Проблемы правового регулирования фулфилмента в системе гражданско-правовых отношений: вопросы правосубъектности оператора и реституции в многозвенных цепочках поставок

• ТОЛКАНЕВ Владислав ВитальевичАспирант 2-го курса Негосударственное образовательное частное учреждение высшего образования Московский финансово-промышленный университет «Синергия» (Москва)4udakd@mail.ru

Статья посвящена анализу актуальных проблем гражданско-правового регулирования фулфилмента как относительно нового института российского частного права. Исследуются вопросы определения правового статуса оператора фулфилмента в системе традиционных гражданско-правовых конструкций, проблемы применения института реституции при признании сделок недействительными в многозвенных цепочках поставок, а также механизмы защиты прав потребителей и субъектов предпринимательства. Автором анализируется правовой режим реституции для фулфилмент-отношений и предлагаются критерии разграничения ответственности между множественными участниками таких отношений. Особое внимание уделяется интеграции фулфилмента в правовое регулирование цифровых платформ и обеспечению баланса интересов экономически неравных сторон договора.

Ключевые слова: фулфилмент, оператор фулфилмента, смешанный договор, реституция, недействительность сделок, цифровые платформы, маркетплейсы, защита прав потребителей, множественность лиц в обязательстве

Трансформация отечественной экономической системы, детерминированная процессами цифровизации и экспансией электронной коммерции, индуцировала возникновение новых, комплексных моделей организации товародвижения, среди которых доминирующую позицию занимает фулфилмент.

Данный институт репрезентирует собой синтезированный комплекс услуг, охватывающий полный цикл обработки товарных потоков - от их приемки и складирования до упаковки, маркировки и финальной дистрибуции (передачи) конечному приобретателю. Стремительный рост маркетплейсов и агрегаторов товарных предложений катализировал распространение фулфилмент-моделей в отечественном обороте.

В настоящее время действующее гражданское законодательство Российской Федерации не содержит специальных норм, регулирующих фулфилмент-отношения, что порождает значительные трудности в правоприменительной практике.

Отсутствие четкого определения правового статуса оператора фулфилмента, неопределенность в вопросах распределения ответственности между множественными участниками, проблемы применения традиционных институтов гражданского права к многозвенным цепочкам поставок требуют комплексного научного осмысления и выработки теоретических подходов к их решению.

Актуальность настоящего исследования обусловлена необходимостью преодоления правовой неопределенности в регулировании фулфилмент-отношений, что имеет существенное значение для развития соответствующей отрасли гражданско-правовых знаний и обеспечения стабильности гражданского оборота.

1. Проблема правовой квалификации договора фулфилмента и определения правосубъектности оператора (субъекта занимающимся фулфилментом) 1.1. Природа договора фулфилмента в системе гражданско-правовых обязательств Фундаментальной проблемой цивилистической доктрины фулфилмента является правовая квалификация соответствующих договорных отношений. В соответствии с пунктом 3 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

Договор фулфилмента в его классическом понимании представляет собой смешанный договор который включает в себя элементы договора хранения (глава 47 ГК РФ), договора возмездного оказания услуг (глава 39 ГК РФ), агентского договора (глава 52 ГК РФ) и договора транспортной экспедиции (глава 41 ГК РФ). Смешанный характер договора фулфилмента проявляется в том, что он объединяет несколько самостоятельных обязательств, каждое из которых регулируется специальными нормами соответствующего договорного типа, при этом все элементы связаны единой хозяйственной целью – обеспечением движения товара от продавца к конечному покупателю (потребителю).

Применение к фулфилмент-отношениям правового режима смешанного договора порождает существенные трудности в определении применимых норм. Конструкция смешанного договора освобождает законодателя от регламентирования огромной номенклатуры сходных договоров, однако сохраняет проблему регулирования в части, касающейся взаимодействия различных элементов такого договора. Особую сложность представляет определение того, правила какого из договоров должны применяться к спорным отношениям, когда законодательно выявляются коллизии.

1.2. Правовой статус оператора фулфилмента: посредник, самостоятельный предприниматель (исполнитель) или элемент инфраструктуры платформы Центральным вопросом в определении правовой природы фулфилмента является квалификация правового статуса оператора фулфилмента. Действующее законодательство не содержит легального определения оператора фулфилмента, что приводит к различным подходам в правоприменительной практике.

