Направления развития российского законодательства о добровольном страховании жилых помещений от стихийных бедствий

• ЕВСЕЕВА Ирина ДенисовнаМагистрант 1 курса Юридического института Томского государственного университетаev5eeva.i@yandex.ru

• ГОНЧАРОВА Валерия АндреевнаДоцент кафедры гражданского права Томского государственного университета, Кандидат юридических наукvaleria.goncharova.93@bk.ru

Статья посвящена анализу возможных направлений развития существующей в Российской Федерации системы правового регулирования добровольного страхования жилых помещений на случай наступления чрезвычайных ситуаций природного характера. Актуальность исследования обусловлена тем, что публично-правовые образования вынуждены брать на себя расходы по восстановлению гражданам их потерь от утраты или повреждения жилых помещений, наступивших в результате стихийных бедствий, но в условиях небольшого количества застрахованного жилья по всей стране и роста бюджетных расходов может возникнуть ситуация, в рамках которой все затраты гражданам не будут компенсированы, что объясняет необходимость вовлечения большего числа лиц в страховые отношения. В качестве возможных способов изменения существующей в Российской Федерации системы добровольного страховая жилья от природных катаклизмов в статье рассмотрены такие, как использование программ страхования жилых помещений публично-правовых образований, дополнение положений национальных проектов в части развития страхования, использование рыночных механизмов, секьюритизация рисков природных катастроф. Сделан вывод о возможности реформирования добровольного страхования жилых помещений с помощью некоторых направлений в соответствующей части.

Ключевые слова: добровольное страхование, стихийное бедствие, жилое помещение, страховой риск, секьюритизация, рыночные решения, программы публично-правовых образований

Согласно ст. 7 Конституции Российской Федерации, Россия является социальным государством. Названное суждение означает, что государство приняло на себя обязанность по созданию условий для реализации права человека на жилище [25, с. 33]. В законе выделяются разные виды жилых помещений, но всех их объединяет то, что они могут быть подвергнуты внешнему разрушительному воздействию в результате природных катастроф.

Анализ истории современной России показывает, что чрезвычайные ситуации природного характера происходили с определенной периодичностью в различных регионах страны как минимум с середины девяностых годов [12, с. 38-39]. Убытки, понесенные гражданами в связи с утратой или повреждением жилых помещений, в таких случаях вынуждено было компенсировать государство, осуществляя выплаты пострадавшим лицам в общем размере на миллиарды рублей [7, с. 365]. В настоящее время в условиях роста расходов государства в различных сферах жизни общества может возникнуть такая ситуация, в рамках которой публично-правовые образования не смогут в полном мере возместить людям причиненный природными катаклизмами ущерб, в связи с чем следует обратить внимание на средства, позволяющие распределить убытки от повреждения имущества. В качестве одного из них традиционно рассматривается страхование [2, с. 641].

В юридической литературе прослеживается мысль о необходимости совершенствования существующей в России системы страхования жилых помещений [22, с. 131-132], поскольку в настоящее время доля застрахованного жилья в стране является незначительной и граждане в условиях низкой страховой культуры и небольшого заработка не прибегают к услугам страховщиков [27, с. 88]. В качестве одного из способов реформирования данного вида общественных отношений рядом ученых предлагается введение обязательного страхования жилых помещений на случай стихийных бедствий [7, с. 366]. Такое изменение порядка перераспределения страховых рисков представляется спорным, поскольку требует преобразования текущего законодательства, а также разработки такого механизма страхования, который бы в масштабе государства учитывал климатические особенности каждого региона, отличия в стоимости жилья и разные доходы населения и при этом позволял бы компенсировать гражданам возможные убытки, вызванные утратой или повреждением жилых помещений. В целом в литературе можно встретить точку зрения, согласно которой такой способ реформирования страховых отношений является неуместным для российского государства на данном историческом этапе [17, с. 46]. Названные ранее доводы позволяют сделать вывод об обоснованности данной точки зрения.

