Правовое регулирование форм народного участия в отправлении правосудия во второй половине 1950-х – начале 1960-х гг. в РСФСР

• КАСУТИНА Марина СергеевнаОмский государственный университет им. Ф.М. Достоевского, преподаватель кафедры теории и истории государства и права г. Омск, Россия, ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ФОРМ НАРОДНОГО УЧАСТИЯ В ОТПРАВЛЕНИИ ПРАВОСУДИЯ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ 1950-Х – НАЧАЛЕ 1960-Х ГГ. В РСФСР (исследование выполнено при финансовой поддержке РНФ, проект № 24-28-01257 «Кодификация общесоюзного законодательства в советский период: проекты акты, последствия»)marinakonisheva95@gmail.com

Значение данного исследования заключается анализе правового регулирования форм народного участия в отправлении правосудия во второй половине 1950-х – начале 1960-х гг. в РСФСР. Автор отмечает, что участие народа при отправлении правосудия имеет древние исторические корни и носит хронодискретный характер. В появлении и дальнейшем развитии участия народа в отправлении правосудия в России выделяются четыре периода: период Судебной реформы 1864 г.; советский период, начавшийся с Октябрьской революции; современный период, исчисляемый от Концепции судебной реформы РСФСР от 24.10.1991 г. Отмечен особый научный интерес и значимость выделяемой в рамках советского периода - «оттепели», которая обозначила расширение форм участия граждан в реализации функций государства, в частности посредством активного привлечения их к участию в отправлении правосудия. Проанализированы закрепленные в новом законодательстве о судоустройстве и судопроизводстве формы участия общественности в отправлении правосудия: участие в процессе в качестве народных заседателей, общественное обвинение и защита в уголовном судопроизводстве, общественное представительство в гражданском судопроизводстве. Сделан вывод о том, что сегодня данные институты, существовавшие в рамках советской модели правосудия не были сохранены в современном процессуальном законодательстве России. Вопрос об участии народа в отправлении правосудия достаточно дискуссионен. При этом некоторые аспекты участия народа в отправлении правосудия находят свое отражение в современном процессуальном законодательстве: институт присяжных заседателей в уголовном судопроизводстве, участие наряду с адвокатом близкого родственника обвиняемого, осуществление непрофессионального представительства в рамках рассмотрения гражданских дел мировыми судьями и районными судами.

Ключевые слова: «оттепель», судоустройство, судопроизводство, правосудие, народ, общественность, народные заседатели, общественные обвинители и защитники, общественные представители

Правосудие является институтом, имеющим важную роль в согласовании интересов при взаимодействии человека, общества и государства. Исторический опыт свидетельствует о том, что члены общества всегда присутствовали в отправлении правосудия (например, народные собрания в Древнем Риме [1, с.68-69], суд вече в Древней Руси [2, с.65] и иное). Как отмечает А.В. Гаврилова, «институт народного участия в правосудии в России отличается хронодискретным характером» [3, с.68].

Исследователь выделяет четыре периода в появлении и дальнейшем развитии участия народа в отправлении правосудия: период правления Екатерины II, завершивший преобразования Петра I в области суда; период Судебной реформы 1864 г.; советский период, начавшийся с Октябрьской революции; современный период, исчисляемый от Концепции судебной реформы РСФСР от 24.10.1991 г. [3, с. 68].

Научный интерес в рамках советского периода вызывает период «оттепели» по причине либерализации процессуального законодательства, связанной с демократическими процессами «оттепели», развенчанием «культа личности», а также проведением масштабной кодификации процессуальных отраслей права на союзном и республиканском уровнях и отсутствии комплексного исследования преобразований суда, закрепленных в новых кодифицированных актах.

Основным постулатом данного периода стает тезис о расширении форм участия граждан в реализации функций государства, в частности посредством активного привлечения их к участию в отправлении правосудия.

Широкое привлечение общественности при рассмотрении судами дел во второй половине 1950-х – начале 1960-х гг. обусловило окончательное законодательное оформление форм участия общественности при отправлении правосудия. В уголовном судопроизводстве эти формы были сведены к участию в процессе народных заседателей, общественных обвинителей и общественных защитников. В гражданском судопроизводстве аналогично при рассмотрении судом дел принимали участие народные заседатели, в процесс могли быть допущены общественные представители.