Первый подход рассматривает оператора фулфилмента как посредника, действующего от своего имени, но за счет продавца товаров (селлера). В рамках данной концепции к отношениям применяются положения главы 52 ГК РФ об агентском договоре. Однако такая квалификация не учитывает комплексный характер услуг, оказываемых оператором, выходящих за рамки классического агентирования. Оператор фулфилмента не только совершает юридические действия от имени принципала, но и осуществляет фактические действия по обработке и хранению товаров, что сближает его с «фигурой» хранителя.

Второй подход предполагает рассмотрение оператора фулфилмента как самостоятельного предпринимателя, оказывающего комплекс услуг в рамках договора возмездного оказания услуг. Данная позиция более точно отражает экономическую сущность фулфилмента, поскольку оператор действует в собственном интересе, извлекая прибыль из предоставления услуг множеству продавцов. Вместе с тем, такая квалификация не учитывает специфику взаимодействия оператора с маркетплейсами и иными элементами цифровой инфраструктуры.

Третий, наиболее «современный» подход, рассматривает оператора фулфилмента как инфраструктурный элемент цифровой платформы (маркетплейса). В контексте так и не вступившего в силу (в настоящее время, планируется введение в действие с 01.10.2026 г.) Федерального закона от 31 июля 2025 года № 289-ФЗ «Об отдельных вопросах регулирования платформенной экономики в Российской Федерации» оператор фулфилмента может квалифицироваться как партнер посреднической цифровой платформы, обеспечивающий выполнение обязательств по доставке товаров. Данный подход позволяет учесть специфику взаимодействия множественных субъектов в рамках платформенной экономики, однако требует дальнейшей научной проработки с учетом принципа автономии воли, свободы договора и фактических обязательств оператора фулфилмент услуг.

Преодоление указанной правовой неопределенности требует разработки специальных критериев квалификации оператора фулфилмента в зависимости от конкретной модели взаимодействия (FBO, FBS, DBS). При модели FBO (Fulfillment by Operator), когда оператор принимает на себя весь комплекс обязанностей по хранению и доставке, его правовой статус наиболее близок к статусу хранителя с элементами экспедитора. В рамках модели FBS (Fulfillment by Seller), когда продавец самостоятельно хранит товары и передает их оператору только после получения заказа, правовое положение оператора более соответствует статусу перевозчика или экспедитора.

Однако в рамках DBS (delivery by seller) модель работы на маркетплейсе, при которой площадка выступает в роли витрины, а все остальные процессы продавец выполняет самостоятельно близка к фулфилменту, но только при оформлении возвратов товаров, при этом фактически это агентирование в чистом виде. 2. Проблемы применения реституции при признании сделок недействительными в цепочке фулфилмента 2.1. Классическая концепция двусторонней реституции и ее ограничения в многозвенных цепочках В соответствии с пунктом 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. Данная норма закрепляет классическую концепцию двусторонней реституции, направленную на возвращение сторон недействительной сделки в первоначальное положение.

Однако применение традиционной двусторонней реституции к многозвенным цепочкам фулфилмента порождает существенные теоретические и практические проблемы. Специфика фулфилмент-отношений состоит в том, что товар, являющийся предметом купли-продажи между селлером (продавцом) и конечным потребителем (покупателем), проходит через руки множества промежуточных субъектов: оператора фулфилмента, маркетплейса, службы доставки. При признании договора купли-продажи недействительным возникает сложная ситуация, когда необходимо определить, кто, кому и в каком порядке должен возвратить полученное.

Теория реверсивной синаллагмы предполагает, что взаимная связь, имевшая место между договорными обязательствами, должна распространяться и на обязательства по приведению сторон в первоначальное положение. Однако в многозвенных цепочках фулфилмента прямая синаллагматическая связь существует только между непосредственными контрагентами (продавец – покупатель), в то время как промежуточные участники (оператор фулфилмента, служба доставки) формально не являются сторонами оспариваемой сделки. [1] 2.2. Специальные проблемы реституции в фулфилмент-отношениях Первая специфическая проблема связана с определением субъекта, обязанного возвратить товар селлеру (продавцу) при признании сделки недействительной. Если товар находится у конечного потребителя, он должен вернуть его продавцу. Но если товар уже передан оператору фулфилмента, но еще не доставлен покупателю, возникает вопрос: должен ли оператор возвратить товар непосредственно продавцу или сначала обеспечить его передачу покупателю для последующего возврата продавцу? [2] Опираясь на логику как правило такого не происходит, просто товар возвращается обратно продавцу, однако с другой стороны покупатель товара остаётся без него, при этом в случае предоплаты возврат денежных средств не всегда происходит «моментально», в связи с чем покупатель просто тратит время и не получает ничего за пользование его денежными средствами.

