NFT как новый объект гражданского права в Российской Федерации

• САМЕРХАНОВА Лидия Александровнамагистрант Высшей школы частного права, Тихоокеанского государственного университета, Хабаровск2020100647@togudv.ru

• КАЛАЧЁВА Татьяна Леонтьевнак.ю.н.; доцент ВШ ЧП, Тихоокеанский государственный университет, Хабаровск001183@togudv.ru

В статье исследуется правовая природа невзаимозаменяемых токенов и обосновывается их место в системе объектов гражданских прав Российской Федерации. Анализируются технологические особенности NFT и проблемы их квалификации в рамках действующего законодательства о цифровых активах. Особое внимание уделяется соотношению NFT с правами интеллектуальной собственности, поскольку приобретение токена не влечёт передачи исключительных прав на цифровой контент. Рассматриваются различные подходы к определению правового статуса: как разновидности «цифровых прав», «иного имущества» или самостоятельного объекта права sui generis. Обосновывается необходимость формирования специального правового режима для NFT с учётом их уникальных характеристик и трансграничного характера оборота.

Ключевые слова: невзаимозаменяемые токены, NFT, объекты гражданских прав, цифровые активы, цифровые права, блокчейн, интеллектуальная собственность

Появление невзаимозаменяемых токенов (NFT) ознаменовало собой значительный сдвиг в цифровой экономике, бросив вызов устоявшимся представлениям о собственности и правах на цифровые активы. Эти уникальные цифровые объекты, базирующиеся на технологии блокчейн, быстро завоевали популярность, став инструментом для подтверждения подлинности и владения разнообразными цифровыми произведениями – от искусства и музыки до игровых предметов и коллекционных карточек.

Однако стремительное развитие рынка NFT опережает формирование адекватного правового регулирования, что порождает множество вопросов относительно их статуса в гражданском праве Российской Федерации [1].

Действующее законодательство, несмотря на определённые шаги в сторону регулирования цифровых активов, пока не предлагает однозначных решений для интеграции NFT в правовую систему. Это создаёт правовую неопределённость, которая, безусловно, требует глубокого научного осмысления и практического анализа. Целью настоящей статьи является исследование правовой природы NFT и обоснование их потенциального места в системе объектов гражданских прав России.

Суть NFT кроется в их технологической основе: каждый токен представляет собой уникальную запись в распределённом реестре, то есть в блокчейне, которая подтверждает право на определённый цифровой актив. В отличие от взаимозаменяемых криптовалют, таких как биткойн или эфириум, где каждый токен идентичен другому, NFT обладают индивидуальными характеристиками, делающими их неповторимыми. Эта невзаимозаменяемость, по сути, и является их ключевым свойством [9, с. 255].

Однако, стоит отметить, что понятие «уникальность» NFT не всегда является абсолютным.

Технически возможно создание нескольких NFT, привязанных к одному и тому же цифровому активу. В этом случае, ценность каждого отдельного токена может снижаться, поскольку они перестают быть единственным подтверждением владения. Кроме того, важно учитывать, что уникальность NFT зависит от надёжности блокчейна, на котором он выпущен. Если блокчейн подвергается атаке или становится неработоспособным, то ценность NFT также может быть поставлена под сомнение [3, с. 115]. Таким образом, при оценке правовой природы NFT необходимо учитывать не только его технические характеристики, но и контекст его создания и обращения.

Технически, NFT – это не сам цифровой объект (например, изображение или видеофайл), а скорее цифровой сертификат, указывающий на него и фиксирующий историю владения. Таким образом, приобретая NFT, пользователь получает не столько сам файл, сколько уникальное подтверждение владения или определённые права, связанные с этим файлом. Это обстоятельство, безусловно, усложняет их правовую квалификацию.