Поскольку в настоящее время Российская Федерация не готова к нормативному закреплению обязанности граждан страховать жилье от природных катастроф, представляется актуальным исследование возможных способов реформирования системы добровольного страхования жилых помещений от подобного рода рисков, которое позволило бы увеличить количество застрахованного жилья в государстве и сократить бюджетные расходы, направленные на устранение последствий природных катаклизмов.

В науке предлагаются различные варианты снижения рисков утраты или повреждения жилых помещений, вызванных чрезвычайными ситуациями природного характера. Условно их можно подразделить на несколько групп.

Ряд ученых в качестве возможного способа реформирования отношений по страхованию жилых помещений от природных катаклизмов указывают на необходимость использования программ добровольного страхования жилых помещений, принятых на уровне публично правовых образований [17, с. 46]. Так, например, в г. Москве вплоть до 2022 года действовала система заключения новых договоров страхования жилых помещений с использованием механизма уплаты страховых взносов при помощи платежных документов на оплату жилищно-коммунальных услуг. А. В. Феоктистов дает следующую характеристику - названной программе: «В квитанции об оплате коммунальных услуг жителю Москвы надо поставить галочку и затем ежемесячно оплачивать страховые взносы, которые, как подтверждает практика выплат, ничтожны, поскольку определяются в соответствии с нормами утвержденной стоимости одного квадратного метра жилья, что намного ниже рыночной стоимости. Городская власть в свою очередь берет на себя обязательство в случае утраты застрахованной квартиры предоставить жилье» [24, с. 5].В качестве итога реализации исследуемой программы в Москве следует признать увеличение количества застрахованного жилья в регионе: по меньшей мере половина жилых помещений из всех находящихся в субъекте Российской Федерации оказалась застрахованной [16, с. 107]. Однако Р.Р. Яруллин, Р. З. Кинзябулатов, З.Ф. Шарифьянова, проводя сравнение льготных программ страхования жилья в регионе и коммерческого страхования, подчеркивают, что последнее имеет преимущество в виде более качественного страхового покрытия и более значительных по своему размеру сумм страхового возмещения [16, с. 107].

Комментируя отмену действия региональной программы страхования жилья, представитель Департамента городского имущества г. Москвы отметил, что от страхования жилья посредством оплаты коммунальных услуг возможно отказаться по причине того, что в регионе сформирована система страхования в жилищной сфере и как следствие, посредник в виде г. Москвы не нужен ни страховщикам, ни страхователям [3]. В то же время И.П. Соломатин указал на спорность такой причины отмены льготного страхования в субъекте России: по его мнению, подобное решение названного органа государственной власти субъекта не приведет к заключению гражданами новых договоров страхования жилья [3].

Следует согласиться с данным тезисом, поскольку размер страховой премии по договору страхования жилого помещения, заключенного без участия города Москвы, будет явно отличаться от сумм, уплачиваемых страхователями ранее по программе льготного страхования, поскольку она предполагала финансовое участие субъекта России в возмещении ущерба, чего не будет при заключении договора страхования напрямую со страховщиком. Давая оценку льготным программам страхования жилых помещений, следует отметить, что такая система вполне может быть рассмотрена как один из возможных способов оптимизации расходования бюджетных средств на компенсацию гражданам затрат, понесенных в связи с восстановлением или приобретением нового жилья, поскольку эта система позволяет вовлечь значительное число как страховщиков, так и страхователей в страховые отношения, которые в последующем сформируют страховой фонд с достаточным для покрытия ущерба от наступления страхового случая капиталом.