Вторая проблема касается определения субъекта, которому должны быть возвращены денежные средства. В большинстве случаев оплата товара на маркетплейсах осуществляется через агентскую схему, при которой покупатель перечисляет денежные средства на счет маркетплейса или платежного агрегатора, которые затем переводят их продавцу за вычетом комиссии. При признании сделки недействительной возникает вопрос о том, кто обязан возвратить денеж- ные средства покупателю: продавец, который фактически получил оплату, или маркетплейс, который выступал в роли агента? [3] При этом продавцу как правило на практике не возвращают «комиссионные», а также транспортные расходы, таким обратном продавец заведомо в невыгодном и не сбалансированном положении. В случае же получения прибыли фулфилмент оператором реституция за полученную прибыль «абсурдна», так как это фактически оказанные услуги однако следуя из прямой трактовки действующего законодательства фулфилмент оператор может оказаться в невыгодном положении.

Третья, наиболее сложная проблема связана с возмещением фактически потребленных услуг фулфилмента. Если сделка купли-продажи признается недействительной после того, как товар прошел через всю цепочку фулфилмента (был принят, обработан, упакован, доставлен), возникает вопрос о судьбе расходов, понесенных на оплату этих услуг. Классическая концепция реституции предполагает возврат только того, что было получено по недействительной сделке.

Однако услуги фулфилмента были оказаны не по недействительной сделке купли-продажи, а по самостоятельному договору между продавцом и оператором фулфилмента. [4] На практике продавец несёт на себе бремя транспортных расходов и в данной ситуации не исключение.

Особую остроту данная проблема приобретает в случаях признания сделки недействительной при передаче «дорогостоящего» товара на этапе, предшествующем его поступлению к оператору фулфилмента. Если договор купли-продажи признается недействительным в момент, когда товар находится в процессе транспортировки от производителя к оператору фулфилмента, возникает вопрос о распределении расходов на обратную доставку товара и о том, кто несет риск случайной гибели товара на этом этапе, ведь законодательно риск случайной гибели несёт на себе сторона у которой товар находится, но фактически возникает проблема «юридического ваакума», так как невозможно однозначно определить «у кого» товар находится в юридическом смысле. Проблема заключается в сложности доказывания момента перехода риска и установления надлежащей стороны, несущей ответственность, в ситуации, когда договор признан недействительным на этапе транспортировки товара к оператору фулфилмента. В момент, когда товар уже в пути, но сделка уже признана недействительной, возникает практический вопрос: кто вправе отдать юридически значимое распоряжение этим товаром? Продавец является собственником, но он не является стороной в договоре перевозки с оператором. Его прямое указание перевозчику «вернуть товар» последний может проигнорировать, так как договор у него с фулфилмент оператором, таким образом выбор надлежащей стороны - важен. Не меньше проблем будет если предметом спора будет товар который всё-таки дошёл до фулфилмент-оператора и он будет вынужден его у себя хранить до разрешения реституции, но одновременно с этим как правило закладывается «лимит» по времени хранения, а также цена хранения, при этом обязан ли продавец оплачивать такой товар остаётся под вопросом, при этом нельзя исключать ситуацию что в договорах связанных с фулфилментом в части хранения товара указывают что в случае длительной неоплаты товар может быть утилизирован за счёт продавца или реализован на усмотрение фулфилмент оператора.

2.3. Концепция специального режима реституции для фулфилмент-отношений Преодоление указанных проблем требует разработки специального режима реституции при недействительности сделок в многозвенной цепочке фулфилмента. Основными элементами такого режима должны стать следующие положения.

Во-первых, необходимо установить принцип «прямой реституции», согласно которому при признании договора купли-продажи недействительным товар должен быть возвращен непосредственно продавцу, минуя промежуточные звенья цепочки. Это означает, что если товар находится у конечного покупателя, он обязан вернуть его продавцу за счет последнего. Если же товар еще находится у оператора фулфилмента или в процессе доставки, оператор обязан прекратить исполнение и вернуть товар продавцу, при этом стоимость возврата данного товара должна за собой нести виновная сторона.

Во-вторых, следует закрепить правило о том, что денежные средства возвращаются покупателю тем субъектом, который фактически их получил. Если оплата поступила на счет маркетплейса, действовавшего в качестве агента, но еще не была перечислена продавцу, возврат осуществляет маркетплейс. Если же денежные средства уже переведены продавцу, обязанность по возврату лежит на последнем, при этом маркетплейс не обязан возвращать удержанную комиссию за агентские услуги, в случае если они были оказаны надлежащим образом.