Сложность правовой квалификации NFT обусловлена тем, что они сочетают в себе признаки различных объектов гражданских прав. С одной стороны, NFT можно рассматривать как цифровое имущество, поскольку они обладают стоимостью и могут быть предметом сделок. С другой стороны, они тесно связаны с интеллектуальной собственностью, поскольку часто удостоверяют права на цифровой контент. Кроме того, NFT могут выполнять функцию цифрового сертификата или лицензии, предоставляя владельцу определённые права на использование цифрового актива [6]. В связи с этим, возникает вопрос о том, какой правовой режим должен применяться к NFT в каждом конкретном случае. Необходим комплексный подход, учитывающий все аспекты правовой природы NFT и его связь с другими объектами гражданских прав. Российское законодательство, хотя и сделало шаги к регулированию цифровых активов, всё ещё находится на начальном этапе адаптации к новым реалиям. Федеральный закон от 31.07.2020 № 259-ФЗ «О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон о ЦФА) вводит понятия цифровых финансовых активов (ЦФА) и цифровой валюты [2].

Однако NFT, по своей природе, не вписываются полностью ни в одну из этих категорий. ЦФА, как правило, удостоверяют денежные требования или права участия в капитале, тогда как цифровая валюта признаётся имуществом, но не имеет эмитента и не является средством платежа. NFT же, как правило, не являются денежным требованием и не служат средством платежа в традиционном смысле; их ценность зачастую определяется уникальностью связанного с ними цифрового контента. В связи с этим, возникает дискуссия о возможности квалификации NFT как «иного имущества» в рамках статьи 128 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ), которая включает в себя вещи, имущественные права и иное имущество. Некоторые исследователи, например, Д.С. Емельянов и И.С. Емельянов, склоняются к признанию NFT самостоятельным объектом правового регулирования, указывая на их уникальные характеристики [7, с. 72].

Стоит отметить, что признание NFT самостоятельным объектом правового регулирования может повлечь за собой ряд практических последствий. Во-первых, это потребует разработки специального законодательства, регулирующего порядок создания, оборота и защиты NFT. Во-вторых, это может повлиять на налогообложение операций с NFT, а также на порядок их учёта в бухгалтерском учёте. В-третьих, это может создать новые возможности для использования NFT в различных сферах, таких как искусство, спорт, развлечения и т.д. [15]. Однако, необходимо учитывать, что создание отдельной правовой категории для NFT может привести к усложнению правовой системы и возникновению коллизий с другими нормами гражданского права. Поэтому, при принятии решения о правовом статусе NFT необходимо тщательно взвесить все «за» и «против» [5, с. 141].

В этой связи, критически важно разграничивать владение токеном и обладание исключительными правами на объект интеллектуальной собственности, к которому он привязан. Зачастую, покупатель NFT приобретает лишь уникальный цифровой сертификат, подтверждающий его владение этим токеном, но не получает право на воспроизведение, распространение или публичный показ самого произведения [4, с. 45]. Это создаёт парадоксальную ситуацию, когда цифровой объект может быть продан многократно в виде NFT, при этом авторские права остаются у первоначального создателя [8]. Такая дихотомия требует чёткого закрепления в законодательстве, чтобы избежать заблуждений и обеспечить адекватную защиту как авторов, так и приобретателей NFT. Действительно, отсутствие чёткой нормативной базы создаёт благоприятную почву для злоупотреблений и мошеннических схем. Например, нередки случаи, когда под видом NFT продаются цифровые копии произведений искусства, не имеющие реальной ценности или не подтверждённые авторскими правами. Это, в свою очередь, подрывает доверие к рынку NFT и сдерживает его дальнейшее развитие [11, с. 85]. Необходимо отметить, что проблема не ограничивается только Россией. Многие страны сталкиваются с аналогичными вызовами, пытаясь найти баланс между инновациями и защитой прав потребителей в этой новой сфере. В частности, вопросы налогообложения операций с NFT, а также регулирования деятельности криптобирж, на которых они торгуются, остаются открытыми во многих юрисдикциях [12, с. 36]. Покупатель NFT становится владельцем уникального токена, но не обязательно получает исключительные права на использование, воспроизведение или распространение цифрового контента, к которому этот токен привязан.

Эти права остаются у первоначального автора или правообладателя, если иное прямо не предусмотрено в условиях сделки или смарт-контракте, лежащем в основе NFT. Например, если художник создаёт цифровое произведение и выпускает его в виде NFT, он сохраняет авторские права на это произведение.