Ранее в Российской Федерации также действовала другая программа, одной из целей которой было провозглашено снижение риска чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера. Речь идет о федеральной целевой программе «Снижение рисков и смягчение последствий чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера в Российской Федерации до 2015 года» [28]. К ее целям, помимо названной выше, относятся также сокращение количества погибших и пострадавших в чрезвычайных ситуациях; предотвращение экономического ущерба от чрезвычайных ситуаций. В 2015 году сообщалось о разработки похожей программы, которая бы действовала до 2025 года [18], однако она так и не была принята. Несмотря на то, что программа ставит целью минимизацию рисков природных катастроф, следует признать, что лишь одним ее принятием нельзя будет ограничиться при решении вопроса уменьшения бюджетных расходов, направленных на восстановление утраченного или поврежденного жилья людей, поскольку данная программа не предполагала формирование фонда денежных средств, из которых бы осуществлялись выплаты пострадавшим людям. В науке также подчеркивается, что снижение экономического ущерба от чрезвычайных ситуаций образует лишь косвенную экономическую эффективность реализации мероприятий подобных целевых программ [1, с. 27].

В настоящее время решение вопроса по организации возмещения ущерба, причиненного жилым помещениям граждан в результате чрезвычайных ситуаций, осуществляется путем предоставления субъектам Российской Федерации права принимать программы по организации возмещения подобного рода ущерба с использованием механизма добровольного страхования.

Однако в 2024 году в Государственную Думу Российской Федерации был внесен законопроект, в котором предлагается указанное выше право превратить в обязанность субъектов, поскольку на момент обращения с законодательной инициативой ни в одном из субъектов России не была принята такая программа [13], что свидетельствует о неэффективности действующего правового регулирования соответствующей группы общественных отношений. В апреле 2025 года исследуемый законопроект был снят с рассмотрения Государственной Думы Российской Федерации в связи с отзывом субъектами права законодательной инициативы [14]. Примечательно, что Правительство Российской Федерации в целом поддержало при- нятие законопроекта, указав на необходимость доработки некоторых процедурных аспектов [11]. В этой связи, а также с учетом того, что обязание субъектов Российской Федерации принимать названные выше программы может поспособствовать появлению в государстве программ добровольного страхования жилых помещений, учитывающих особенности каждого конкретного региона, отзыв законопроекта из Государственной Думы Российской Федерации вызывает обоснованные сомнения, поскольку принятие в каждом субъекте подобного рода программ могло бы поспособствовать снижению затрат публично-правовых образований на компенсацию гражданам утраты или повреждения жилья, наступивших в результате стихийных бедствий.

А. А. Цыганов делает акцент на необходимости развития добровольного страхования жилых помещений с помощью доработки национального проекта «Жилье и городская среда» [29], допуская дополнение его положениями о введении страхования комплексно [26, с. 256]. Данный национальный проект осуществлялся до 2024 года включительно, похожим на него национальным проектом сейчас является национальный проект «Инфраструктура для жизни» [30]. Важно учитывать, что у таких проектов есть нормативно закрепленный перечень целей и задач, по которым можно определить основные направления его реализации.

Применительно к национальному проекту «Жилье и городская среда» можно отметить, что ключевой его целью является обеспечение жильем семей со средним достатком, в то время как национальный проект «Инфраструктура для жизни» направлен больше на обеспечение граждан коммунальной, транспортной, социальной инфраструктурой более высокого качества. В связи с чем можно сделать вывод, что дополнение этих проектов положениями о развитии страхования как способ решения поставленной в настоящем исследовании проблемы представляется, скорее, нецелесообразным, поскольку эти проекты предназначены для выполнения задач несколько иного рода, что не позволит им в полной мере уделить внимание преобразованию существующей системы страхования жилых помещений в целом по всему государству. Поэтому следует сделать вывод, что применение национальных проектов как способа развития добровольного страхования в масштабах всего жилищного фонда России представляется неэффективным.