В-третьих, необходимо установить специальные правила о возмещении расходов на фактически потребленные услуги фулфилмента.

Представляется, что при признании сделки купли-продажи недействительной продавец (селлер) не вправе требовать возврата расходов на услуги фулфилмента от покупателя, поскольку данные - услуги были заказаны продавцом в рамках его предпринимательской деятельности. Вместе с тем, если недействительность сделки обусловлена недобросовестными действиями покупателя (например, заведомо фиктивный заказ), расходы на доставку товара могут быть взысканы с покупателя в качестве убытков.

В-четвертых, следует предусмотреть особый режим распределения расходов при признании сделки недействительной на этапе передачи товара между производителем и оператором фулфилмента. В таких случаях целесообразно применять принцип солидарной ответственности продавца и оператора перед покупателем по возврату уплаченных денежных средств с последующим правом регрессного требования оператора к продавцу в части понесенных расходов на возврат товара. Это означает, что покупатель может предъявить требование о возврате денег как продавцу, так и оператору, либо к обоим сразу. Это максимально упрощает и ускоряет процесс для потребителя Предложенная концепция специального режима реституции не противоречит положениям ФЗ «О защите прав потребителей», согласно которому потребитель не должен нести негативные последствия недействительности сделки, обусловленной действиями профессиональных участников оборота. В то же время данная концепция учитывает экономические реалии фулфилмент-бизнеса, не возлагая на операторов чрезмерного бремени ответственности за действия, не находящиеся в их контроле.

3. Проблемы защиты прав потребителей и субъектов малого предпринимательства в фулфилмент-отношениях 3.1. Дисбаланс возможностей и проблема недопустимых условий договора Существенной проблемой правового регулирования фулфилмента является дисбаланс возможностей между крупными операторами фулфилмента (маркетплейсами) и малыми предпринимателями (селлерами). Как правило, условия сотрудничества с операторами фулфилмента и маркетплейсами определяются в форме договоров присоединения (статья 428 ГК РФ) или публичной аферты (статья 437 ГК РФ), в которых слабая сторона лишена возможности влиять на содержание договорных условий.

Анализ типовых договоров-оферт на оказание фулфилмент-услуг, размещенных в открытом доступе, свидетельствует о широком распространении условий, ущемляющих права селлеров. К числу таких условий относятся: одностороннее право оператора изменять тарифы без согласия селлера; условия об ограничении или исключении ответственности оператора за утрату или повреждение товара; положения о праве оператора в одностороннем порядке приостанавливать оказание услуг без возврата предоплаты; чрезмерно короткие сроки на предъявление претензий (например, 3 дня с момента обнаружения недостатков).[5] [6] Защита прав слабой стороны в таких отношениях может осуществляться путем применения пункта 2 статьи 428 ГК РФ, согласно которому присоединившаяся к договору сторона вправе потребовать расторжения или изменения договора, если договор присоединения хотя и не противоречит закону и иным правовым актам, но лишает эту сторону прав, обычно предоставляемых по договорам такого вида, исключает или ограничивает ответственность другой стороны за нарушение обязательств либо содержит другие явно обременительные для присоединившейся стороны условия, также следует применять правила связанные с кабальностью сделок (п. 3 ст. 179 ГК РФ). [7] Вместе с тем, применение указанных норм на практике затруднено ввиду оценочного характера критериев «явной обременительности» условий. Представляется необходимым закрепление в законодательстве специального перечня недопустимых условий договоров в сфере фулфилмента, аналогичного перечню, установленному статьей 16 Федерального Закона «О защите прав потребителей».

К недопустимым условиям договора фулфилмента должны быть отнесены: условия, исключающие или ограничивающие ответственность оператора за утрату или повреждение товара ниже пределов, установленных транспортным законодательством; условия о праве оператора в одностороннем порядке изменять существенные условия договора (тарифы, сроки оказания услуг) без согласования с селлером и без предоставления последнему права отказаться от договора; условия, устанавливающие чрезмерно короткие сроки для предъявления претензий (менее 30 дней); условия об обязательном досудебном урегулировании споров при отсутствии у оператора реально функционирующей системы рассмотрения претензий.

