Правосознание как фактор обеспечения законности и правопорядка в современной России: теоретико-структурный анализ

Врамках современной юридической науки феномен правосознания выступает объектом интенсивного научного исследования, что обусловлено его существенной значимостью как для развития теоретической юриспруденции, так и для понимания актуальных процессов в современной социально-правовой реальности. Состояние массового правосознания непосредственно детерминирует уровень законности и правопорядка в государстве: кризисные явления в правовой сфере (рост правонарушений, недоверие к правовым институтам, правовая неопределённость) свидетельствуют о глубоких деформациях правосознания.

В условиях современных геополитических и социально-экономических вызовов возрастает потребность в формировании демократического, социально-ответственного типа правосознания, способного обеспечить устойчивое развитие правовой системы.

Несомненно, огромная роль правосознания в жизни каждого государства обусловлена, прежде всего, тем, что правосознание отражает отношение индивида, отдельных групп, общества к политике самого государства, к законам, принимаемым им. Ибо правосознание есть, прежде всего, внутреннее отношение субъекта к окружающей реальности, определяемая условиями их жизнедеятельности, и воплощающаяся в нормах права, отвечающих интересам общества в определенный период времени. В государстве, в котором индивид или отдельная группа не будут чувствовать внутреннюю уверенность в правильности, справедливости, принимаемых законов, будет царит «хаос» правового порядка, выражающейся в несоблюдении чужих прав, в отсутствии необходимости следованию законам и устойчивости в правовых предписаниях, наличием легкости перехода от одного порядка к другому. Выдающийся русский философ и юрист И.А. Ильин так охарактеризовал роль правосознания в жизни человека: «Человек имеет правосознание независимо от того, знает он об этом или не знает, дорожит этим достоянием или относится к нему с пренебрежением. Вся жизнь человека и вся судьба его слагаются при участии правосознания и под его руководством; мало того, жить – значит, для человека, жить правосознанием, в его функции и в его терминах: ибо оно остается всегда одно из великих и необходимых форм человеческой жизни» [5].

Поэтому можно утверждать, что уровень развития правосознания выступает значимым условием правового поведения индивидов и определяет степень реализации конституционно закрепленной цели формирования правового государства в Российской Федерации.

По мнению автора, в рамках данной статьи под правом стоит понимать систему общеобязательных правил поведения (норм), под правосознанием - разновидность сознания, отразившая и осмыслившая в себе само право. Различают три подхода к соотношению понятий право и правосознание. Согласно первому подходу, о котором пишет в своей работе Р.С. Байниязов, «идея правосознания - более широкий духовный феномен, чем идея права. Безусловно, без права идея правосознания теряет свой исходный, подлинный смысл, но тем не менее, не сливаясь с правом, правосознание занимает первичное место в их взаимодействии» [2]. С данным подходом нельзя согласиться, так как содержанием правосознания являются взгляды и идеи, которые относятся к праву [7]. Хотя сознание в общефилософском смысле первично по отношению к праву.

Сторонники второго подхода включают правосознание в понятие права. К числу таких ученых относятся Н.М. Юрашевич [20], А.В. Поляков [12], С.Л. Франк [15] и ряд других. С этим подходом также нельзя согласиться, так как право и правосознание это разные, хотя и тесно взаимосвязанные явления. Право – это система общеобязательных правил поведения (норм). Правосознание - это разновидность сознания, отразившая и осмыслившая в себе само право. Сторонники третьего подхода (В.В. Сорокин [14], Е.А. Лукашева [9], Н.А. Гущина [4]) рассматривают правосознание как необходимое средство функционирования права. Согласно их подходу, право способно оказывать регулирующее воздействие на поведение личности лишь тогда, когда содержание права прошло через сознание личности и отразилась в мотиве ее поведения. С данным подходом к соотношению права и правосознания следует согласиться, он выражает обобщенную характеристику функционального назначения правосознания, его роли в системе права. С этого же ракурса вытекают все его традиционные определения.

Как известно, на наши поступки влияют два типа факторов: внутренние, коими выступают чувства и убеждения, и внешние - мотивы правового поведения.

Так, когда мы отстаиваем свои права, мы защищаем не только какой-то конкретный интерес, но и себя как личность. Мотивом, побуждающим каждого сопоставлять свое поведение с предписаниями права, является осознание собственного интереса. Тем самым мы помогаем обществу жить по правилам и укрепляем законность в целом. В юридически развитом обществе человек лучше понимает, что порядок в обществе напрямую влияет на его собственную жизнь. Поэтому он охотнее следует закону. Таким образом, право и правосознание тесно связаны между собой: право нуждается в правосознании, чтобы стать творческой силой, а правосознание нуждается в праве, чтобы приобрести предметную основу. Ценность права безгранична. Право «оковывает» поведение человека в рамки должного и обязательного. Незнание закона или несогласие с ним не означает отсутствие внутреннего смысла права и обязательности исполнения его императивов. Если же рассматривать структуру правосознания, традиционно выделяются два крупных и исключительных компонентов правовой психологии и правовой идеологии. Данное понимание структуры правосознания является традиционной, хотя есть исключения.