На данном этапе исследования следует сделать вывод, что участие публично-правовых образований в страховании жилых помещений с помощью различного рода программ имеет потенциал, поскольку может послужить удачным средством снижения бюджетных расходов и способом вовлечения большего числа граждан в страховые отношения. В статье «Страхования природных и техногенных рисков в интересах социальной поддержки населения при чрезвычайных ситуациях» учеными по этому поводу дан весьма ценный комментарий: «Наличие и эффективность работы программ взаимодействия государства и страховой отрасли способствуют популяризации страхования и позволяют эффективно управлять рисками ЧС. Участвуя в данных программах, государство способствует общественному признанию ценности и необходимости страхования для содействия снижению рисков, быстрого и эффективного возмещения ущерба пострадавшим в результате ЧС» [22, с. 125-126]. Представляется перспективным разработка и принятие по всей территории Российской Федерации подобного рода программ, главной целью которых будет являться именно развитие добровольного страхования, а не осуществление другого рода действий.

В литературе можно встретить предложения иного рода по совершенствованию существующей в государстве системы добровольного страхования жилых помещений от природных катастроф. К таковым можно отнести, например, использование рыночных страховых решений [19, с. 37]. Н.Б. Грищенко, анализируя практику применения подобных механизмов в Германии и Великобритании, подчеркивает, что у такого вида управления страховыми рисками есть недостаток в виде существования значительных по размерам стразовых премий в регионах, в которых чаще всего происходят стихийные бедствия [4, с. 141]. Применительно к Российской Федерации можно сказать, что такой недостаток является существенным, поскольку значительная часть ее территории подвержена риску наступления тех или иных природных катастроф, и граждане в условиях низкого дохода и высоких размеров страховых премий не могут позволить себе застраховать жилье.

Весьма интересные тезисы о перспективах применения рыночных решений при страховании жилых помещений высказаны Э.А. Русецкой.

Например, по мнению ученого коммерческое страхования является самой оптимальной формой страхования имущества от природных катастроф [19, с. 40]. Автор указывает: «Коммерческое страхование - это такой способ образования и управления страховым фондом, когда для выполнения этих задач создается специализированная страховая организация, цель которой - извлечение из страхования прибыли» [19, с. 40]. При этом Э.А. Русецкая подчеркивает: «Главной проблемой для страхователей при выборе данной формы организации страхового фонда остается тот факт, что у каждой страховой компании существует строго определенный перечень рисков и исключе- ний из страхового покрытия, а также размер страховой премии может быть необоснованно завышенным» [19, с. 41]. Изложенное позволяет сделать вывод о том, что коммерческое страхование может не справиться с задачей вовлечения большого числа страхователей в отношения по страхованию жилых помещений, в связи с чем тезис, согласно которому такая форма страхования является самой оптимальной, представляется спорной.

Э.А. Русецкая также указывает на перспективность использования вмененной формы проведения страхования в имущественном страховании [19, с. 42]. При этом автор приводит следующую дефиницию: «Под вмененным страхованием следует понимать такую форму страхования, проведение которой для страхователя является необходимым и достаточным условием для допуска к определенному виду деятельности либо для совершения определенных действий, а для страховщика осуществляется на условиях и в порядке, предусмотренном для добровольного страхования» [19, с. 42]. Однако такой подход к регулированию порядка вступления в страховые отношения представляется спорным, поскольку страхователями обычно являются физические лицасобственники или владельцы жилых помещений, и фактическое обязывание их страховать жилье при условии, что для страховщиков такой вид страхования останется добровольным, создает опасную ситуацию, в рамках которой на страхователя как более слабую сторону гражданско-правового договора в отличие от страховщиков налагаются определенные обязанности, что может создать условия для навязывания страховщиками своих услуг или завышения цен на них. В другой работе Э.А. Русецкая исследует вопрос перестрахования катастрофических рисков в России и за рубежом. По результатам исследования автор приходит к следующему выводу: «Для снижения зависимости перестрахования катастрофических рисков от международной конъюнктуры в России целесообразно формирование: перестраховочных пулов; профессиональных объединений страховщиков» [20, с. 39].