3.2. Механизмы внесудебного разрешения споров и обеспечения прозрачности фулфилмент-операций Важнейшим элементом обеспечения баланса интересов в фулфилмент-отношениях является создание эффективных механизмов внесудебного разрешения споров. В соответствии с (не принятым в настоящее время) Федеральным законом «Об отдельных вопросах регулирования платформенной экономики в Российской Федерации» операторы посреднических цифровых платформ обязаны обеспечить возможность подачи партнерами и потребителями жалоб на действия (бездействие) оператора, а также установить порядок рассмотрения таких жалоб. [8] Вместе с тем, действующее законодательство не устанавливает конкретных требований к процедуре рассмотрения жалоб, срокам предоставления ответа, критериям независимости лиц, рассматривающих жалобы. Представляется целесообразным установление обязательных стандартов внесудебного урегулирования споров в сфере фулфилмента, включающих: максимальный срок рассмотрения жалобы (не более 30 дней); обязательность мотивированного ответа с указанием правовых оснований принятого решения; обязательность раскрытия статистики рассмотренных жалоб и принятых по ним решений для того чтобы покупатели более тщательно подходили к выбору маркетеплейса.

Другим важным механизмом защиты прав селлеров является обеспечение прозрачности фулфилмент-операций. Селлер (продавец) должен иметь доступ к детальной информации о движении его товара на всех этапах цепочки фулфилмента: приемка на склад оператора с указанием количества и состояния товара; размещение на хранение с указанием точного местонахождения; комплектация и отгрузка заказов; возврат товаров с указанием причин возврата и состояния товара. Отсутствие такой информации лишает селлера (продавца) возможности эффективно контролировать исполнение договора и своевременно выявлять нарушения со стороны фулфилмент оператора.

3.3. Особенности защиты прав потребителей в фулфилмент-отношениях Важнейшей особенностью фулфилмент-отношений с участием потребителей является множественность субъектов, потенциально ответственных за нарушение прав потребителя: продавец товара (селлер), оператор фулфилмента, владелец маркетплейса (агрегатора информации о товарах), служба доставки. Закон «О защите прав потребителей» в редакции Федерального закона от 29 июля 2018 г. № 250-ФЗ дополнен положениями об ответственности владельца агрегатора информации о товарах, однако эти положения не охватывают всех ситуаций, возникающих в практике фулфилмента. [9] В соответствии со статьей 12 Закона «О защите прав потребителей» владелец агрегатора несет ответственность за убытки, причиненные потребителю вследствие предоставления ему недостоверной или неполной информации о товаре. Вместе с тем, данная норма не устанавливает ответственность владельца агрегатора за ненадлежащее качество самого товара или за нарушение сроков его доставки, если эти нарушения обусловлены действиями оператора фулфилмента или службы доставки.

Судебная практика по данному вопросу является противоречивой. Так, в одном из дел Верховный Суд РФ указал, что маркетплейс не может отказаться от исполнения договора купли-продажи в одностороннем порядке со ссылкой на отсутствие товара у продавца, поскольку это противоречит статьям 309, 310 ГК РФ (Определение от 5 сентября 2023 года N 7-КГ23-4-К2). Данная позиция свидетельствует о тенденции к возложению на маркетплейсы более широкой ответственности перед потребителями, даже если непосредственным продавцом товара является третье лицо (селлер).

Представляется, что в целях обеспечения эффективной защиты прав потребителей целесообразно установление солидарной ответственности продавца, оператора фулфилмента и владельца маркетплейса перед потребителем за нарушения, связанные с ненадлежащим качеством товара, нарушением сроков доставки, предоставлением недостоверной информации. При этом в отношениях между указанными субъектами должно действовать право регресса, позволяющее субъекту, фактически исполнившему обязательство перед потребителем, взыскать понесенные расходы с лица, по вине которого произошло нарушение. [10] 4. Механизм разграничения ответственности в многосторонних отношениях фулфилмента 4.1. Проблема определения ответственного лица на различных этапах исполнения договора Специфической проблемой фулфилмент-отношений является определение субъекта, ответственного за нарушение обязательств, в ситуации, когда в исполнении договора участвует множество лиц. Классическая концепция гражданско-правовой ответственности основана на принципе индивидуальной ответственности должника за ненадлежащее исполнение обязательства. Однако в фулфилмент-цепочке товар последовательно переходит от одного субъекта к другому, и установление лица, виновного в нарушении, может быть затруднительным.[11] Рассмотрим типичную ситуацию: потребитель получает товар ненадлежащего качества (например, поврежденный или некомплектный). Установление субъекта, ответственного за данное нарушение, требует определения этапа, на котором возник дефект. Если товар был поврежден еще на стадии нахождения у продавца (до передачи оператору фулфилмента), ответственность несет продавец. Если повреждение произошло в процессе хранения на складе оператора фулфилмента, ответственность должна нести оператор - как хранитель. Если же товар был поврежден в процессе доставки, ответственным лицом является перевозчик.