В обозначенный исторический период базовыми нормативными правовыми актами, учрежда- ющими порядок отправления судопроизводства и состав суда являлись принятые Основы законодательства о судоустройстве Союза ССР, союзных и автономных республик 1958 г., Основы уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик 1958 г., Основы гражданского судопроизводства Союза ССР и союзных республик 1961 г., Закон РСФСР «О судоустройстве РСФСР» 1960 г., Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР 1960 г., Гражданский процессуальный кодекс РСФСР 1964 г. В новом законодательстве была сохранена практика коллегиального судопроизводства, как для гражданского, так и для уголовного процесса - при рассмотрении судом дел обязательное участие принимали народные заседатели. Прежде всего это подчеркивалось в ст.8 Основ законодательства о судоустройстве Союза ССР, союзных и автономных республик, 1958 г. При разработке законодательства о судоустройстве и судопроизводстве активному обсуждению были подвергнуты вопросы статуса народных заседателей. В первую очередь высказывались мнения о необходимости увеличения их количества при рассмотрении конкретного дела, которые не получили поддержки законодателя [4, Л.279-281]. Достаточно остро был поставлен вопрос о реформировании цензовой системы и порядка привлечения их к процессу отправления правосудия. Большинство из участвующих в разработке нового законодательства высказалось за увеличение возрастного ценза для народных заседателей с 23 до 25 лет при сокращении срока их полномочий с трех до двух лет [4, Л.23-28], что было впоследствии законодательно закреплено. Сокращение срока было связано с расширением охвата населения по привлечению его к участию в отправлении правосудия. Обозначенные изменения положительно оценивались в юридической печати: «судебная деятельность для народных заседателей была практической школой государственного управления» [5, с.15].

Законодательно закреплялся новый порядок избрания народных заседателей, который стал носить более локальный характер. Если ранее народные заседатели избирались гражданами района (города) на основе всеобщего, прямого и равного избирательного права при тайном голосовании, то теперь избрание происходило на общих собраниях рабочих, служащих, колхозников, военнослужащих по месту их работы или жительства.

Тайное голосование сохранялось. При обсуждении введения данной нормы акцент делался на отход от «обезличенности» - формирование списков народных заседателей производилось из лиц, чьи кандидатуры изучены конкретным коллективом [4, Л.23-28]. Итогом процедуры избрания народных заседателей был факт выдачи им удостоверений. Потребность введения присяги для народных заседателей обсуждалась при законотворческом процессе, но присяга установлена не была со ссылками разработчиков на то, что «без нее государство обходилось на протяжении 41 года существования советской власти» [4, Л.331-332].

Таким образом, была установлена новая процедура избрания народных заседателей. При этом цензовая система претерпела реформирование только в отношении возрастного ценза, каких-либо требований в отношении отсутствия судимости введено не было, хотя при обсуждении такие точки зрения высказывались (например, председателем президиума Архангельской областной коллегии адвокатов Е. Дубковым) [6, Л.17-20].А.В. Гаврилова по этому поводу совершенно обоснованно отмечает, что это стоит рассматривать как «небрежность законодателя» [3, с.79], поскольку данное обстоятельство при избрании учитывалось.

Процессуальный статус народных заседателей значительно укрепился в новом законодательстве о судопроизводстве, которое четко определяет порядок рассмотрения гражданских и уголовных дел при участии народных заседателей в судах первой инстанции. В Уголовно-процессуальном кодексе 1960 г. и Гражданском процессуальном кодексе 1964 г. установлена единая процессуальная форма и единый состав суда: судья и два народных заседателя. Процессуальные кодексы устанавливают, что народные заседатели наделены аналогичными правами, что и судья, председательствующий по делу. Участие народных заседателей было общим условием при рассмотрении гражданских и уголовных дел. При этом в рамках уголовного процесса участие рядовых граждан допускалось еще в двух формах – общественный обвинитель и общественный защитник. Тенденции по ужесточению уголовного процесса в 1930-е гг. фактически свели к нулю возможность участия общественных обвинителей и защитников в суде. Как указывает А.В. Гаврилова, в это время «институт общественного обвинения и общественной защиты фактически прекратил свое существование» [3, с.116].

