и первостепенной задачей к достижению указанной цели является определение концепции при формировании правового режима деятельности маркетплейсов. Очевидно, что фактически участие маркетплейсов в гражданском обороте не ограничивается информационным посредничеством, а значит, правовой режим деятельности маркетплейса должен строиться с учетом его особенной роли. Предлагаем обратить внимание на те юридически значимые аспекты деятельности маркетплейсов, которые не учитываются в рамках действующего механизма правового регулирования, но, по нашему мнению, имеют основополагающее значение.

1. Управление информацией. Ошибочно полагать, что маркетплейс олицетворяет собой банальную посредническую информационную площадку, как это трактуется в действующем законодательстве. Маркетплейс, прежде всего, осуществляет не аккумулирование информации о продавцах и товарах, а управление такой информацией в целях организации торговли в собственных интересах. И здесь у владельцев маркетплейсов развязаны руки настолько, что, фактически оставаясь в стороне от отношений купли-продажи и неся минимальную ответственность перед продавцами и потребителями, они способны задавать вектор развития этих отношений. Очевидно, что злоупотребления в таких условиях неизбежны, тем более что действующее правовое регулирование оставляет для этого много лазеек. Для наглядности приведем пример.

Ответственность за передачу покупателю некачественного товара по общему правилу, установленного ст. 475 ГК РФ, несет продавец. Это же правило применяется к онлайн-продажам через маркетплейсы. По результатам исследования Роспотребнадзора в 2024 году было выявлено множество продаваемых на маркетплейсах наименований продукции, несоответствующих предъявляемым законодательством требованиям к их качеству. Так, например, несоответствия были обнаружены у 105 наименований косметической продукции из 150 исследованных [5, с. 339]. Ответственность за эти несоответствия по закону будет возложена на продавцов, а не на маркетплейс. Вместе с тем именно маркетплейс выступил организатором продажи некачественных товаров, он обеспечил условия продвижения таких товаров, он привлек покупателей. Представляется, что при таких условиях полное освобождение маркетплейсов от ответственности не соответствует правовым принципам справедливости и равноправия участников рынка. Более того, как отмечает Роспотребнадзор, нередки случаи применения маркетплейсами условий, обязывающих потребителя нести вместо продавца расходы на возврат некачественного товара.

Таким образом, становится очевидно, что отстраненность от существа отношений купли-продажи в правовой позиции маркетплейса вызывает ряд принципиальных проблем, в числе которых наиболее остро ощущается отсутствие баланса в системе защиты прав потребителей. Здесь же нужно дополнить, что не только потребители, но и продавцы нередко оказываются уязвимой стороной в отношениях с маркетплейсом, поскольку стремление маркетплейса к усилению вовлеченности потребителей путем повышения лояльности нередко приводит к тому, что защита прав потребителей становится инструментом манипуляций недобросовестных покупателей, последствия которых несут продавцы.

Факт того, что деятельность маркетплейсов не ограничивается информационным посредничеством, а связана с оказанием влияния на товарооборот в собственных интересах, вытекает также из существа положений Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции». В частности, на это указывают нормы о сетевом эффекте - свойстве рынка, при котором потребительская ценность маркетплейсов изменяется в зависимости от изменения количества таких продавцов и покупателей. То есть сам факт того, что деятельность маркетплейсов рассматривается законодателем в контексте защиты конкуренции на товарном рынке, указывает на более глобальную роль маркетплейсов, чем информационное посредничество.

2. Использование различных юридических и неюридических инструментов. В арсенале маркетплейсов, помимо информации о продавцах и товарах, находятся многочисленные юридические средства и инструменты, позволяющие организовывать их деятельность. Здесь можно говорить об интеллектуальных правах, персональных данных и т.д. Неопределенность правового статуса дает возможность маркетплейсам самостоятельно регулировать правила использования этих средств и инструментов, в связи с чем возникают различные риски, неурегулированность которых в сочетании с диспозитивностью гражданских правоотношений оставляет действия маркетплейсов в правовом поле. Так, например, исследователи отметили различные риски в области интеллектуальных прав: риск создания негативной или, наоборот, излишне позитивной репутации в отношении конкретного предприятия; маскировка товара под известным коммерческим обозначением - фактическое предоставление товара, не индивидуализируемых данным средством с отличным качеством, функционалом, иными характеристиками и условиями и другие [6].