Однако на практике установление момента возникновения дефекта крайне затруднительно, особенно если речь идет о скрытых недостатках товара. В таких ситуациях потребитель, обращаясь с претензией, сталкивается с ситуацией «перекладывания» ответственности, когда каждый из участников цепочки указывает на то, что нарушение произошло не на его этапе. Однако на практике всё заканчивается довольно просто в случае непринятия товаром при проверке покупателем, а в случае обнаружения скрытых дефектов начинаются практические проблемы с реализацией прав покупателя.

4.2. Концепция солидарной, субсидиарной и долевой ответственности в фулфилмент-отношениях Разрешение указанной проблемы возможно путем применения различных моделей ответственности множественных лиц в обязательстве:

солидарной, субсидиарной или долевой. В соответствии со статьей 322 ГК РФ при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности. Солидарная ответственность наиболее выгодна для кредитора (потребителя), поскольку предоставляет ему возможность выбора ответчика и гарантирует полное возмещение убытков даже в случае неплатежеспособности одного из должников.

Законодательно субсидиарная ответственность, регулируемая статьей 399 ГК РФ, предполагает, что дополнительный должник несет ответственность только в случае, если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или не ответил на него в разумный срок. Субсидиарная ответственность применяется в случаях, установленных законом или договором, и направлена на обеспечение дополнительных гарантий защиты прав кредитора.

Долевая ответственность, предусмотренная статьей 321 ГК РФ, означает, что каждый из должников несет ответственность в определенной доле. Такая модель ответственности менее выгодна для кредитора, поскольку требует установления доли ответственности каждого из должников и предъявления требований к каждому из них в отдельности.

Применительно к фулфилмент-отношениям представляется целесообразным использование дифференцированного подхода в зависимости от характера нарушения и субъектного состава. В отношениях с участием потребителей следует устанавливать солидарную ответственность продавца, оператора фулфилмента и владельца маркетплейса за нарушения, которые могли произойти на любом этапе цепочки (например, повреждение товара неустановленным лицом).

Это обеспечит наиболее эффективную защиту прав потребителя как слабой стороны.

В отношениях между профессиональными участниками (селлер – оператор фулфилмента – маркетплейс) целесообразно применять принцип презумпции вины лица, на чьем этапе товар находился в момент возникновения нарушения. Если невозможно точно установить этап возникновения дефекта, ответственность должна распределяться пропорционально вероятности возникновения нарушения на каждом из этапов (долевая ответственность).

Для случаев, когда нарушение обязательства обусловлено действиями третьих лиц, не являющихся непосредственными участниками договора фулфилмента (например, субподрядчик оператора), следует применять модель субсидиарной ответственности. Основную ответственность перед кредитором несет непосредственный контрагент (оператор фулфилмента), который затем вправе предъявить регрессное требование к фактическому причинителю вреда.[12] 4.3. Алгоритм определения ответственного лица в типовых ситуациях Для практического применения предложенных теоретических положений представляется необходимым разработать алгоритм определения ответственного лица в типовых ситуациях фулфилмент-отношений.

Ситуация 1: Товар не доставлен потребителю в установленный срок. Ответственность:

если просрочка обусловлена несвоевременной передачей товара продавцом оператору – ответственность несет продавец; если просрочка произошла на этапе нахождения товара у оператора – ответственность несет оператор; если просрочка обусловлена действиями службы доставки – ответственность несет перевозчик. При невозможности установить причину просрочки – солидарная ответственность всех участников цепочки.

Ситуация 2: Товар утрачен или поврежден.

Ответственность определяется по месту нахождения товара в момент утраты (повреждения): если товар находился на складе оператора – ответственность несет оператор как хранитель (статья 901 ГК РФ); если товар находился в процессе доставки – ответственность несет перевозчик (статья 796 ГК РФ). При невозможности установить момент и место повреждения – солидарная ответственность оператора и перевозчика.

Ситуация 3: Потребителю передан товар, не соответствующий условиям договора (пересорт, несоответствие характеристикам). Ответственность: за соответствие товара договору несет про- давец (статья 469 ГК РФ). Однако если несоответствие обусловлено ошибкой при комплектации заказа оператором фулфилмента (например, перепутаны товары разных продавцов), ответственность несет фулфилмент-оператор. Маркетплейс несет солидарную ответственность с продавцом, если информация о товаре на платформе не соответствовала действительности по вине маркетплейса.[13] Предложенный алгоритм должен быть закреплен в руководящих разъяснениях высших судебных инстанций или в специальном законодательном акте, регулирующем фулфилмент-отношения.