Такое предложение представляется обоснованным, однако необходимо учитывать, что для достижения подобного рода образованиями эффективности в осуществляемой ими деятельности необходимо расширение их действия по всему государству. Так, если перестраховочный пул будет действовать на небольшой территории и она подвергнется природному бедствию, логично предположить, что средств пула может не хватить на возмещение убытков. В части профессиональных объединений страховщиков, которые создаются в том числе в целях установления правил профессиональной деятельности, следует также подчеркнуть, что именно общегосударственный масштаб его действия будет способствовать достижению равенства участников страховых отношений, поскольку так страховщики смогут, например, установить максимальный размер страховых премий или возможные льготные тарифы для отдельных групп страхователей, что будет соответствовать положениям статьи 19 Конституции Российской Федерации.

Следует признать положительным явлением существование на современном рынке страховых услуг коробочных продуктов. К. А. Трофимова характеризует их следующим образом: «Под коробочным продуктом обычно понимается договор страхования готового набора рисков по фиксированным тарифам с упрощенной процедурой оформления страхования и выплат (страхование без осмотра и описи имущества, уменьшение числа документов, необходимых для заключения договора)» [23, с. 95]. В литературе подчеркивается удобство заключения этого вида договоров как для страховщиков, так и для страхователей [5, с. 88-89]. В то же время, поскольку страхование жилых помещений до сих пор остается непопулярным среди российского населения, представляется необходимым принятие иных мер, направленных на рост количества застрахованного жилья в государстве.

В числе подобных мер большинство ученых называют развитие страховой культуры российского населения [16, с. 112], проведение информационных мероприятий, направленных на донесение до широкого числа лиц сведений о преимуществах минимизации рисков утраты или повреждения жилых помещений [16, с. 112], принятие превентивных мер по снижению вероятности наступления чрезвычайных ситуаций природного характера [9, с. 50], расширение прямых продаж страховых услуг [15, с. 73]. Названные меры могут поспособствовать развитию системы добровольного страхования, поскольку их результатом могут выступить рост количества застрахованного жилья и снижение страховых рисков, но вместе с тем они сами по себе не решают проблему несения государством существенных расходов по ликвидации последствий природных катастроф.

Наконец, в качестве альтернативного способа управления страховыми рисками утраты или повреждения жилых помещений, вызванных стихийными бедствиями, в науке рассматривается использование механизма секьюритизации, то есть преобразования активов в ценные бумаги. В общем виде этот процесс был описан Ю. Э. Слепухиной: «Страховая или перестраховочная компания несет обязательства по рискам, принятым на страхование. Чтобы захеджировать данные риски, страховщик заключает договор со специальной компанией, по которому за фиксированную плату получает определенный доход при реализации риска (наступлении страхового события).

Специальная компания выпускает облигации, основанные на страховых рисках, купон по которым является плавающим и зависит от наступления страхового события, и покупает безрисковые долговые бумаги, доход от которых - в соответствии с договором и условиями выпуска облигаций - будет распределяться между оригинатором (страховщиком) и держателями рисковых облигаций» [21, с. 27].

В науке обращается внимание на эффективность такого метода перераспределения страховых рисков [6, с. 6]. Среди его достоинств ученые выделяют независимость от цикличности экономики [8, с 13] и продолжительный срок защиты [10, с. 68], наличие для страховщика гарантий возмещения его убытков при наступлении страхового случая [21, с. 28] и следующее за этим снижение цен на страховые услуги для страхователей [21, с. 28]. Следует также обратить внимание на еще одну сильную сторону секьюритизации, которая заключается в том, что публично-правовые образования не обязаны напрямую финансово участвовать в процессе секьюритизации.

В то же время в литературе подчеркивается необходимость совершенствования правового регулирования отношений, связанных с подобного рода финансовыми инструментами [8, с. 17].

М.В. Мосягина определяет отсутствие регламентирующих актов как слабую сторону секъюритизации [8, с. 14]. И этот факт оказывает непосредственное влияние на наличие других недостатков в описываемой системе перераспределения страховых рисков в виде отсутствия опыта ее применения и низкой ликвидности таких ценных бумаг [8, с 14]. Представляется, что с учетом наличия у секьюритизации потенциала как источника дополнительного финансирования катастрофических рисков, законодателю следует уделить внимание развитию этого правового явления, в частности, путем регламентации особенностей осуществления деятельности специальной организации, которая может выпускать облигации, основанные на страховых рисках.