В этой связи, возникает вопрос о том, какие именно права получает покупатель NFT. Если NFT удостоверяет только право владения токеном, то это означает, что покупатель не имеет никаких прав на использование цифрового контента, к которому токен привязан. В этом случае, NFT можно рассматривать как своего рода «цифровую коллекционную карточку», не дающую никаких дополнительных прав. Однако, если NFT удостоверяет определённые права на использование цифрового контента, например, право на воспроизведение, распространение или публичный показ, то это меняет дело. В этом случае, NFT можно рассматривать как своего рода «цифровую лицензию», предоставляющую владельцу определённые возможности. Важно, чтобы условия сделки с NFT чётко определяли, какие именно права передаются покупателю, чтобы избежать недоразумений и споров.

Покупатель NFT получает лишь уникальный цифровой сертификат, подтверждающий его владение этим токеном, который, в свою очередь, указывает на конкретное произведение. Это создаёт определённые правовые коллизии, когда недобросовестные лица могут «минтить» NFT, используя чужие произведения без разрешения, что является прямым нарушением авторских прав. Правоприменительная практика в России по таким вопросам пока крайне ограничена, что, безусловно, затрудняет защиту интересов правообладателей.

Отсутствие прецедентов в российской судебной практике создаёт неопределённость в вопросах защиты авторских прав в сфере NFT.

Однако, это не означает, что правообладатели полностью лишены возможности защищать свои интересы. Они могут использовать общие нормы гражданского права, такие как защита чести, достоинства и деловой репутации, а также нормы об авторском праве и смежных правах. Кроме того, правообладатели могут обращаться в правоохранительные органы с заявлениями о возбуждении уголовных дел по фактам нарушения авторских прав. Важно, чтобы правообладатели активно использовали все доступные правовые механизмы для защиты своих интересов, чтобы создать прецеденты и сформировать судебную практику в этой новой сфере.

В условиях отсутствия прямого законодательного регулирования, правовая квалификация NFT в России остаётся предметом активной научной дискуссии. Одни учёные предлагают рассма- - тривать NFT как разновидность «цифровых прав», упомянутых в статье 141.1 ГК РФ, которая была введена Федеральным законом от 18.03.2019 № 34-ФЗ. Цифровые права, согласно этой статье, включают обязательственные и иные права, содержание и условия осуществления которых определяются в соответствии с правилами информационной системы. Этот подход кажется наиболее перспективным, поскольку он позволяет учесть цифровую природу NFT и их связь с информационной системой блокчейн.

Однако, необходимо учитывать, что квалификация NFT как «цифрового права» может создать определённые сложности. Во-первых, необходимо определить, какие именно права удостоверяет NFT. Если NFT удостоверяет только право владения токеном, то это означает, что он не является обязательственным правом, поскольку не порождает никаких обязательств между сторонами. Во-вторых, необходимо определить, каким образом осуществляется осуществление «цифрового права». Если осуществление права связано с использованием информационной системы блокчейн, то необходимо установить правила функционирования этой системы и порядок разрешения споров, возникающих в связи с её использованием. В-третьих, необходимо определить, каким образом осуществляется защита «цифрового права» в случае его нарушения. Если нарушение связано с несанкционированным использованием NFT, то необходимо установить порядок привлечения к ответственности нарушителя и возмещения убытков правообладателю.

Таким образом, квалификация NFT как «цифрового права» требует детальной проработки всех аспектов правового регулирования.

Другие исследователи, например, Л.А. Новосёлова и О.А. Полежаев, рассматривают возможность отнесения NFT к «иному имуществу», что, впрочем, не даёт полной ясности относительно их правового режима [10]. Однако, на наш взгляд, простое отнесение к «иному имуществу» не раскрывает всей специфики NFT, требующей более детального подхода.

Действительно, отнесение NFT к категории «иного имущества» не позволяет учесть их уникальные характеристики, такие как невзаимозаменяемость, связь с цифровым контентом и использование технологии блокчейн. В этом случае, NFT будут регулироваться общими нормами гражданского права, применимыми к имуществу, что может быть недостаточно для эффективной защиты прав владельцев NFT. Кроме того, отнесение NFT к категории «иного имущества» может создать проблемы с налогообложением операций с NFT, поскольку неясно, какие налоги должны применяться в этом случае. Поэтому, необходим более детальный подход к правовой квалификации NFT, учитывающий их специфику и связь с цифровой экономикой.