Так, например, В.А. Мальцев считает, что правосознание наряду с правом как таковым и правовой общественной психологией составляют три структурных уровня правовой идеологии [10]. А.В. Поляков в качестве структурных компонентов правосознания называет правовую онтологию, правовую аксиологию и правовую праксиологию. При этом правовую аксиологию он разделяет на правовую идеологию и правовую психологию [11].

Логически первым общим элементом структуры правосознания является правовая идеология.

Правовая идеология (теоретический уровень): представляет собой рационально осмысленную систему правовых идей, принципов, доктринальных положений; отличается системностью, концептуальной целостностью, способностью к абстрактному моделированию; реализует прогностическую и конструктивную функции в развитии права. В правовой идеологии происходит отражение правовой действительности, отражение знаний о ней. Ни одна норма права не сможет стать общественноправовым регулятором без отражения в правовой идеологии конкретного человека или группы людей. До момента восприятия нормы сознанием человека она существовала по отношению к нему как чисто объективный феномен. После восприятия нормы человеком она субъективизируется в его сознании, обретая идеальную форму.

Другим крупным компонентом

правосознания является правовая психология, показывающая его психологическую сторону. Правовая психология (эмпирический уровень) включает эмоциональные реакции, стихийно складывающиеся представления, непосредственные оценки; характеризуется ситуативностью, образностью, высокой динамичностью; выполняет адаптивную функцию, обеспечивая быструю реакцию на правовые стимулы. То есть можно сказать, что чертами правовой психологии являются переживания, чувства, эмоции настроения, в которых отражается отношение людей к праву.

Так, Л.И. Петражицкий развивал идею о том, что право имеет эмоциональную и психологическую природу. Он считал, что право — это не внешнее материальное явление, а внутреннее духовное образование, которое коренится в психике людей и складывается из их представлений о праве [12].

С одной стороны, с данной теорией можно согласиться, ведь право исходит от индивида, который проводит его через себя, свои эмоции, чувства и переживания, посредством чего и формируется правосознание. Правовая психология как раз изучает этот «человеческий» аспект права. С другой стороны, данная теория слишком субъективна, право отрывается от государства, что ставит под вопрос природу законов. Кроме того, при таком подходе отсутствуют чёткие критерии правомерного и неправомерного, законного и незаконного [18]. В реальности право — это баланс между: субъективным личные переживания, интуитивное право) и объективным (законы, институты, санкции государства). Таким образом, можно утверждать, что правосознание индивида складывается из двух элементов: правовая идеология и правовая психология. Правовая идеология и правовая психология представляют собой взаимосвязанные компоненты правосознания. Они совместно участвуют в процессе познания и оценки правовых норм, а также в регулировании юридически значимого поведения.

Общей чертой этих феноменов выступает их способность отражать общественное бытие и объективную правовую реальность посредством социальных инструментов — идей, теорий, чувств, эмоций и переживаний.

Состояние правосознания напрямую детерминирует состояние правопорядка. Особую опасность представляет формальное подчинение праву без внутреннего уважения к нему («правосознание озлобленного раба», по И. А. Ильину), что ведет к накоплению скрытой агрессии. Истинное значение права заключается не в автоматическом следовании нормам из страха, а в осмысленном поведении, согласующемся с правовыми принципами [6].

Россия в начале ХХ века является ярким примером того, когда позитивное право воспринималось человеком без его первостепенного осмысления, оценки, сопоставления с принципом справедливости и нравственности, а как должное. В этот период Россия переживала кризис правосознания [17]. Государственная власть была неприкосновенной, святой и занимала первостепенное место в жизни как индивида, так и всего общества. Авторитет законов, принятых государством, считался неприкасаемым. В системе таких отношений естественному правопониманию не оставалось места.

А.И. Герцен специфическую природу правосознания того периода описывал следующим образом: «Правовая необеспеченность тяготела над народом. Несправедливость одной половины его законов научила его ненавидеть и другую: он подчиняется им как силе. Полнейшее неравенство перед судом убило в нем всякое уважение к законности. Русский, какого бы звания он ни был, либо обходит, либо нарушает законы всюду, где это можно сделать безнаказанно. Причем совершенно так же поступает правительство» [3]. Снижение уровня массового правосознания в периоды общественных кризисов разрушает поведенческие стереотипы, провоцирует рост правонарушений и формирует запрос на чрезвычайные меры обеспечения порядка. Для стран с недостаточно развитой традицией уважения к праву распространение таких настроений несет существенные риски для правовой стабильности.

