К вопросу о невменяемости в уголовном законодательстве России

• РОСТОКИНСКИЙ А.В.доктор юридических наук, профессор Департамента Права ИЭУиП ГАОУ ВО МГПУmail@law-books.ru

В работе предпринята попытка вернуться к рассмотрению уголовно-правовой категории невменяемость в связи со множеством несовпадающих подходов к ее сущности и природе, а также упрощенного отношения к этому сложному феномену в современной научной литературе. Полагаем, что различные ошибки, допускаемые в судебной практике и в теории, связаны с необходимостью доработки категориального аппарата с учетом ранее высказанных в этом вопросе научных мнений и современного развития юридической науки и психиатрии.

Ключевые слова: невменяемость, общественно опасные деяния, уголовно-правовая категория

Категориальный аппарат уголовно-правовой науки должен определяться потребностями ее развития и практикой применения норм УК РФ [2], изменениями в законодательстве или, напротив, потребностью в его статичности, необходимостью консолидации сил в теоретической и практической областях, достижением максимальной согласованности взаимодействия всех вовлеченных в эту сферу субъектов для достижения фундаментальных социально-значимых целей уголовного законодательства. Как известно, преступление и ответственность за его совершение имеют причинно-следственную связь. Действующее законодательство определяет преступление через признаки, отсутствие одного из которых, формально не позволяет квалифицировать уголовно-противоправное деяние как преступление даже при наличии посягательства на охраняемые законом социальные блага и опасность для общества (ст. 14 УК). Один из значимых признаков, виновность деяния – это неотъемлемая составляющая понятия преступления, без которой нет состава преступления. При наступлении условий, когда на лицо нельзя возложить вину, оно освобождается от уголовной ответственности. Таким условием является невменяемость. Невменяемость указывает на невозможность возложения на невменяемого вины и уголовной ответственности, за которое вменяемое лицо несет такую ответственность. Бесспорно, что при конструировании любого юридического решения по разрешению криминального конфликта нельзя исходить только из одного параметра, игнорируя остальные в их взаимосвязи. Но и отдельно элементы состава преступления не следует воспринимать линейно и упрощенно.

Рассматриваемая нами категория невменяемость тесно связана с виновностью, одним из элементов состава преступления. Статьями 19, 20 УК РФ предписано, что наряду с достижением установленного возраста надлежащим признаком субъекта преступления является вменяемость.

Если лицо не могло осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими вследствие хронического психического расстройства, временного психического расстройства, слабоумия либо иного болезненного состояния психики, в его действиях отсутствует вина в уголовно-правовом значении, то есть умышленных действий (бездействий) (ст. 25 УК) или неосторожных (ст. 26 УК). В этом случае лицо признается судом невменяемым и освобождается от уголовного наказания. Так как невиновность такого лица не исключает его общественную опасность, ему назначается разновидность мер уголовно-правового характера, предусмотренная ст. 99 УК РФ, - принудительное лечение, которое не является наказанием.

Очевидно, что только психически здоровому человеку свойственна способность верной оценки характера и последствий своих поступков либо возможность осознанно ими руководить. Только на вменяемое лицо может быть возложена вина и ответственность за его действия (ст. 21 УК). Таким образом, правовым последствием признания невменяемости является исключение уголовной ответственности. Невменяемость обозначает условия, при которых на лицо нельзя возложить вину (один из признаков состава преступления) в форме умысла или неосторожности и признать его субъектом преступления, а само общественно опасное деяние преступлением. Верным будет криминальное правонарушение при его совершении лицом, страдающим психическим расстройством, которое лишает его понимания происходящего (интеллектуальный признак) либо способности руководить своими действиями (волевой признак), определять не как преступление, а как общественно опасное деяние невменяемого.