Демократические процессы оттепели привели к его возрождению и необходимости включения положений о нем в новом законодательстве о судоустройстве и уголовном судопроизводстве [7]. Современники полагали, что «представляя коллектив, к которому принадлежит обвиняемый, общественный обвинитель и защитник поможет суду лучше разобраться в обстоятельствах дела, понять подлинные мотивы поведения правонарушителя и избрать более эффективные меры воз- действия. Их участие теснее связывает суд с народом» [8, с.49]. Вовлечение их в процесс было связано с потребностью раскрыть общественно-политическое значение дела, усилить воспитательную и превентивную функции суда. Новое законодательство определяло, что общественным обвинителем и защитником могли стать представители общественных организаций, включая профсоюзы, на основании ходатайств о допуске их в качестве таковых. Участвовать в процессе они могли совместно с государственным обвинением и защитой. В целом статус общественных обвинителей и защитников был упрочнен, установлено процессуальное равенство с профессиональными участниками процесса за некоторыми изъятиями. В частности, отвод непрофессиональных обвинителя и защитника не допускался по общему правилу (они выражали стороннее, независимое мнение), исключение – только в случае нарушения принципа беспристрастности. При этом они были наделены некоторыми правами сторон – обладали правом отвода иных участников процесса.

Процессуальное равенство выражалось в равных возможностях участия в процессе, например, возможность их ознакомления с материалами уголовного дела наряду с иными участниками процесса. Однако участия в досудебных стадиях общественные обвинители и защитники не принимали, признавалась необходимость оказания им «помощи» в формате разъяснения правовых норм и процессуальных прав [9, с.43], что могло сказаться на их «независимости». Отсутствовала возможность обжалования итогового судебного акта по делу, подтверждаемая разъяснениями Верховного Суда РСФСР о применении нового законодательства [10, Л.5-6]. Само участие общественных обвинителей и защитников носило в большей степени идеологический характер. С организационным укреплением реформированных во второй половине 1950-х – начале 1960-х гг. органов юстиции и связанных с ними органов постепенно начала отпадать необходимость участия общественных обвинителей и защитников при рассмотрении дел. Развитие юридического образования всецело способствовало использованию профессионального обвинения и защиты.

В гражданском процессе РСФСР допускалась еще одна форма участия обычных граждан в судопроизводстве – в качестве общественных представителей. Такая форма была известна прежнему ГПК РСФСР 1923 г., при этом, как указывает А.В. Гаврилова она была сведена к «обязанности только по оказанию помощи членам организации либо по делам коллектива» [11, с.19].

Основы гражданского судопроизводства Союза ССР и союзных республик 1961 г. (ст.28-30) и ГПК РСФСР 1964 г. (ст.43-48) расширили пределы действия такого представительства: общественный представитель мог оказывать помощь своим членам и представлять интересы других лиц, если такое право регламентировано законом либо уставом или положением организации.

Новое законодательство порождало различные вопросы в ходе вступления в процесс и последующего участия общественного представителя при рассмотрении судом гражданского дела. В начале 1960-х гг. состоялась коллегия Министерства юстиции РСФСР, на которой данные вопросы были обсуждены и выработаны конкретные практические рекомендации [12, Л.134-148].

Все вопросы в ходе обсуждения были включены в два блока: возникающие на этапе подготовки гражданского дела к судебному разбирательству и вопросы, связанные с непосредственным участием представителей общественности в судебных заседаниях. В ходе обсуждения Верховным Судом РСФСР было обращено внимание на пробельность законодательства о гражданском судопроизводстве ввиду отсутствия порядка вступления в процесс представителя общественности [12, Л.135].

Наиболее популярными делами, по которым активно принимали участие представители общественности, были дела о выселении, лишении родительских прав, делах о лесонарушениях, взыскании алиментов. Судья, как правило, при поступлении такого дела в его производство и проведении по нему подготовки уведомлял соответствующую общественную организацию или коллектив и рекомендовал выделить представителя для участия в процессе. При этом Верховный Суд РСФСР отметил, что необходимым является не только формальное соблюдение такого порядка, но и реальное обсуждение в коллективе правового конфликта с последующим формированием позиции в его отношении и наделением представителя соответствующими полномочиями по ее доведению до сведения суда. По замыслу законодателя данный механизм обсуждения был связан с функционированием товарищеских судов и инициированием передачи ряда дел на их разрешение самим коллективом. Данная практика имела положительный эффект и несколько разгружала народные суды [12, Л.138].

