Понятие автономии образовательных организаций в российской правовой системе

• ЗОЛОТОВ Олег Олеговичсоискатель ученой степени кандидата юридических наук кафедры теории права и гражданско-правового образования Российского государственного педагогического университета им. А.И. Герцена, г. Санкт-Петербургo@olegzolotov.ru

Статья исследует принцип автономии образовательных организаций в России через анализ его международно-правовых истоков и национальной правовой регламентации. Автор рассматривает эволюцию принципа от международных стандартов (Великая хартия университетов, акты ЮНЕСКО) до его имплементации в российское законодательство, где он выступает производной гражданско-правовой категорией. Центральное место уделяется анализу конституционно-правовых ограничений автономии через призму правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, подчеркивающих ее подчиненную роль по отношению к гарантиям права на образование и иным конституционным ценностям. В результате предлагается дуалистическое определение автономии в широком (комплексная самостоятельность) и узком (самостоятельность в основной деятельности) смыслах.

Ключевые слова: автономия образовательных организаций, академическая свобода, принципы образовательного права, конституционные ограничения автономии, гражданско-правовые принципы, источники права, международные стандарты образования, правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации, пределы автономии, локальное нормотворчество

Содержание принципа автономии образовательных организаций раскрывается через призму различных подходов к его трактовке. Исходя из различий в источниках правового регулирования, его определение может быть рассмотрено в аспектах международного публичного, конституционного и гражданского права. На основе данного анализа автор предлагает обобщенную интерпретацию, выделяющую широкую и узкую трактовку понятия.

В классическом юридическом понимании автономия предполагает способность субъекта права действовать, обладая значительной мерой независимости от внешнего воздействия.

Закрепление правовой значимости этого принципа произошло в ряде международно-правовых документов, таких как Великая хартия университетов (Болонья, 1988 г.) [17] и её обновлённая версия 2020 года [18], «Всемирной декларации о высшем образовании для XXI века: подходы и практические меры» (Париж, 1998 г.) [19], а также в Рекомендациях ЮНЕСКО о статусе преподавательских кадров учреждений высшего образования (1997 г.) [20]. Эти международные стандарты интегрированы в правовое поле России на основании ч. 4 ст. 15 Конституции Российской Федерации [21], устанавливающей, что общепризнанные принципы и нормы международного права являются частью национальной правовой системы, причём нормы международных договоров обладают приоритетом в случае коллизии с внутренним законодательством.

Великая хартия университетов интерпретирует автономию прежде всего как независимость от политического и экономического давления, обеспечиваемую через академические свободы и самостоятельность в кадровых решениях. Рекомендации ЮНЕСКО (1997 г.) уточняют, что «академическая свобода» включает право на свободное распространение научных результатов, гипотез и критических оценок, что служит залогом достоверности и объективности исследований. Под автономией же понимается необходимый уровень самоуправления, позволяющий вузам эффективно принимать решения по учебной, научной, административной и финансовой деятельности в рамках государственных систем отчётности и при безусловном соблюдении прав человека. При этом конкретные параметры автономии могут варьироваться в зависимости от типа учебного заведения (Конференция по академической свободе и университетской автономии, Синая, 1992 г.).

Непосредственное фиксирование принципа автономии образовательных организаций в тексте Конституции Российской Федерации отсутствует. Тем не менее, он выступает ключевым основанием их функционирования и входит в число руководящих начал государственной образовательной политики, определяющих характер взаимоотношений между государством и учебными заведениями. Одновременно Конституция Российской Федерации очерчивает границы реализации этой автономии. Например, её действие не может приводить к ограничению права на образование по дискриминационным признакам, поскольку это право гарантировано частью 1 статьи 43 Конституции Российской Федерации.

Нормативное определение автономии образовательной организации даётся федеральным законодательством в сфере гражданско-правовых отношений. Согласно статье 3 Федерального закона от 29.12.2012 №273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» [22], к базовым принципам государственной политики в данной области отнесены автономия образовательных организаций, академические права и свободы участников образовательного процесса, а также информационная открытость. Более детально этот принцип раскрыт в статье 28 названного Закона: образовательная организация обладает автономией, понимаемой как самостоятельность в осуществлении образовательной, научной, административной, финансово-экономической деятельности, а также в разработке и принятии локальных нормативных актов в установленных законом рамках.