5. Интеграция фулфилмента в правовое регулирование цифровых платформ 5.1. Место фулфилмента в правовом регулировании Развитие фулфилмента неразрывно связано с развитием цифровых платформ (маркетплейсов, агрегаторов информации о товарах).

Федеральный закон от 1 марта 2023 г. № 289-ФЗ «Об отдельных вопросах регулирования платформенной экономики в Российской Федерации» (в настоящее время не принят) впервые в российском законодательстве вводил правовую конструкцию «посреднической цифровой платформы». Под посреднической цифровой платформой понимается информационная система, предназначенная для организации взаимодействия между поставщиками и потребителями товаров, работ, услуг.[14] Оператор фулфилмента может выступать в различных ролях, он может быть партнером оператора посреднической цифровой платформы (маркетплейса), обеспечивающим выполнение обязательств по доставке товаров. В таком случае к отношениям между оператором платформы и оператором фулфилмента применяются положения главы 39 ГК РФ о договоре возмездного оказания услуг. Также оператор фулфилмента может сам являться оператором посреднической цифровой платформы, если он создает информационную систему, обеспечивающую взаимодействие между продавцами и покупателями.

Важнейшим принципом правового регулирования в данном случае является принцип прозрачности (открытости) и запрета дискриминации.

Применительно к фулфилмент-отношениям это означает, что оператор платформы (маркетплейса) не вправе устанавливать дискриминационные условия доступа продавцов к услугам фулфилмента. Нарушение данного принципа может быть квалифицировано как недобросовестная конкуренция в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 г. № 135-ФЗ «О защите конкуренции». [15] 5.2. Применимость норм о цифровых платформах к фулфилмент-операторам Ключевым вопросом интеграции фулфилмента в правовое регулирование цифровых платформ является определение того, в каких случаях к оператору фулфилмента применяются специальные нормы не принятого в настоящий момент Федерального закона «Об отдельных вопросах регулирования платформенной экономики в Российской Федерации». Согласно вышеуказанного Закона оператором посреднической цифровой платформы признается лицо, обеспечивающее функционирование посреднической цифровой платформы.

Представляется, что оператор фулфилмента, не создающий собственную информационную систему для взаимодействия продавцов и покупателей, а лишь оказывающий услуги по обработке и доставке товаров, не является оператором посреднической цифровой платформы в смысле указанного Закона. Вместе с тем, такой оператор может быть квалифицирован как партнер оператора платформы (маркетплейса), к отношениям с которым применяются отдельные положения Закона.

Важнейшее значение имеет применение к фулфилмент-отношениям обязанности оператора платформы обеспечить возможность обмена юридически значимыми сообщениями между участниками. Это означает, что маркетплейс должен обеспечить возможность для продавца и покупателя получать информацию о статусе заказа, местонахождении товара, сроках доставки непосредственно через интерфейс платформы, даже если фактическое исполнение обязательств осуществляет независимый оператор фулфилмента.

Проведенное исследование позволяет сформулировать следующие основные выводы.

Во-первых, договор фулфилмента представляет собой смешанный договор, включающий элементы договора хранения, возмездного оказания услуг, агентского договора и договора транспортной экспедиции. Правовой статус оператора фулфилмента не может быть однозначно определен в рамках традиционных гражданско-правовых конструкций и требует дифференцированного подхода в зависимости от конкретной модели взаимодействия (FBO, FBS, DBS).

Во-вторых, применение классической концепции двусторонней реституции к многозвенным цепочкам фулфилмента порождает существенные теоретические и практические проблемы.

Необходима разработка специального режима реституции при недействительности сделок в фулфилмент-отношениях, основанного на принципах прямой реституции, возмещения фактически потребленных услуг и учета множественности - участников. Расходы на услуги фулфилмента не подлежат возврату при реституции, за исключением случаев злоупотребления правом со стороны покупателя.

В-третьих, защита прав потребителей и субъектов малого предпринимательства в фулфилмент-отношениях требует установления специальных механизмов, включающих: законодательный перечень недопустимых условий договора; обязательные стандарты внесудебного урегулирования споров; обеспечение прозрачности фулфилмент-операций. Целесообразно установление солидарной ответственности продавца, оператора фулфилмента и владельца маркетплейса перед потребителем за нарушения, связанные с ненадлежащим качеством товара и нарушением сроков доставки.

В-четвертых, разграничение ответственности в многосторонних отношениях фулфилмента должно основываться на принципе презумпции вины лица, на чьем этапе товар находился в момент возникновения нарушения. При невозможности установить этап возникновения нарушения применяется модель солидарной ответственности всех участников цепочки с последующим правом регресса. Необходима разработка детального алгоритма определения ответственного лица в типовых ситуациях.