Под неюридическими мы понимаем такие инструменты и средства, использование которых не образует правоотношений, но оказывает опосредованное воздействие на правоотношения купли-продажи. Примером такого инструмента являются отзывы потребителей о приобретенных на маркетплейсе товарах. Количество и содержание отзывов к товарам напрямую влияет на интенсивность продаж, а значит, целенаправленная работа с этим инструментом может способствовать росту числа заключаемых договоров купли-продажи. Вместе с тем манипуляции отзывами со стороны маркетплейса, которые законодательно не запрещены (например, предложение скидки на товар за отзыв, отсутствие модерации отзывов и т.п.), могут вводить в заблуждение потребителя, что, в свою очередь, будет способствовать продаже заведомо некачественных товаров. Данный пример демонстрирует, что использование даже неправовых инструментов может отражаться в правовом поле, в связи с чем вопрос о дозволениях в деятельности маркетплейсов встает еще более остро.

3. Взаимодействие с участниками процесса осуществления онлайн-продаж. Маркетплейс взаимодействует со всеми участниками указанного процесса, в частности, с продавцом, пунктом выдачи заказов, потребителями. Мы выделяем данный аспект в числе значимых в контексте определения правового режима деятельности маркетплейсов, так как правовые пределы взаимодействия маркетплейсов с иными субъектами должны предопределять содержание правового статуса маркетплейсов.

Каждый из перечисленных каналов взаимодействия существует в рамках саморегулирования, законодательное закрепление специальных правил в данной области отсутствует, однако, пробел заполняется так называемыми добросовестными практиками - сводами особых правил взаимодействия, не имеющими официальной юридической силы. В настоящее время добросовестные практики сформированы в рамках взаимодействия маркетплейсов с владельцами пунктов выдачи (речь идет о Стандартах, которые мы упоминали ранее), в рамках взаимодействия маркетплейсов с правообладателями и продавцами, направленного на предотвращение реализации контрафактной продукции - данные правила разработаны ФАС России совместно с Объединением корпоративных юристов России и представителями маркетплейсов и правообладателей.

Существующая модель регулирования взаимодействия маркетплейсов с участниками электронной торговли представляется нам актуальной. Исследователи указанной проблематики высказывают аналогичные мнения, например, Е.Г. Опыхтина отмечает, что применение норм мягкого права позволяет поддерживать коммерческое взаимодействие и поощрять конкуренцию между участниками экономического оборота [7, с. 40], А.Ю. Чурилов подчеркивает, что мягкое право отражает лучшие практики [8, с. 17] и т.д. Вместе с тем хотелось бы дополнить, что вопросы регулирования отдельных аспектов взаимодействия, например, вопросы защиты прав потребителей, все же должны решаться на уровне публично-правового порядка.

Завершая настоящее исследование, резюмируем вышеизложенное и обозначим основные выводы.

Развитие онлайн-торговли, как одна из тенденций социально-экономического развития общества, значительно изменяет процессы социального взаимодействия и требует соответствующего ответа от правовой сферы. До недавнего времени правовое регулирование интернет-торговли осуществлялось в поле общих правовых норм и конструкций. И в целом такая логика законодателя была понятна, так как в юридической перспективе онлайн-торговля — это все тот же классический правовой институт купли-продажи, реализуемый в особом дистанционном порядке. Однако следует учитывать, что правовые институты, как и право в целом, развивается не в изоляции, а, напротив, во взаимодействии с иными сферами жизни. Существующая модель регулирования отношений купли-продажи была сформирована еще на основе постулатов римского частного права и учитывала особенности социального взаимодействия того времени. И здесь возникает вопрос, способен ли классический механизм правового регулирования розничной купли-продажи закрыть потребности современного общества, практически с головой окунувшегося в цифровую среду? Учитывая то, что ряд юридических аспектов электронной торговли (защита прав потребителей, антимонопольные правила, правовые условия взаимодействия цифровых платформ, продавцов и потребителей и т.д.) фактически является слабо урегулированным, мы делаем вывод, что действующее законодательство не исчерпывает проблем правового регулирования электронной торговли и во многом данные проблемы проистекают из неопределенности правового режима деятельности специфичного субъекта - маркетплейса.

Анализируя содержание правового статуса маркетплейсов, мы пришли к выводу о том, что в настоящее время он не имеет четких очертаний ни в законодательстве, ни на практике. Основная проблема, на наш взгляд, заключается в неопределенности правовой природы маркетплейсов в - отечественном праве: законодатель подчеркивает посредническую роль маркетплейсов, в то время как их деятельность фактически выходит далеко за обозначенные пределы.

Установление правового режима деятельности маркетплейсов мы предлагаем начать с формирования четкой концепции, в которой должны учитываться следующие ключевые моменты: 1) маркетплейсы не только аккумулируют, но и управляют информацией, благодаря чему оказывают влияние на организацию торговли; 2) маркетплейсы используют различные юридические и неюридические инструменты и средства, в связи с чем требуется определение допустимых пределов их использования; 3) маркетплейсы взаимодействуют со всеми участниками электронной купли-продажи, что также требует регулирования:

наиболее острые вопросы (например, взаимодействие маркетплейсов с потребителями в контексте защиты их прав) должны регулироваться нормами права, регулирование иных вопросов допускается на уровне саморегулирования.

