Общественная безопасность как объект преступных деяний, связанных пожарами

Всовременных условиях, несмотря на небольшое количество зарегистрированных уголовных дел по ст. 219 УК РФ: их доля на протяжении последних пяти лет составляет около 1,25% общего числа преступлений, и ежегодно в среднем по России привлекается к уголовной ответственности 12 виновных лиц, пожары наносят существенный имущественный вред государству, обществу и иным субъектам права, причиняется вред здоровью граждан, нередко еще и со смертельным исходом значительного числа потерпевших [1, с.19]. На этапе правоприменения разработанный единый подход к понимаю правовой природы общественной, в частности пожарной безопасности как «объекта уголовно-правовой охраны необходим прежде всего сотрудникам правоохранительных органов, квалифицирующих указанные деяния как на ста- дии следствия, так и в суде, так как это один из первых показателей состава преступления» [2,3]. Нарушениям правил пожарной безопасности характерен определенный механизм объективных признаков состава преступления, обусловленный развитием общественных отношений и их соответствующему нормативному регулированию, поэтому ключевую характеристику в реализации стандартов пожарной безопасности должно нести государство, что предопределяется задачами отраслевого законодательства. В этой связи идет интенсивный поиск оптимально обоснованной модели обеспечения пожарной безопасности, в условиях отсутствия достаточно разработанной теории и методологии общественной безопасности. Юридическая оценка законодательства в сфере общественной безопасности требует комплексного анализа его структуры, законодательных инициатив и нестандартных решений вопросов законодательной техники и правореализации.

В юридической литературе под объектом преступления принято считать «взятые под охрану уголовного закона общественные отношения, складывающиеся между субъектами правоотношений в различных сферах их взаимодействия», а применительно к пожарам выступает сфера общественной безопасности [3,4].

Уголовно-правовой механизм в обеспечении сферы общественной - пожарной безопасности предопределяется в нормативном определении функций анализируемой системы правоотношений, что составляет: прогноз и выявление различных пожароопасных факторов, угрожающих интересам различных объектов, определение системы мероприятий по противодействию преступлениям, связанных с пожарами и эффективная ее реализация в различных ее методах и формах, в целях «обеспечения нормативного режима работы объектов общественной безопасности, а так же выполнении принятых на себя обязательств России, установленных международными договорами и соглашениями» [5, 6].

Одним из элементов системы соблюдения стандартов общественной безопасности служит установленный объект уголовно-правовой охраны применительно к деянию, предусмотренного ст. 219 УК РФ, который отражает характеристику общественной опасности, что в итоге проявляется через процесс квалификации деяния, отграничения его от смежных составов преступлений, где возникает в первую очередь необходимость в разграничении общественной безопасности от других объектов уголовно-правовой охраны.

Определяя содержание объекта преступления, связанного с нарушениями правил пожарной безопасности следует, прежде всего, дать юридическую оценку ключевой категории «безопасность». Представляется, что законодательное понятие «безопасность» должно представлять собой определенное состояние показателей устойчивого развития общества, обладать характеристиками стабильности различных элементов общественных институтов по отношению к различным внешним негативным факторам и их нейтрализации. Следует так же отметить, что безопасность предопределяется объективным показателем: наличием системы законодательных норм и соответствующими элементами правоприминенения и субъективным критерием: чувство защищенности, прав и свобод у граждан.

Таким образом, общественная безопасность, как родовой объект преступления должна быть представлена как совокупность общественных отношений, границы которых отражены в нормах отраслевого законодательства. Представляется так же неправильным формировать содержание вышеуказанного объекта преступления исходя только из конституционного запрета. Определяя нормативный запрет соответствующего поведения и последующее законодательное оформление объекта посягательства в уголовном законе следует анализируемое понятие устанавливать не только положениями конституционных норм, так как определены различного рода гарантии стандартов безопасности общественных отношений и в ином отраслевом законодательстве.