Признание NFT самостоятельным объектом гражданских прав (sui generis) также активно обсуждается. Этот подход предполагает создание отдельной правовой категории для NFT, что позволило бы учесть их уникальные характеристики, не пытаясь втиснуть их в уже существующие, но не вполне подходящие рамки [13, с. 28]. Такой путь, хотя и требует значительных законодательных усилий, мог бы обеспечить наиболее полное и адекватное регулирование. При этом важно учитывать опыт других юрисдикций, где уже предпринимаются попытки законодательного регулирования NFT. Например, в некоторых странах рассматривается возможность приравнивания NFT к ценным бумагам или другим финансовым инструментам, если они обладают инвестиционными характеристиками.

Перед российским законодателем стоит непростая задача по формированию правового режима NFT. Среди ключевых вызовов – необходимость определения правового статуса NFT в контексте налогообложения, защиты прав потребителей и борьбы с незаконным оборотом. Не менее важным представляется вопрос о юрисдикции, ведь блокчейн-транзакции носят трансграничный характер, что усложняет применение национального права.

Методы исследования в этой области должны включать не только анализ действующего законодательства и доктрины, но и компаративный анализ зарубежного опыта, а также изучение технических особенностей блокчейн-технологий. Ограничения текущего правового поля, безусловно, диктуют необходимость комплексного подхода, который бы учитывал как юридические, так и технологические аспекты.

Подводя итог, следует подчеркнуть, что формирование правового режима NFT в России является сложной и многогранной задачей, требующей комплексного подхода и учёта различных факторов. Необходимо учитывать как юридические, так и технологические аспекты, а также опыт других стран. Важно, чтобы правовое регулирование NFT было направлено на защиту прав владельцев NFT, стимулирование инновационного развития и создание благоприятных условий для развития цифровой экономики. При этом необходимо избегать излишнего регулирования, которое может задушить инновации и ограничить возможности использования NFT в различных сферах. Необходим баланс между защитой прав и свободой инноваций.

Важно отметить, что изучение технических особенностей блокчейн-технологий является необходимым условием для понимания правовой природы NFT. Необходимо понимать, как функционирует блокчейн, как создаются и передаются NFT, какие риски связаны с использованием блокчейна и какие меры могут быть приняты для защиты прав владельцев NFT. Кроме того, необходимо учитывать, что блокчейн-технологии постоянно развиваются, и новые решения могут повлиять на правовой статус NFT. Поэтому, необходимо постоянно следить за развитием технологий и адаптировать правовое регулирование к новым реалиям [14]. В частности, необходимо учитывать возможность использования NFT в метавселенных и других виртуальных мирах, где они могут стать важным элементом цифровой экономики.

Изучение зарубежного опыта может быть полезным при формировании правового режима NFT в России. В частности, стоит обратить внимание на подходы, применяемые в странах, где криптовалюты и другие цифровые активы уже получили определённое правовое регулирование. Например, в некоторых странах NFT рассматриваются как разновидность цифровых активов и регулируются законодательством о цифровых финансовых активах. В других странах NFT рассматриваются как объекты интеллектуальной собственности и регулируются законодательством об авторском праве и смежных правах. В третьих странах NFT рассматриваются как самостоятельные объекты гражданских прав и регулируются специальным законодательством. Изучение этих подходов позволит выявить их преимущества и недостатки и выбрать наиболее подходящий вариант для России.

В заключение следует отметить, что невзаимозаменяемые токены представляют собой не просто технологическую новинку, но и серьёзный вызов для традиционных правовых систем. В Российской Федерации, несмотря на определённые шаги в регулировании цифровых активов, правовой статус NFT остаётся неопределённым. Наиболее перспективным представляется путь признания NFT в качестве особого вида цифровых прав или даже самостоятельного объекта гражданского права, что позволит адекватно регулировать отношения, возникающие в связи с их созданием, оборотом и использованием.

Дальнейшее развитие законодательства в этой области должно быть направлено на устранение правовых пробелов, обеспечение защиты прав всех участников рынка и создание благоприятных условий для инновационного развития цифровой экономики.