Подобный подход прослеживается и в международных актах. Например, принятые резолюцией 46/119 Генеральной Ассамблеи от 17 декабря 1991 г. Принципы защиты психически больных лиц и улучшения психиатрической помощи [1] используют следующую формулировку: в отношении «лиц, совершивших запрещенные уголовным законом деяния». В своих решениях отечественные высшие судебные органы при конституционной оценке и дачи разъяснений отдельных положений применения норм уголовного и уголовно-процессуального права при решении вопроса о применении принудительного лечения невменяемого также не используют термин преступление [5].

Таким образом, уголовно-правовая категория невменяемость является центральной при совершении общественно опасного деяния лицом, страдающим тяжелым психическим расстройством, влияющим на его интеллектуальные и волевые качества. Анализ проведенной нами судебной практики отечественных судов по уголовным делам позволяет сделать вывод, что старания ученых в вопросах разработки исследуемого нами термина и правильности его применения субъектами права не были тщетны. В своих решениях суды уже не употребляют понятий вина, виновность, обвинение, преступление в отношении таких лиц. Но, несмотря на снижение за последние десять лет случаев, когда невменяемость отождествлялась с психиатрическим диагнозом и формировалась врачами-психиатрами уже в заключениях судебной экспертизы, суды по-прежнему медицинский фактор видят главенствующим и определяющим при принятии соответствующего решения [20].

Для примера, в постановлении от 6 марта 2025 г. Зейского районного суда Амурской области указано, что «экспертиза в отношении Н.С.В. проведена врачами психиатрами высшей квалификационной категории, имеющими значительный стаж работы. Как указано выше, согласно заключению стационарной судебно-психиатрической экспертизы от <Дата обезличена Н.С.В. является лицом невменяемым.» [7].

Исходя из текста судебного решения, правом определения невменяемости лица неправомерно воспользовались члены судебно-психиатрической экспертизы, а суд с этим согласился.

Более того, согласно решению Заводского районного суда г. Орла врачами-экспертами решались правовые вопросы: «согласно заключению амбулаторной комиссионной судебно-психиатрической экспертизы № 659 от 16.12.2024, ФИО2 хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики не страдал на период инкриминируемого ему деяния и не страдает в настоящий момент, а имел и имеет признаки расстройства психики в форме: (информация скрыта), что не лишало его на период инкриминируемого ему деяния возможности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Под действие ст. 21, 22, 81 УК РФ не подпадает. На период инкриминируемого деяния у него не было признаков какого-либо временного болезненного расстройства психики…» [8].

Таким образом, утверждения, данные в заключении медицинского исследования, представлены с позиции их уголовно-правовой оценки.

Но юридическая оценка (квалификация) деяний, предусмотренных Особенной частью УК РФ, установление решением суда невменяемости лица, освобождение его от уголовной ответственности не равнозначны диагностике психического здоровья и иным медицинским аспектам, содержащихся в результатах судебно-медицинского исследования, полученного пусть даже и высококвалифицированными врачами-психиатрами. Правовые вопросы, в том числе установление невменяемости лица, являются несомненной прерогативой суда. Подобная практика закономерно вызывает сомнения.

В юридической литературе в последние годы также стали появляться попытки анализа категории невменяемость, уголовное законодательство поддается порой необоснованной критике. Высказывается потребность закрепления термина невменяемость как антитезы понятия вменяемость. Предлагаются свои, оторванные от научных разработок и без учета уже высказанных мнений серьезных ученых, варианты определений невменяемости. Например, есть попытки упростить этот феномен до «характеристики лица, совершившего запрещенное уголовным законом общественно опасное деяние» [18], либо до «психического состояния лица, которое заключается в определенной неспособности» [13]. При этом иные термины исключаются в связи с их якобы заимствованием из медицины. Кому-то видится неполнота уголовно-правового регулирования в вопросе, «каким образом может или должно судом учитываться заболевание», предлагается введение в текст материального закона неупотребляемые ни в психиатрии, ни в уголовном праве термины [13]. А для решения вопроса о необходимости закрепления в УК РФ понятия «ограниченная вменяемость» предлагается «изучить основные существующие мнения юристов и психиатров по этому вопросу» [18], что указывает на непонимание архисложной сущности этого феномена, требующего научного междисциплинарного подхода.