С методологической точки зрения концепция правового режима деятельности маркетплейсов должна реализовываться посредством сочетания нормативного подхода с нарративным, позволяющим в полной мере учитывать динамику развития электронной торговли на маркетплейсах благодаря конструированию правил взаимодействия участников на основании уже приобретенного опыта. Нарративный подход в формировании механизма правового регулирования деятельности маркетплейсов выражается в формировании актов мягкого права, неоспоримая ценность которых заключается в придании формально-юридического облика самой сути социального взаимодействия маркетплейсов с иными участниками электронной торговли. Полагаем, данная тенденция развития формы и содержания правового регулирования деятельности маркетплейсов должна развиваться и дальше. Вместе с тем отдельные аспекты деятельности маркетплейсов, например, связанные с защитой прав потребителей, непременно должны регулироваться на публично-правовом уровне.

Список литературы

1. Маркетинговое исследование «Интернет-торговля в России 2025», май 2025 // [Электронный ресурс]. URL: https://datainsight.ru/DI_ eCommerce_2025 (дата обращения: 04.06.2025).
2. Защита прав потребителей в Российской Федерации в 2024 году: Государственный доклад. – Москва: Федеральная служба по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека, 2025.– 442 с.
3. Малько А.В., Родионов О.С. Правовые режимы в российском законодательстве // Журнал российского пра ва. - 2001. - № 9.
4. Витрук Н.В. Основы теории правового положения личности в социалистическом обществе. — М., 1979. - 229 c.
5. Защита прав потребителей в Российской Федерации в 2024 году: Государственный доклад. – Москва: Федеральная служба по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека, 2025.– 442 с.
6. Пробелы в праве в условиях цифровизации: сборник научных трудов / Д.Р. Алимова, С.А. Афанасьева, Л.Т. Бакулина и др.; под общ. ред. Д.А. Пашенцева, М.В. Залоило. М.: Инфотропик Медиа, 2022. - 472 с.
7. Опыхтина Е.Г. Правовое регулирование отношений, возникающих между цифровым посредником и коммерческими пользователями на современном этапе // Цивилист. - 2024. - № 2. - С. 35 - 40.
8. Чурилов А.Ю. Воздействие нарративов на формирование мягкого права в сфере предпринимательской деятельности // Юрист. - 2023. - № 6. - С. 16 - 22. Spisok literatury:
9. Marketingovoe issledovanie «Internet-torgovlia v Rossii 2025», mai 2025 // [Elektronnyi resurs]. URL: https://datainsight.ru/DI_eCommerce_2025 (data obrashcheniia: 04.06.2025).
10. Zashchita prav potrebitelei v Rossiiskoi Federatsii v 2024 godu: Gosudarstvennyi doklad. – Moskva: Federal’naia sluzhba po nadzoru v sfere zashchity prav potrebitelei i blagopoluchiia cheloveka, 2025.– 442 s.
11. Mal’ko A.V., Rodionov O.S. Pravovye rezhimy v rossiiskom zakonodatel’stve // Zhurnal rossiiskogo prava. - 2001. - № 9.
12. Vitruk N.V. Osnovy teorii pravovogo polozheniia lichnosti v sotsialisticheskom obshchestve. — M., 1979. - 229 c.
13. Zashchita prav potrebitelei v Rossiiskoi Federatsii v 2024 godu: Gosudarstvennyi doklad. – Moskva: Federal’naia sluzhba po nadzoru v sfere zashchity prav potrebitelei i blagopoluchiia cheloveka, 2025.– 442 s.
14. Probely v prave v usloviiakh tsifrovizatsii: sbornik nauchnykh trudov / D.R. Alimova, S.A. Afanas ’eva, L.T. Bakulina i dr.; pod obshch. red. D.A. Pashentseva, M.V. Zaloilo. M.: Infotropik Media, 2022. - 472 s.
15. Opykhtina E.G. Pravovoe regulirovanie otnoshenii, voznikaiushchikh mezhdu tsifrovym posrednikom i kommercheskimi pol’zovateliami na sovremennom etape // Tsivilist. - 2024. - № 2. - S. 35 - 40.
16. Churilov A.Iu. Vozdeistvie narrativov na formirovanie miagkogo prava v sfere predprinimatel ’skoi deiatel’nosti // Iurist. - 2023. - № 6. - S. 16 - 22.

Скачать