В-пятых, интеграция фулфилмента в правовое регулирование цифровых платформ требует уточнения применимости норм в настоящее время не принятого Федерального закона «Об отдельных вопросах регулирования платформенной экономики в Российской Федерации» к операторам фулфилмента. Оператор фулфилмента, не создающий собственную информационную систему, не является оператором посреднической цифровой платформы, однако к его отношениям с маркетплейсами должны применяться отдельные положения указанного Закона, в частности о требованиях к договору и обязанности обеспечения прозрачности.

Список литературы

1. Реверсивная синаллагма в двусторонней реституции // Журнал цивилистика URL: https:// privlaw-journal.com/reversivnaya-sinallagma-vdvustoronnej-restitucii/ (дата обращения: 20.10.2025).
2. Реституция по цепочке сделок - гражданское законодательство и судебные прецеденты // Гражданское законодательство URL: https:// lawnotes.ru/podborki-gk-rf/restitutsiya-po-tsepochkesdelok (дата обращения: 25.10.2025).
3. Кто является продавцом на маркетплейсе по закону // Патентное бюро Ezy brand URL: https:// ezybrand.ru/blog/kto-yavlyaetsya-prodavczom-namarketplejse-po-zakonu/ (дата обращения: 28.10.2025).
4. Споры по договорам фулфилмента // Коллегия адвокатов Москвы «Шериев и партнёры» URL: https://advokat-sheriev.ru/fulfilment.aspx (дата обращения: 29.10.2025).
5. Договор публичной оферты на оказание услуг (фулфилмент) // Фулфилмент платформа URL: https://ff-platform.com/oferta.php (дата обращения: 30.10.2025).
6. Договор-оферта на оказание фулфилмент-услуг // БАЗА URL: https://baza-ff.ru/oferta (дата обращения: 31.10.2025).
7. Государственная Дума выступила против ответственности маркетплейсов // Право URL: https://pravo.ru/news/257780/ (дата обращения: 05.11.2025).
8. Правовое регулирование платформенной экономики // Ассоциация юристов России URL: https://alrf.ru/articles/pravovoe-regulirovanie-platformennoy-ekonomiki/ (дата обращения: 06.11.2025).
9. Закон Российской Федерации «О защите прав потребителей» от 07.02.1992 N 2300-1 // Консультант Плюс URL: https://www.consultant.ru/ document/cons_doc_LAW_305/ (дата обращения: 08.11.2025).
10. Солидарная и субсидиарная ответственность, в чем отличие? // Wiseadvice аутсорсинг учёта URL: https://1c-wiseadvice.ru/company/blog/ solidarnaya-i-subsidiarnaya-otvetstvennost-v-chemotlichie / (дата обращения: 10.11.2025).
11. Очкуренко С. В., Ротань В. Г. Понятие и виды ответственности в гражданском праве росс ИИ // Lex Russica. 2023. №8 (201). URL: https:// cyberleninka.ru/article/n/ponyatie-i-vidyotvetstvennosti-v-grazhdanskom-prave-rossii (дата обращения: 07.11.2025).
12. Мусалов Магомед Абдулаевич, Рашидов Шарапутдин Маккашарипович к вопросу субсидиарной и солидарной ответственности по российскому законодательству // Право и государство: теория и практика. 2021. №4 (196). URL: https:// cyberleninka.ru/article/n/k-voprosu-subsidiarnoy-i-solidarnoy-otvetstvennosti-po-rossiyskomu-zakonodatelstvu (дата обращения: 07.11.2025).
13. Е. А. Майнагашева, Л. А. Иванченко проблемы защиты прав потребителей // Актуальные проблемы авиации и космонавтики. 2021. №. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/problemy-zaschityprav-potrebiteley-1 (дата обращения: 11.11.2025).
14. Регулирование цифровых платформ в России // вестник международных организаций НИУ ВШЭ URL: https://iorj.hse.ru/data/ 2024/09/01/2121848384/6%20%D0%A8%D0%B5% D0%BB%D0%B5%D0%BF%D0%BE%D0%B2_%D 0%9A%D0%BE%D0%BB%D0%BC%D0%B0%D1% 80-110-126.pdf (дата обращения: 10.11.2025).
15. Федеральный закон «О защите конкуренции» от 26.07.2006 N 135-ФЗ // Консультант- Плюс URL: https://www.consultant.ru/document/ cons_doc_LAW_61763/ (дата обращения: 11.11.2025).

Скачать