Данные выдержки приведены не ради критики «наполеонов» в праве, а в целях иллюстрации складывающегося поверхностного представления о важном категориальном инструменте уголовного права.

Отметим, что ст. 21 УК РФ все-таки раскрывает содержание невменяемости. Законодателем были восприняты научные разработки в этом направлении, суть которых сводится к тому, что неспособность осознавать характер своих поступков либо руководить ими означает невиновность лица, последующее признание его невменяемым и исключение предусмотренной уголовным законом ответственности [11].

Полагаем, что более точно содержание невменяемости изложено Р.И. Михеевым. Данная категория им описана как исключающая вину и уголовную ответственность неспособность лица осознавать во время нарушения им уголовно-правового запрета фактический характер и общественную опасность своих действий или руководить ими, вызванная «психическим болезненным состоянием» [14]. Употребление «состояние» приближено профессором Р.И. Михеевым к общепринятому семантическому значению. Единственное добавим, что по своим источникам невменяемость – комплексная категория, описывать которую нужно на стыке юридической и медицинской наук. Поэтому в настоящее время надлежит воспринять формулировки «психические расстройства», «лицо, страдающее психическим расстройством», используемые в Международной классификации болезней десятого пересмотра (далее – МКБ-10) [16] и соответствующие современному развитию психиатрии. Для примера, в своих заключениях психиатры-эксперты применяют именно приведенную нами терминологию. Приведем выдержки из судебных решений: «…ЛСА в период совершения общественно-опасного деяния и в настоящее время обнаруживал и обнаруживает признаки хронического психического расстройства в форме параноидной шизофрении…» [9], или «… в настоящее время страдает хроническим психическим расстройством в форме: Органическое бредовое (шизофреноподобное) расстройство, в связи со смешанными заболеваниями (травматического, сосудистого, токсического генеза). Параноидный синдром» [10] и т.д.

Уточним, что понятия «болезненное», «душевная болезнь» характерны для УК РСФСР [3] (ст. 11) и употреблялись учеными-юристами с учетом действующей в то время врачебной терминологии.

Принципиальным в научном подходе к сущности изучаемого феномена является познание природы невменяемости посредством двух критериев, медицинского (биологического) и юридического (психологического), что также было воспринято законодателем [17].

Напомним, что сущность первого критерия заключается в потребности оценить психическое состояние лица в сравнении с биологической нормой, выявить отклонения и патологию при их наличии. Назначение медицинского критерия – объединить все возможные клинические формы психических состояний, которые становятся причиной неспособности лица осознавать характер своих действий либо руководить ими (хроническое психическое расстройство, временное психическое расстройство, слабоумие либо иное болезненное состояние психики, как это и указано в ст. 21 УК).

Второй критерий характеризует состояние психики лица в момент совершения инкриминируемого деяния и волевую сторону психики, состояние его интеллекта. Юридический критерий определяет суд при уголовно-правовой оценке лица как неспособного осознавать характер своих действий либо руководить ими, биологический – причину такой неспособности. В случае, когда выявленные отклонения и патология мешает лицу, совершившему общественно опасное деяние, правильно давать оценку своим поступкам либо ими руководить, оно признается судом невменяемым и ему назначается принудительная мера медицинского характера. Поэтому медицинский критерий не может восприниматься как центральный, главенствующий при определении невменяемости, а обязательно должен сочетаться с юридическим. Правовой критерий позволяет консолидировать силы психиатров и юристов с учетом разграничения свойственных каждому субъекту взаимодействия специфических функций, поскольку нуждается в психиатрическом содержании результатов судебно-психиатрической экспертизы в каждом конкретном случае. Он исключает разрыв между клинической картиной и ее оценкой врачами-психиатрами, так как тяжесть психического расстройства устанавливается применительно к юридическому критерию невменяемости [19]. Оба критерия имеют самостоятельное значение, они не являются придатком друг друга, при их соотношении необоснованно определять один как ведущий, главенствующий, а другой – второстепенный, факультативный. Только через их единство возможно раскрытие сущности термина невменяемость в уголовном праве. Кроме того, проведение экспертного исследования инициируется следователем (судом) по уголовному делу для решения уголовно-правовых задач, а диагноз «невменяемость» отсутствует в МКБ-10. Полагаем, что ошибочное установление невменяемости результатами судебно-психиатрических экспертиз и переоценка значения биологического критерия связана с тем, что учение об этой категории длительное время носило некоторую медико-психиатрическую окраску. Возможно, для отграничения компетенций экспертов-психиатров от юристов медицинский критерий надлежит обозначить психопатологическим, как это было предложено Р.И. Михеевым [15].