Подытожив все вышесказанное, следует сделать вывод, что существующая в Российской Федерации система добровольного страхования жилых помещений на случай стихийных бедствий в настоящее время может быть реформирована путем ее дополнения инструментами, которые позволят вызвать рост количества застрахованного жилья в России и снизить бюджетные расходы по ликвидации последствий природных катастроф. В их числе можно назвать применение публично-правовыми образованиями программ добровольного страхования жилых помещений, развитие правового регулирования о перестраховочных пулах и профессиональных объединениях страховщиков и использование механизмов секьюритизации. Также следует уделить внимание развитию страховой культуры населения, проведению информационных мероприятий, принятию превентивных мер, расширению прямых продаж страховых услуг.

Список литературы

1. Воробьев Ю. Л. Федеральная целевая программа «Снижение рисков и смягчение последствий чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера в Российской Федерации до 2010 года» как инструмент обеспечения национальной безопасности // Технологии гражданской безопасности. – 2006. – Т. 3, № 1 – С. 22-27.
2. Гражданское право: учебник: в 3 т. Т. 2 / Е. Н. Абрамова, Н. Н. Аверченко, К. М. Арсланов [и др.]; под ред. А. П. Сергеева. – М: Проспект, 2020. – 880 с.
3. Гришина Т. Страховку вычеркнули из платежек [Электронный ресурс] / Сайт «Коммерсантъ». – [Б. м.], 2020. – URL: https://www. kommersant.ru/doc/4616663 (дата обращения: 19.02.2026).
4. Грищенко Н. Б. Региональные аспекты страхования жилья от природных рисков // Вестник НГУЭУ. – 2015. – № 2. – С. 137-148.
5. Дедиков С. «Коробочные» страховые продукты: правовые аспекты // Хозяйство и право. – 2016. – № 10 (477). – С. 88-95.
6. Демченко О. В. Секьюритизация страховых рисков: автореф. дис.…канд. юрид. наук / О. В. Демченко. – СПб., 2008. – 24 с.
7. Евсеева И. Д. Современное состояние правового регулирования страхования жилых помещений на случай стихийных бедствий в Российской Федерации и возможные способы его совершенствования // Образование и право. – 2025. – № 3. – С. 364-371.
8. Мосягина М. В. Обоснование принятия решений при управлении рисками катастроф: автореф. дис.…канд. юрид. наук / М. В. Мосягина. – М., 2010. – 29 с.
9. О необходимости планирования мероприятий по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций природного характера / А. И. Пономарев, А. В. Байков, К. В. Александров, Е. В. Арефьева // Технологии гражданской безопасности. – 2022. – Т. 19, № 1 (71) – С. 49-52.
10. Огорелкова Н. В. Вопросы секьюритизации рисков природных катастроф в России // Вестник Омского университета. Серия «Экономика». – 2016. – № 3 – С. 67-76.
11. Официальный отзыв Правительства Российской Федерации на проект федерального закона «О внесении изменений в статью 11-1 Федерального закона «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера» и статьи 44 и 53 Федерального закона «Об общих принципах организации публичной власти в субъектах Российской Федерации»» // Система обеспечения законодательной деятельности. – [Б. м.], 2025. – URL: https://sozd.duma.gov.ru/bill/605295-8 (дата обращения: 19.02.2026).
12. Полец А. Ю. Моделирование очага методом инверсии волновых форм на примере Нефтегорского землетрясения 1995 года / А. Ю. Полец, Т. К. Злобин // Вестник Дальневосточного отделения Российской академии наук. – 2017. – № 1 (191). – С. 38-42.
13. Пояснительная записка к проекту федерального закона «О внесении изменений в статью 11-1 Федерального закона «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера» и статьи 44 и 53 Федерального закона «Об общих принципах организации публичной власти в субъектах Российской Федерации»» // Система обеспечения законодательной деятельности. – [Б. м.], 2025. – URL: https://sozd.duma.gov.ru/bill/605295-8 (дата обращения: 19.02.2026).