В своей последней работе «Сущность права. Проблемы теории и философии права» видный советский и российский правовед О.Э. Лейст к таким странам относил Россию [8]. Согласно его подходу, многовековая практика внеправового урегулирования общественных отношений, опирающаяся на этические нормы и целесообразность, на фоне непоследовательности законодательного регулирования и его применения воспроизводит в общественном сознании концептуальное смешение правовых и моральных категорий. Массовое правосознание демонстрирует слабое понимание роли правовой формы как гаранта определённости и исполнимости норм, а также устойчивое неприятие формальной регламентации [16].

Согласно концепции Г.Ф. Шершеневича, в обществах, где институциональная структура государства систематически обеспечивает императивное соблюдение правовых предписаний, формируется устойчивая аксиологическая ориентация на уважение к законности. В таких условиях индивиды усваивают нормативные установки, что проявляется в выработке устойчивой поведенческой диспозиции, направленной на добровольное следование правовым нормам [19].

Но при этом нужно понимать, что необходимо избегать смешения представлений о праве и политике в общественном сознании, поскольку это приводит к снижению значимости законодательства, правовой науки и права в целом. Граждане с недостаточной правовой грамотностью склонны воспринимать право как инструмент, полностью подчинённый политическим интересам. Ключевой фактор преодоления этой проблемы – повышение правовой грамотности, демонстрация автономности права от политической конъюнктуры.

Устойчивое развитие российского общества невозможно без целенаправленной государственной политики, обеспечивающей надёжное правовое сопровождение. Оно предполагает: эффективное регулирование общественных отношений, совершенствование действующего законодательства и практики его применения, а также последовательное укрепление законности и правопорядка [13]. В целях реализации государственной политики, направленной на обеспечение развития правосознания граждан, 4 мая 2011 года Президент утвердил Основы государственной политики в Российской Федерации в сфере развития правовой грамотности и правосознания граждан [1]. Основной субъект воздействия включает как многонациональный народ в целом, так и каждого отдельного гражданина, что подчёркивает приоритет учёта их интересов. Законодатель выделил ключевые факторы, влияющие на правосознание граждан.

Законодателем были указаны основные факторы, влияющие на состояние правосознания граждан: качественный уровень воспитания и обучения в образовательных учреждениях различного типа и вида, в том числе закрепление и развитие у учащихся основ правосознания; доступность правосудия, судебной защиты нарушенных прав, безупречность и эффективность деятельности судов и органов, исполняющих судебные решения и другие. В соответствии с этими факторами установлены основные меры по созданию наиболее благоприятных условий для повышения правосознания человека и правовой культуры в целом.

Однако, несмотря на активную нормативную роль государства, направленную на преодоление традиционного восприятия права как регулятора общественных отношений в интересах определенного слоя (группы) общества, в современных условиях наблюдается существенная трансформация общественного и индивидуального правосознания, обусловленная геополитической эскалацией, проявляющейся в военной экспансии развитых государств в регионы с развивающейся экономикой, использованием силового потенциала как инструмента давления, игнорирование принципов международного права. Данные процессы приводят к фундаментальной трансформации парадигмы правосознания, смешению ценностных ориентиров от модели «личность-общество-государство» к новой конфигурации «государство-обществоличность». Изменяется восприятие правовых норм, что приводит к ослаблению социальных связей, противоречиям общественного сознания, снижению уровня общественного порядка, росту преступности и других правонарушений.

В рамках данной статьи не рассматриваются вопросы формирования международно-правового правосознания индивида, но при этом отмечается существенное воздействие геополитических факторов на формирование индивидуального правосознания.

Проведенный анализ позволяет констатировать, что устойчивое развитие правовой системы и укрепление национального согласия возможны лишь при системном сочетании эффективной нормативной базы, институционного доверия к судам и правоприменительным органам, а также целенаправленной культурнообразовательной работы, направленной на превращение формального соблюдения норм в осознанную внутреннюю потребность личности. Таким образом, преодоление кризиса правосознания требует не столько расширения регулятивного потенциала государства столько формирования автономного правопонимания, в котором право воспринимается не как инструмент принуждения, а как самостоятельная ценность, обеспечивающая баланс между публичными интересами и правами человека, благодаря чему и будет обеспечиваться законность и правопорядок в современной России.