Исходя из вышеизложенного можно охарактеризовать содержание ст. 21 УК РФ, в целом, отвечающей научным исследованиям категории невменяемость.

Однако следует констатировать, что незавершенность научной разработки отразилась, в частности, в используемой законодателем формулировке «в состоянии невменяемости». Невменяемость – это не состояние, а предусмотренное уголовным законом юридическое обстоятельство, исключающее уголовную ответственность, о чем нами подробно рассмотрено выше. Суд в своем решении определяет не «состояние», а уголовную неответвенность, невозможность возложения вины на невменяемого. Кроме того, в обычной жизни слово «состояние» имеет такие семантические поля как состояние здоровья, материальное положение, эмоциональное, техническое состояние, и с трудом воспринимается как уголовно-правовой термин.

К сожалению, в силу недоработки в этой области не нашел законодательного урегулирования термин «вменяемость». Введение этой категории в уголовное законодательство, в отличие от категории «ограниченная вменяемость», на наш взгляд, не будет избыточным, так как поможет снять многие неточности и недоразумения, возникающие на практике и в теории. Ключевая проблема при раскрытии данного термина заключается во взгляде на вменяемость как антипонятие, антигипотезу невменяемости и остается отдельной проблемой уголовного права, поскольку обладает своими отличительными свойствами, а также специфической правовой природой.

Полагаем, что в науке не высказано достаточных аргументов в пользу применения законодателем различных степеней вины (уменьшенная, ограниченная вина). Поскольку вина – это один из признаков состава преступления, при сложности установления критериев для определения ее степени суд окажется в весьма затруднительном положении при представлении ее границы. В свою очередь, размытость, нечеткость критериев ограниченной вменяемости может повлечь злоупотребления в ее применении правоприменительными органами и врачами-психиатрами.

Отметим, что тяжелые формы психических расстройств обладают высокой социальной агрессивностью и криминогенностью. Но уголовно-правовой термин невменяемость делает именно сам факт нарушений лицом с таким расстройством уголовно-правовых запретов. В ином случае оно подлежит лечению на основании Закона РФ от 02.07.1992 N 3185-1 «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» [4]. Поэтому правильное определение категории невменяемость важно для соблюдения принципа законности при рассмотрении органами предварительного следствия и судами уголовных дел. В статье предпринята попытка поднять только часть проблем в понимании и употреблении термина невменяемость, но очевидно, что при совершенствовании понятийного аппарата необходима деликатная доработка уже имеющихся научных изысканий, основанная на современных достижениях психиатрии и уголовно-правовой науки.