Перспективы развития правового регулирования NFT в России представляются весьма интересными. Возможно, в будущем будет разработан специальный закон, регулирующий порядок создания, оборота и защиты NFT. Возможно, NFT будут признаны самостоятельным объектом гражданских прав, что позволит учесть их уникальные характеристики. Возможно, NFT будут использоваться в качестве инструмента для защиты авторских прав и борьбы с контрафактом. Возможно, NFT станут важным элементом цифровой экономики и будут использоваться в различных сферах, таких как искусство, спорт, развлечения и т.д. Важно, чтобы развитие правового регулирования NFT шло в ногу с развитием технологий и учитывало интересы всех участников рынка.

Список литературы

1. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть 4) от 30.11.1994 № 51- ФЗ (в ред. от 23.07.2025) // СЗ РФ. 1994. №32. Ст.1304, 1350- 1352, 1465.
2. Федеральный закон от 31.07.2020 №259- ФЗ (ред. от 27.10.2025) «О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» // СЗ РФ. 2020. №31 (ч. I). Ст. 5018.
3. Бабаян Н. А. Проблема определения объекта гражданского права в условиях обращения цифровых активов / Н. А. Бабаян, А. Ю. Мирошниченко // Вестник науки. – 2025. – Т. 4. – №. 10 (91). – С. 114-123.
4. Брисов Ю. В. Правовой режим NFT (non-fungible token) в России: как работать в отсутствие специального законодательного регулирования? / Ю. В. Брисов, А. А. Победкин // Цифровое право. – 2022. – Т. 3. – №. 1. – С. 44-66.
5. Гуров Н. А. Цифровые права как объект гражданского регулирования в российской федерации / Н. А. Гуров, Е. Н. Баширина // Международный журнал гуманитарных и естественных наук. – 2025. – №. 6-2 (105). – С. 140-144.
6. Дозорцев В. А. Интеллектуальные права: Понятие. Система. Задачи кодификации. Сборник статей. – В. А. Дозорцев. – М.: Статут, 2023. - 416 с.
7. Емельянов Д. С. Невзаимозаменяемые токены (NFT) как самостоятельный объект правового регулирования / Д.С. Емельянов, И. С. Емельянов // Имущественные отношения в Российской Федерации. – 2021. – №. 10 (241). – С. 71-76.
8. Жарова А. К. Интеллектуальное право. Защита интеллектуальной собственности: учебник для вузов / А. К. Жарова; под общей редакцией А. А. Стрельцова. – 6-е изд., перераб. и доп. – Москва: Издательство Юрайт, 2025. – 384 с.
9. Машкова А. Д. Основные направления токенизации: частноправовые и публично-правовые аспекты / А. Д. Машкова // Правовая политика и правовая жизнь. – 2024. – №. 2. – С. 254-260.
10. Новоселова Л. А. О правовом режиме объектов гражданских прав, выраженных в цифровых активах / Л. А. Новоселова, О. А. Полежаев // Закон. – 2020. – № 11.
11. Ситник А. А. NFT как объект правового регулирования / А. А. Ситник // Актуальные проблемы российского права. – 2022. – Т. 17. – №. 12 (145). – С. 84-93.
12. Соколова Е. С. Финансово-правовое регулирование NFT: необходимость и достаточность / Е. С. Соколова, А. И. Филимонова // Лоббирование в законодательстве. – 2024. – Т. 3. – №. 3. – С. 35-38.
13. Хмелевская А. С. Защита интеллектуальной собственности в условиях цифровой трансформации экономики / А. С. Хмелевская, А. Н. Кукарцева // Экономика и управление инновациями. – 2024. – №. 1. – С. 27-38.
14. NFT – новая эра в интеллектуальной собственности? // Сайт Юридической компании Юрвиста [Электронный ресурс]. – URL: https://1patent.ru/blog/proizvedenija-avtorskoepravo /nft-novaya-era-v-intellektualnoysobstvennosti.html (дата обращения: 20.12.2024).
15. NFT – что это, как использовать, где хранить и как долго они останутся с нами? // Платформа для предпринимателей и высококвалифицированных специалистов малых, средних и крупных компаний «vc.ru» [Электронный ресурс]. – URL: https://vc.ru/crypto/343492-nft-chto-eto-kakispolzovat-gde-hranit-i-kak-dolgo-oni-ostanutsya-snami (дата обращения: 20.12.2024).

Скачать