14. Проект федерального закона «О внесении изменений в статью 11-1 Федерального закона «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера» и статьи 44 и 53 Федерального закона «Об общих принципах организации публичной власти в субъектах Российской Федерации»» // Система обеспечения законодательной деятельности. – [Б. м.], 2025. – URL: https://sozd.duma.gov.ru/ bill/605295-8 (дата обращения: 19.02.2026).
15. Прокопьева Е. Л. Современный страховой рынок России: проблемы и потенциал развития // Дайджест-финансы. – 2022 – Т. 27, №. 1 (261) – С. 66-88.
16. Развитие страхования жилья в регионе / Р. Р. Яруллин, Р. З. Кинзябулатов, З. Ф. Шарифьянова // Вестник Оренбургского государственного университета. – 2007. – № 2. – С. 107-114.
17. Роль обязательного страхования жилья в России / И. В. Шевченко, П. Г. Мартыненко, В. В. Котов // Дайджест-финансы. – 2006. – № 1. – С. 42-46.
18. Россия разработает программу снижения опасности бедствий до 2025 года // РИА Новости – [Б. м.], 2020. – URL: https://ria. ru/20151014/1301537979.html (дата обращения: 19.02.2026).
19. Русецкая Э. А. Страхование от чрезвычайных ситуаций в системе обеспечения экономической безопасности страны // Национальные интересы: приоритеты и безопасность – 2014. – № 18 – С. 34-43.
20. Русецкая Э. А. Формирование современной модели защиты в имущественном страховании от катастрофических рисков. / Э. А. Русецкая, О. А. Анохина // Финансы и кредит – 2012. – № 46 (526) – С. 36-42.
21. Слепухина Ю. Э. Комплексное управление рисками в страховых организациях: автореф. дис.…канд. юрид. наук / Ю. Э. Слепухина. – М., 2011. – 43 с.
22. Страхования природных и техногенных рисков в интересах социальной поддержки населения при чрезвычайных ситуациях / В. П. Авдотьин, Ю. С. Авдотьина, Л. В. Палинкаш [и др.] // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Агрономия и животноводство. – 2017. – Т. 12, № 12. – С. 121-136.
23. Трофимова К. А. Отношение российского населения к страхованию // Народонаселение. – 2017 – № 1 (75) – С. 92-102.
24. Феоктистов А. В. Перспективы введения обязательного страхования жилых помещений в России: полис вместо помощи / А. В. Феоктистов, В. С. Акимова // Наука. Общество. Государство. – 2014. – № 2.
25. Филиппов П. М. Принцип социальности жилищного права / П.М. Филиппов, О.А. Ковалева // Legal Concept. – 2016. – № 3 (32). – С. 31-37.
26. Цыганов А. А. Развитие страхования жилья в национальном проекте «Жилье и городская среда» // Научные труды Вольного экономического общества России. – 2021. – Т. 227, №. 1 – С. 246-266.
27. Чапаев Н. М. Тенденции развития добровольного социального страхования в России на современном этапе / Н. М. Чапаев, М. М. Гаджиясулов // Управление экономическими системами: электроннный научный журнал. – 2013. – № 10 (58). – С. 88.
28. Утверждена Постановлением Правительства Российской Федерации от 7 июля 2011 г. № 555 «О федеральной целевой программе «Снижение рисков и смягчение последствий чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера в Российской Федерации до 2015 года».
29. Утвержден протоколом президиума Совета при Президенте Российской Федерации по стратегическому развитию и национальным проектам от 24 дек. 2018 г. № 16 «Паспорт национального проекта «Жильё и городская среда».
30. Утвержден Министерством строительства и жилищно-коммунального хозяйства Рос- сийской Федерации, 2025 г. «Паспорт национального проекта. Национальный проект «Инфраструктура для жизни».

Скачать