Принцип автономии непосредственно проистекает из фундаментальных начал гражданского законодательства. Установленное статьёй 1 Гражданского кодекса Российской Федерации [23] правило «разрешено всё, что не запрещено законом» косвенно гарантирует свободу действий образовательных организаций в их основной деятельности. Федеральный закон от 29.12.2012 №273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» построен на сходной правовой логике, где преобладают диспозитивные нормы, если иное прямо не установлено императивным предписанием.

Таким образом, принцип автономии образовательной организации, реализуемый в Российской Федерации, представляет собой развитую и детализированную концепцию, первоначально сформулированную на международном уровне. В системе национального права его место определено федеральным законодательством, в первую очередь гражданско-правовыми принципами, неотделимыми от установленных пределов осуществления гражданских прав. Особую роль в контексте данного анализа приобретают правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации [24], содержащие доктринальные разъяснения о границах автономии. Суд последовательно указывает, что:

«Предоставление автономии... не предполагает её использования в ущерб правам граждан, получающим образование». Эта позиция подчёркивает вторичный характер институциональной автономии по отношению к субъективным правам личности.

5

«Автономия... направлена в первую очередь на удовлетворение образовательных потребностей и защиту законных интересов обучающихся».

Тем самым акцент делается на служебной, инструментальной роли автономии, которая не является самоцелью, а призвана обеспечивать публичные интересы.

«Образовательные организации несут ответственность за свою деятельность перед личностью, государством и обществом». Данная формулировка раскрывает социально-ответственный характер автономии, предполагающей баланс между свободой и публичными обязательствами вуза. Более того, Конституционный Суд Российской Федерации в своей практике обосновал допустимость ограничения автономии при соблюдении ряда условий: конституционная обоснованность цели ограничения, правовая оправданность для защиты иных конституционных ценностей и соразмерность избираемых мер. Согласно позиции Суда, такие ограничения соответствуют Конституции Российской Федерации, если они направлены на обеспечение наиболее полной реализации и судебной защиты фундаментального права на образование.

По итогам проведённого исследования можно сформулировать два определения автономии образовательной организации в российской правовой системе. В широком смысле — это гражданско-правовой принцип, претворяющий в жизнь конституционные гарантии права на образование и предоставляющий организации комплекс дискреционных полномочий в образовательной, научной, административной и финансово-экономической сферах в пределах, установленных императивными нормами. В узком смысле — это тот же гражданско-правовой принцип, обеспечивающий самостоятельность в осуществлении основной (образовательной) и связанной с ней деятельности в рамках, определённых законом.

Проведённый анализ позволяет структурировать подход к пониманию принципа автономии в правовой системе России. Синтез международных стандартов, конституционных положений и гражданско-правовых норм формирует комплексный механизм, определяющий содержание, границы и гарантии автономии. Этот механизм функционирует как целостная система, в которой международные идеалы академической свободы адаптируются к национальному правопорядку.

Отличительной особенностью российской модели является её системно-охранительная направленность: автономия существует не как абсолютная ценность, а как производная от верховенства конституционных прав, прежде всего права на образование. Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации [25] выступают ключевым медиатором, обеспечивающим баланс между академической самостоятельностью, публичными интересами и правами личности.

Функционирование данного принципа в гражданско-правовом режиме, основанном на диспозитивности, но скорректированном императивными нормами и конституционными предписаниями, создаёт уникальный правовой феномен, сочетающий элементы институциональной свободы и публично-правовой ответственности.