Список литературы

1. Принципы защиты психически больных лиц и улучшения психиатрической помощи. Приняты резолюцией 46/119 Генеральной Ассамблеи от 17 декабря 1991 года // КонсультантПлюс (дата обращения 25.10.2025)
2. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 N 63-ФЗ (ред. от 31.07.2025) // Собрание законодательства РФ. 1996. N 25. Ст. 2954.
3. Уголовный кодекс РСФС // Ведомости ВС РСФСР. 1960. N 40. Ст. 591.
4. Закон РФ от 02.07.1992 N 3185-1 (ред. от 22.07.2024) «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» // Ведомости СНД и ВС РФ. 1992. N 33. Ст. 1913.
5. Постановление Пленума Верховного Суда N 6 от 07.04.2011 «О практике применения судами принудительных мер медицинского характера» // Российская газета. 2011. 20 апреля;
6. Постановление Конституционного Суда РФ от 24 ноября 2023 г. N 54-П по делу о проверке конституционности пунктов «а», «в» части первой статьи 97, статей 99 и 100, частей первой и третьей статьи 102 Уголовного Кодекса Российской Федерации в связи с запросами Салехардского городского суда Ямало-ненецкого автономного округа // Собрание законодательства РФ. 2023. N 49 (Часть IV). Ст. 8878.
7. Постановление № 1-44/2025 от 6 марта 2025 г. по делу № 1-44/2025 Зейского районный суд (Амурская обл.) // https://судебныерешения. рф/search (дата обращения 20.10.2025)
8. Приговор № 1-70/2025 от 25 марта 2025 г. по делу № 1-70/2025 Заводской районный суд г. Орла (Орловская область) обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 318 УК РФ // https://судебныерешения.рф/search (дата обращения 15.10.2025)
9. Апелляционное постановление № 22-862/2024 от 4 мая 2024 г. Суд Ханты - Мансийского автономного округа – Югры // https://sudact. ru/ (дата обращения 22.10.2025)
10. Постановление Гурьевского районного суда Калининградской области№ 1-32/2025 от 27 марта 2025 г. по делу № 1-32/2025 // https://sudact. ru/ (дата обращения 21.10.2025)
11. Антонян Ю.М., Бородин С.В. Преступное поведение и психические аномалии / Под ред. В.Н. Кудрявцева. М., 1988. 206 с.
12. Бажукова Ж.А. Особенности производства по уголовным делам о применении принудительных мер медицинского характера: учебное пособие. Сыктывкар, 2015. 149 с.
13. Мартыненко С.Ю. Невменяемость: уголовно правовой аспект // Теория науки. 20016. № 1. С. 184-186.
14. Михеев Р.И. Проблемы вменяемости и невменяемости в советском уголовном праве. Владивосток: Изд-во Дальневост. ун-та, 1983. С. 123.
15. Михеев Р.И. Проблемы вменяемости, вины и уголовной ответственности: Дисс.… д.ю.н. в формате научного доклада. М., 1998. 35 с.
16. Министерство здравоохранения Российской Федерации. Психические расстройства и расстройства поведения (F00 - F99) Класс V МКБ- 10, адаптированный для использования в Российской Федерации / Под общей редакцией д.м.н. Б.А. Казаковцева и к.м.н. В.Б. Голланда. М: Минздрав России, 1998. 512 с.
17. Назаренко Г.В. Невменяемость в уголовном праве автореферат: Автореф. Дис.… к.ю.н. М., 1993. 23 с.
18. Родионов А.С. Понятие невменяемости по уголовному кодексу Российской Федерации // Вестник Челябинского государственного университета. 2009. № 21 (159). Право. Вып. 20. С. 75-77.
19. Тугушев Р.Р. Невменяемость: уголовно-правовое значение и проблемы отграничения от вменяемости и ограниченной вменяемости: Афтореф. Дис.… к.ю.н. Саратов, 2002. 22 с.
20. При обобщении материалов производства о применении принудительных мер в 2015 г. в 25% случаев категория невменяемый формировался уже в заключениях судебно-психиатрических экспертиз. При выборочном изучении уголовных дел в период с 2015 г. по настоящее время данный показатель снизился до 7,8%. См.: Бажукова Ж.А. Особенности производства по уголовным делам о применении принудительных мер медицинского характера: учебное пособие. Сыктывкар, 2015. С. 55; Анализ уголовных дел судов общей юрисдикции по РФ, размещенных в сети Интернет в период с 2015 по 2025 гг. // https:// судебныерешения.рф/search; https://sudact.ru/

Скачать