Второй блок вопросов, связанный с самим ходом процесса, касался порядка допуска в судебное заседание представителя общественности, проверки его полномочий и выступлении в судебном заседании. Вопрос о допуске представителя общественности к участию в деле надлежало разрешать в начале заседания до перехода к разбирательству спора по существу с учетом мнения сторон, прокурора и других заинтересованных лиц. Оформляться его разрешение должно было специальным определением. При этом представителю надлежало предоставить суду или доверенность, или протокол общего собрания. Отмечалось, что «если суду представлен протокол общего собрания или надлежаще заверенная выписка из протокола, где указано лицо, выделенное общественностью для выступления на заседании, нет необходимости требовать представления также и доверенности» [12, Л.141]. Например, «судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РСФСР, рассматривая дело по иску Гаринской о восстановлении ее в должности заведующей учебной частью спецшколы, в начале судебного заседания заслушала, обсудила и разрешила своим определением ходатайство адвоката о допуске представителей профсоюзной организации и родительского комитета школы, имевших надлежаще оформленные документы о своих полномочиях» [12, Л.142]. Новое законодательство не содержало положений о моменте выступления представителя общественности в судебном заседании. Сложившая практика была признана верной: представитель общественности выступал перед окончанием судоговорения, когда все доказательства уже исследованы [12, Л.143]. Оценивая позицию представителя общественности, суд не был связан ее доводами, а делал это с учетом всей совокупности доказательств по делу. Суждения суда с их мотивировкой отражались в итоговом судебном акте. Нередко, даже в случаях неучастия общественности в процессе по конкретному делу, копии судебных актов направлялись организациям и коллективам трудящих судом самостоятельно.

Институт участия представителей общественности в гражданском судопроизводстве аналогично институту общественных обвинителей и защитников носил идеологический характер.

Количество гражданских дел, рассматриваемых с их участием, не было особенно большим: «в 1960 г. народными судами Омской области с участием представителей общественности рассмотрено 123 дела, Ставропольского края – 38, Пермской области – 88 дел, Оренбургской – 60, Астраханской – 5, Мурманской – 10, Тамбовской Архангельской Костромской – по 7 дел» [12, Л.148]. При этом он позволял улучшить взаимодействие с товарищескими судами.

Таким образом, во второй половине 1950-х-начале 1960-х гг. в ходе происходящей «оттепели», изменениях советской модели правосудия и закреплении их в новом процессуальном законодательстве были расширены положения об участии общественности в отправлении правосудия. «Развитие социалистической демократии во всех областях общественной жизни» [13, с.23-24] ставилось главной политической задачей. Более полное правовое регулирование в новом законодательстве получили несколько форм: участие в процессе в качестве народных заседателей, общественное обвинение и защита в уголовном судопроизводстве, общественное представительство в гражданском судопроизводстве. Во многом эти формы носили идеологический характер и были связаны с проведением правовой пропаганды среди населения.

Сегодня данные институты, существовавшие в рамках советской модели правосудия не были сохранены в современном процессуальном законодательстве России. Вопрос об участии народа в отправлении правосудия достаточно дискуссионен. Институт народных заседателей на современном этапе в России отсутствует. При этом в рамках уголовного судопроизводства возможно осуществление правосудия с участием присяжных заседателей, которые по своему статусу отличаются от народных заседателей. Народные заседатели имели равный статус с судьей, давая ответ на вопросы права и факта.

Общественное обвинение и защита не нашли своего отражения в современном законодательстве. В условиях правового государства поддержание обвинения возможно только от лица государства государственными органами – прокуратурой, в целях обеспечения законности, защиты прав и свобод человека и гражданина. Защитником в уголовном процессе выступают адвокаты, что является гарантией конституционного права на оказание квалифицированной юридической помощи. При этом некоторые элементы участия представителей общественности в уголовном судопроизводстве присутствуют, но это совершенно иные, отличные по своей правовой природе формы. Например, в качестве защитника наряду с адвокатом допускается один из близких родственников обвиняемого или иного лица, о допуске которого ходатайствует обвиняемый (ст. 49 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Институт общественного представительства в гражданском судопроизводстве также не воспроизведен в современном законодательстве России в том понимании, которое закладывалось в него в советский период. Только у мировых судей и в районных судах допускается участие в качестве представителя лица, не имеющего высшего юридического образования с надлежаще оформленными полномочиями. А дела юридических лиц и иных организаций, не имеющих статуса юридического лица, ведут в суде их органы, действующие в пределах полномочий, предоставленных им законом, учредительными документами, либо их представители, на делённые соответствующими полномочиями.