Список литературы

1. Вифлемский А.Б., Шобонов Н.А. Реализация принципа автономии образовательной организации и общественно-государственное управление образованием // Народное образование. 2017. № 1-2. С.88-97.
2. Бочкарев В.И. Демократизация управления общим образованием в России // Педагогическая наука и практика: проблемы и перспективы: сб. науч. статей. Вып. 1. — М.: ИОО МОН РФ, 2004. — С. 43–50.
3. Терентьева А.В. Проблема автономии образовательных учреждений // Образование и право: статус участников образовательных отношений. — СПб., 2003. — С. 213.
4. Аширбакиев Р. М. / Правовая регламентация принципа автономии университетов в России: содержание, ограничение, правовая природа // Уральский журнал правовых исследований. 2023. № 3. С. 21–27.
5. Тверезовская Н. Т. Мировой опыт в автономии университетов // Проблемы и перспективы развития образования в России. 2011. № 11. С. 390-396.
6. Гусак Л. Е. Концепт автономии университета в контексте глобализационных процесов: исторический аспект // Балканское научное обозрение. 2020. Т. 4. № 1(7). С. 17-22.
7. Ендовицкий Д. А. Автономия современных российских университетов (взгляд со стороны ректорского корпуса) // Высшее образование в России. 2020. Т. 29. № 11. С. 21-32.
8. Певзнер М. Н. Отечественные и зарубежные университеты: на пути к автономии // Вестник Новгородского государственного университета. 2012. № 70. С. 33-36.
9. Алексеев С.С. Общая теория права: в 2-х т. – М.: Юрид. лит., 1981. Т. 1. 360 с.
10. Andi Intan Soeparwata Institutional Autonomy of Universities in Theory and Practice // Centre for European Studies Faculty of Behavioral, Management, and Social Science University of Twente. 2020. C. 102.
11. European Higher Education Area and Bologna Process (EHEA) Statement on institutional autonomy // URL: https://ehea.info/Upload/BFUG_ SE_BA_84_WG_FV_Statement_on_Institutional_ Autonomy.pdf (Дата обращения: 20.11.2025).
12. Всемирная декларация о высшем образовании для XXI века: подходы и практические меры // Всемирная конференция по высшему образованию, собравшаяся в Штаб квартире ЮНЕСКО в Париже с 5 по 9 октября 1998 г.
13. Сафин И. М. Международная трактовка термина «академическая свобода» / И. М. Сафин // Совет ректоров. - 2008. - № 9. - С. 27-31.
14. Шугрина Е. C. Автономия вуза и академические свободы: соотношение международного и национального правового регулирования / Е. С. Шугрина // Актуальн. проблемы рос. права. - 2013. - № 8. - С. 1041-1049.
15. Пасешникова Л. А. Конституционно-правовые основы академической свободы в современной России: автореф. дис.. канд. юрид. наук: 12.00.02 / Пасешникова Лариса Алексеевна. - СПб., 2011. - 26 с.
16. Никольский В. С. Философские основания академической свободы: дис.. д-ра филос. наук: 09.00.11 / Никольский Владимир Святославович. - М., 2011. - 322 с.
17. The Magna Charta of the European Universities // University of Bologna 1986 URL https:// www.magna-charta.org/magna-charta-universitatum/ mcu-1988 (Дата обращения 10.11.2025).
18. Magna Charta Universitatum 2020 // MCO’s Governing Council 2020 URL https://www.magna-charta.org/magna-charta-universitatum/mcu2020 (Дата обращения 11.11.2025).
19. Всемирная декларация о высшем образовании для XXI века: подходы и практические меры // Всемирная конференция по высшему образованию, ЮНЕСКО Париж с 5 по 9 октября 1998 г. URL https://rcpomo.ggtu.ru/wp-content/ uploads/content/metodicheskij_kabinet/norm-prav/ mezhdunarodnoe_pravo/Vsemirnaya_ deklaraciya_o_vysshem_obrazovanii_dlya_XXI_ veka.pdf (Дата обращения 01.12.2025).
20. Рекомендация о статусе преподавательских кадров учреждений высшего образования // ЮНЕСКО 11.11.1997 URL https://rcpomo.ggtu.ru/ wp-content/uploads/content/metodicheskij_kabinet/ norm-prav/mezhdunarodnoe_pravo/ Rekomendaciya_o_statuse_prepod_kadrov_ uchrezhdenij_vys_obrazovaniya.pdf (Дата обращения 01.11.2025).
21. Конституция Российской Федерации // принята всенародным голосованием 12.12.1993 с изменениями, одобренными в ходе общероссийского голосования 01.07.2020.
22. Федеральный закон от 29.12.2012 № 273-ФЗ (ред. от 15.10.2025) «Об образовании в Российской Федерации»// «Собрание законодательства РФ», 31.12.2012, № 53 (ч. 1), ст. 7598.
23. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 № 51-ФЗ (ред. от 31.07.2025, с изм. от 25.11.2025) // Собрание законодательства РФ, 05.12.1994, № 32, ст. 3301/
24. Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 27.12.1999 № 19-П «По делу о проверке конституционности положений пункта 3 статьи 20 Федерального закона «О высшем и послевузовском профессиональном образовании» в связи с жалобами граждан В.П. Малкова и Ю.А. Антропова, а также запросом Вахитовского районного суда города Казани» // URL https://www.ksrf.ru/Decision/ (Дата обращения 20.11.2025).
25. Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 2 июня 2022 г. № 23-П «По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 310, пункта 4 статьи 421, пункта 1 статьи 422, пункта 1 статьи 450, пункта 2 статьи 450.1 и абзаца второго пункта 2 статьи 687 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки Т.В. Пыкиной» URL https://www.ksrf.ru/ Decision/ (Дата обращения 20.11.2025).

Скачать