Правила пожарной безопасности, выступающие вышеуказанным элементом нормативной стабильности в анализируемой сфере общественных отношений главным образом отражены в федеральном законе «О пожарной безопасности». Кроме этого, как совершенно справедливо определил Верховный Суд России под ними нужно «понимать комплекс положений, устанавливающих обязательные требования пожарной безопасности, содержащиеся вышеуказанном законе, а также в иных нормативных правовых актах различного уровня, стандартах, нормах и отраслевых правилах пожарной безопасности, инструкциях и других документах, направленных на предотвращение пожаров и обеспечение безопасности людей и объектов в случае возникновения пожара» [7, с.16]. Основная цель законодательства области пожарной безопасности является создание безопасных условий для объекта уголовно-правовой охраны, что структурно отражает его бланкетных характер.

В юридической литературе предложено общественную безопасность как объект уголовно-правовой охраны определить, как состояние «защищенности жизни и здоровья людей от противоправных посягательств и других обстоятельств» [8,9]. Следовательно, если рассматривать состояние защищенности правовых норм по отношению к каким-либо объектам права, то можно прийти к выводу, что общественную безопасность как объект посягательства образуют общественные отношения, связанные с предупреждением или устранением угрозы для жизни или здоровья людей и их имущества, которые могут возникнуть в результате действий людей или проявления негативных свойств источников повышенной опасности, что вполне согласуется с расположением ст. 219 в главе 24 УК РФ.

Учитывая вышеуказанное суждение по определению родового объекта преступлений, связанных с нарушением правил пожарной безопасности заслуживает внимание точка зрения В.В.

Антонченко, который определяя особую ценность жизни и здоровья как объекта преступления предложил «расположить исследуемый состав ст. 219 УК РФ в главе «Преступление против жизни и здоровья» УК РФ либо разделить его на две нормы:

защищающую отношения по обеспечению пожарной безопасности (без указания на последствия для жизни и здоровья) и защищающую жизнь и здоровье человека при пожаре (аналогично нормам, например, ст. 109, 118 УК РФ)» [2, с.553]. Представляется данный подход не соответствует законодательной цели закрепления нормативного запрета и узкому пониманию термина «общественная безопасность». Необходимо определить общественную безопасность в уголовно-правовом смысле как часть национальной безопасности, охраняемую элементами уголовно права, основанную на праве систему мероприятий государственного и общественного воздействия различного характера, в системе противодействия преступности, нейтрализации их причин и условий, в целях соблюдения различных принципов права.

Общественная безопасность, как объект преступления носит комплексный нормативный характер, в рамках которой реализуется нормативные стандарты для безопасных условий жизни общества и государства и иных субъектов права и «основными ее принципами в соответствии с положениями федерального законодательства следует признавать: 1) соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина; 2) законность; 3) системность и комплексность применения политических, организационных, социально-экономических, информационных, правовых и иных мер обеспечения безопасности; 4) приоритет предупредительных мер в целях обеспечения безопасности; 5) взаимодействие органов власти с общественными объединениями, международными организациями и гражданами в целях обеспечения безопасности» [10-12].

Таким образом, правовая природа общественных отношений в сфере общественной безопасности должна характеризоваться следующими критериями: их направленность переделена охраняемыми законными интересами неопределенного круга субъектов правовых отношений в целях предупреждения ущерба от различных источников повышенной опасности: от пожаров в частности, где гарантируется так же «безопасность других общественных ценностей (личности, собственности и т.п.), что выступает своеобразной защитной оболочкой, которая предупреждает причинение насильственного вреда от нарушений правил пожарной безопасности» [9, с. 66]. В предметом аспекте общественная безопасность, как социальное благо выступает непосредственным продолжением безопасности интересов личности, которая предполагает защиту элементов гражданского общества (общественного порядка и спокойствия, материальных и духовных ценностей, прав и свобод общественных объединений, их нормальной деятельности), а личная безопасность есть исходное начало в реализации задач национальной безопасности, что в итоге и предопределяет построение общественных институтов и законодательное оформление объекта преступления.