Список литературы

1. Покровский И. А. История римского права. Пг.: Изд. Юрид. книж. склада «Право», 1918. – 430 с.
2. Чебаненко С.Б. Основные черты вечевого правосудия в Древней Руси // RA. 2013. №2 (8). С.64-104.
3. Народное и общественное участие в отправлении правосудия: история и современность: Монография / под. ред. А.В. Гаврилова — Москва: Проспект, 2025. – 168 с.
4. ГА РФ. Ф. Р-7523. Оп. 45а. Д. 69. Л.279- 281.
5. Птичницына, К. О воспитательной деятельности советского суда / К. Птичницына // Советская юстиция. 1957. №6. С.13-16.
6. ГА РФ. Ф.А-385. Оп.26. Д.140. Л.17-20.
7. Основы законодательства о судоустройстве Союза ССР, союзных и автономных республик, утв. Законом СССР от 25.12.1958// Ведомости Верховного Совета СССР. 1958. № 1. ст. 12/ Ст.15; Закон РСФСР от 27.10.1960 «О судоустройстве РСФСР»// Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1960. № 40. ст. 588/ Ст.25; Основы уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик, утв. Законом СССР от 25.12.1958// Ведомости Верховного Совета СССР. 1959. № 1. ст. 15; УПК РСФСР, утв. ВС РСФСР 27.10.1960// Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1960. № 40. ст. 592/ Ст.95, 250, 304, 359.
8. Организация суда и прокуратуры в СССР. Учебник / Авдюков М.Г., Бородин С.В., Галкин Б.А., Калашникова Н.Я., и др.; под ред.: Галкин Б.А. М.: Юрид. лит., 1967. – 304 c.
9. Перлов И.Д. Общественность в борьбе с преступностью. М.: Знание, 1966. – 80 с.
10. ГА РФ. Ф. А-428. Оп.18. Д.130. Л.5-6.
11. Гаврилова А. В. Общественное представительство и участие представителей общественности в судопроизводстве: историко-правовой анализ // Вестник ОмГУ. Серия. Право. 2020. №2. С.17-27.
12. ГА РФ. Ф. А-353. Оп.13. Д.320. Л.134-148.
13. Задачи судебных органов в новый период строительства коммунизма// Бюллетень Верховного Суда СССР. 1959. №4. С.23-24. Spisok literatury:
14. Pokrovskij I. A. Istoriya rimskogo prava. Pg.: Izd. YUrid. knizh. sklada «Pravo», 1918. – 430 s.
15. Chebanenko S.B. Osnovnye cherty vechevogo pravosudiya v Drevnej Rusi // RA. 2013. №2 (8). S.64-104.
16. Narodnoe i obshchestvennoe uchastie v otpravlenii pravosudiya: istoriya i sovremennost’: Monografiya / pod. red. A.V. Gavrilova — Moskva: Prospekt, 2025. – 168 s.
17. GA RF. F. R-7523. Op. 45a. D. 69. L.279- 281.
18. Ptichnicyna, K. O vospitatel’noj deyatel’nosti sovetskogo suda / K. Ptichnicyna // Sovetskaya yusticiya. 1957. №6. S.13-16.
19. GA RF. F.A-385. Op.26. D.140. L.17-20.
20. Osnovy zakonodatel’stva o sudoustrojstve Soyuza SSR, soyuznyh i avtonomnyh respublik, utv. Zakonom SSSR ot 25.12.1958// Vedomosti Verhovnogo Soveta SSSR. 1958. № 1. st. 12/ St.15; Zakon RSFSR ot 27.10.1960 «O sudoustrojstve RSFSR»// Vedomosti Verhovnogo Soveta RSFSR. 1960. № 40. st. 588/ St.25; Osnovy ugolovnogo sudoproizvodstva Soyuza SSR i soyuznyh respublik, utv. Zakonom SSSR ot 25.12.1958// Vedomosti Verhovnogo Soveta SSSR. 1959. № 1. st. 15; UPK RSFSR, utv. VS RSFSR 27.10.1960// Vedomosti Verhovnogo Soveta RSFSR. 1960. № 40. st. 592/ St.95, 250, 304, 359.
21. Organizaciya suda i prokuratury v SSSR. Uchebnik / Avdyukov M.G., Borodin S.V., Galkin B.A., Kalashnikova N.YA., i dr.; pod red.: Galkin B.A. M.: YUrid. lit., 1967. – 304 c.
22. Perlov I.D. Obshchestvennost’ v bor’be s prestupnost’yu. M.: Znanie, 1966. – 80 s.
23. GA RF. F. A-428. Op.18. D.130. L.5-6.
24. Gavrilova A. V. Obshchestvennoe predstavitel ’stvo i uchastie predstavitelej obshchestvennosti v sudoproizvodstve: istoriko-pravovoj analiz // Vestnik OmGU. Seriya. Pravo. 2020. №2. S.17-27.
25. GA RF. F. A-353. Op.13. D.320. L.134-148.
26. Zadachi sudebnyh organov v novyj period stroitel’stva kommunizma// Byulleten’ Verhovnogo Suda SSSR. 1959. №4. S.23-24.

Скачать