Отношения общественной безопасности, учитывая их системный характер, обладают определенными структурными элементами: следует выделить соответствующих субъектов права, которыми выступает государство, иные публично-правовые образования и другие участники правоотношений, а следующими элементами признается соответствующая связь между ними и предмет отношений.

Таким образом, сама же общественная безопасность представляет собой определенное социальное благо, главное ее предназначение проявляется в том, что она характеризует у субъектов правоотношений «состояние уверенности в защите от преступных посягательств, и чем больше реальные усилия общества и государства по обеспечению системы общественной безопасности, тем более уверенно чувствуют себя граждане в процессе реализации своих прав и свобод.

Исходя из предмета и целей общественной безопасности, необходимо законодательно определить основные угрозы общественной безопасности как факторы, наносящие ущерб социально-экономическим, духовным, экологическим и прочим интересам общества (как населения страны в целом, так и отдельным его группам)» [12, 13]. В.П. Тихий, отмечая основную характерную особенность социальной связи, которая является структурным элементом в отношениях общественной безопасности, определил ее как «определенный защитный механизм интересов общества и отдельных граждан» [13]. Полагаем, необходимо дополнительно учесть и тот факт, что сложный характер правоотношений в сфере пожарной безопасности, как объекта преступления проявляется еще через способ преступного деяния, где ущерб нередко носит комбинированный характер, а взаимодействие различных субъектов правоотношений направлено на создание соответствующей системы безопасности от пожаров и их последствий. Сам механизм нарушений правил пожарной безопасности «складывается из двух подвидов: механизма нарушения установленных требований, правил и иных нормативных положений в сфере пожарной безопасности, который может быть продолжительным; и механизма быстрого (иногда мгновенного) действия поражающих, разрушительных и вредоносных сил и наступления преступных последствий» [14, с.91]. Виновное лицо игнорирует противопожарные правил по причине невнимательности и иных субъективных элементов вины, совершается поступок, который идет в противоречие с требованиями безопасности.

Таким образом, общественная безопасность – это совокупность предопределенных развитием общества различных его социальных институтов, установленных нормативно-правовыми актами, обычаями и традициями, обеспечивающая достаточный уровень личной безопасности членов общества и самого государства в целом. Следовательно, общественная безопасность явление достаточно емкое, многоаспектное, пронизывающее все сферы современного общества в целях его развития, где затрагиваются интересы различных субъектов правоотношений в сфере реализации стандартов безопасности.

Рассмотрев категорию общественная безопасность, то предлагается определить непосредственным объектом деяний ст. 219 УК РФ отношения пожарной безопасности, которые содержат в себе законодательно установленный порядок взаимодействия с опасными факторами (источниками) жизнедеятельности человека в целях недопущения пожара и последующего причинения вреда здоровью граждан.

При определении объекта преступления в сфере нарушений правил пожарной безопасности в процессе квалификации преступлений полагаем, так же, что на текущий момент необходимо уточнить критерии отграничения административных правонарушений и уголовно-наказуемых деяний, связанных с пожарами, что привело бы к уменьшению мер государственного принуждения и в итоге правильному определению объекта правонарушения: сферы его законодательной регламентации. Целесообразно в этой связи на уровне методических рекомендаций МЧС России, разъяснений Пленума Верховного Суда России дополнительно конкретизировать оценочные суждения в уголовном законе: показатели в оценке категорий «ущерб» и «иные тяжкие последствия». Отсутствие же единства подходов на этапе правоприменения в трактовке законодательной терминологии в административном и уголовном законодательстве создает «двойные» стандарты применительно к разным сферам нормативного регулирования. Полагаем, что эффективность реализации нормативных стандартов общественной безопасности обуславливается различными правоприменительными факторами, правовое регулирование вопросов объекта уголовно-правовой охраны требует комплексного нормативного подхода в административном и уголовном праве, разработки соответствующих программ развития, которые бы реализовывали государственную политику в области пожарной, как составной части общественной безопасности, что отражает характеристику объекта преступлений, связанных с пожаром.