К вопросу о месте нейроправ в системе прав и свобод человека

• ПАШНИНА Татьяна Викторовнакандидат юридических наук, доцент, доцент кафедры общетеоретических правовых дисциплин, Уральский филиал ФГБОУВО Российский государственный университет правосудия имени В.М. Лебедеваpashninatv_chel@mail.ru
• ПОПОВА Татьяна Владиславовнакандидат юридических наук, доцент кафедры конституционного и административного права Южно-Уральский государственный университетzakon-74@inbox.ru

В статье рассматриваются актуальные тенденции трансформации института прав и свобод человека под влиянием внедрения инновационных НБИКС- технологий (нано-, био-, инфо-, когни-, социо- технологий), детерминировавших появление новых групп прав. Цель исследования состоит в комплексном анализе системы нейроправ, относящихся к правам человека последнего поколения, выявлении проблем их правового регулирования и выработке рекомендаций по их решению. Необходимость достижения заявленной цели обусловила постановку и решение следующих исследовательских задач: установление взаимосвязи между достижениями научно-технического прогресса и эволюцией системы прав и свобод на современном этапе; раскрытие соотношения понятий «нейротехнологии», «нейроданные» и «нейроправа»; характеристика системы нейроправ; анализ системы правового регулирования нейроправ в России и в мире; выработка практических предложений по совершенствованию указанной системы с позиций публичного права. Основой методологической базы научного исследования послужили историко-правовой и системный методы, позволяющие обосновать место нейроправ в системе «новых» прав человека в контексте концепции поколений прав человека, а также совокупность иных общенаучных и специальных методов познания, позволивших раскрыть их специфику. По результатам исследования обосновано, что институт нейроправ, относящийся к новейшим правам человека, является порождением научно-технического прогресса, и, занимая промежуточное положение между правами информационными и биологическими, гарантирует сохранение целостности человеческой личности и защиту от манипулирования сознанием в эпоху НБИКС-технологий. Сделан вывод о том, что нормативное регулирование нейроправ лежит в сфере публично-правового регулирования и его соответствие запросам технологического развития государства, с одной стороны, и интересам защиты фундаментальных прав личности, с другой, является необходимым условием процесса успешной цифровой трансформации института прав человека в реалиях прорывного развития нейротехнологий.

Ключевые слова: права человека, поколения прав человека, прорывные технологии, НБИКС-технологии, нейротехнологии, нейроданные, нейроправа, публичное право

Введение

Система прав человека представляет собой институт, отражающий эволюцию представлений о месте человека в государстве и принципах взаимоотношения личности и государства.

Институт прав человека развивается вместе с человеческим обществом и изменяется под влиянием тех факторов, которые оказывают наиболее сильное влияние на социум в конкретный исторический период: политических, экономических, социальных, технологических и т.д.

В начале XXI века на первый план выходят достижения научно-технического прогресса, обусловивших появление так называемых «прорывных технологий».

Инновационные технологии, оказывающие наибольшее влияние на человека, получили название НБИКС-технологий (нано-, био-, инфо-, когни-, социо- технологий) [1; 2].

Частью НБИКС-технологий являются нейротехнологии, способные не только изменить биологическую, но и психическую сущность человека, породившие институционализацию нейроправ человека, относящимся к правам последнего поколения.

Среди трудов, посвящённых нейроправам, хотелось бы отметить работы ряда российских исследователей: Д.А. Беловой [3; 4], В.И. Бояриновой [5], Р.А. Будника [6], И.А. Кравец [7], И.Ю. Крылатовой [8], И.А. Филиповой [9], и ряда других ученых.

Цель исследования состоит в комплексном анализе системы нейроправ, относящихся к правам человека последнего поколения, выявлении проблем их правового регулирования и выработке рекомендаций по их решению с позиций публичного права.

Эволюция института прав человека: от «права свободы» до права оставаться собой в мире прорывных технологий Институт прав и свобод человека представляет собой сложную многогранную категорию, классифицируемую по различным основаниям,:

одним из которых является классификация прав в зависимости от исторических этапов их провозглашения [10, с. 10-12].

Как справедливо отмечает ряд исследователей, концепция поколений прав человека была предложена Карелом Васаком в 1977 г. [11], выделившим три поколения прав:

– Права человека первого поколения, или «права свободы», включают в себя «личные и политические права. Конституированию данной группы прав, как правило, предшествовали социальные перевороты, в том числе, буржуазные революции» [12, c. 18].

– Права человека второго поколения, или «права равенства» включают в себя «социальные, экономические и культурные права.

Становление прав человека второго поколения связано со стремительным экономическим ростом во многих странах на рубеже XIX-XX веков, развитием рабочего движения в этот период» [12, c. 19].

– Права человека третьего поколения, или «права солидарности», включают в себя «коллективные права. Они отражают коллективистские ценности и действуют в рамках международных отношений erga omnes, будучи конституированными главным образом в международно-правовых актах» [12, c. 20].

По обоснованному мнению, Т.А. Васильевой, «идеология прав человека меняется с течением времени. Возникают новые вызовы, требующие выработки определенных стратегий и практических действий, и новые права в этом контексте рассматриваются как правовые инструменты, необходимые для ответа на эти вызовы» [13]. Как уже отмечалось ранее, «в начале ХХI в. обозначилась тенденция к применению новейших технологий для непосредственного воздействия на человека с целью расширения, улучшения, усовершенствования его интеллектуальных, физических, психических и моральных свойств» [12, с. 50].

Революционные достижения в области НБИКС-технологий (нано-, био-, инфо-, когни-, социо- технологий) в начале XXI века привели к формированию четвертого поколения прав человека – прав цифровых, биологических (соматических, генных и др.) и ряда других (Отметим, что не все ученые, занимающиеся проблемой периодизации прав человека, признают формирования «новых» прав человека, считая их лишь конкретизацией имеющихся).

«Большая российская энциклопедия» к первой группе относит право на доступ к информации, на информационное самоопределение в сети Интернет, на беспрепятственный доступ к Интернету и его ресурсам и т. д.; ко второй – право человека на репродуктивный выбор, самоопределение в вопросах конца жизни (право на эвтаназию), право человека распоряжаться своим генетическим материалом и др [18].

Одной из наименее изученных групп, находящихся «на стыке» цифровых (информационных) и биологических прав, являются так называемые «нейроправа» (neurorights), появившиеся благодаря достижениям в области нейротехнологий, обладающих рядом несомненных преимуществ, позволяющих не только восстановить утраченные функции человеческого мозга, купировать симптомы тяжелейших заболеваний, таких как болезнь Альцгеймера и Паркинсона, но и «улучшить» когнитивные возможности здорового человека, создать дополнительные возможности для бизнеса, обучения, развлечения и т.д.

И. А. Филипова отмечает: «Нейротехнологии включают спектр технологий, позволяющих улучшить представление о строении мозга, сознании и мышлении человека, о высших психических функциях, дают возможность исправить или улучшить функции мозга за счет воздействия на нервную систему человека… Их ценность заключается в том, что в эру развития искусственного интеллекта они позволяют усилить естественный интеллект и соединить его с искусственным в одну систему» [9, с. 503-504].

Однако несомненные преимущества нейротехнологий порождают и серьезные риски для человека, ответом на которые должна стать закрепление нейроправ, защищающих личность от неправомерных «модификаций».

Соотношение понятий нейротехнологии, нейроданные и нейроправа На сегодняшний день большинство государств, стремящихся достичь мирового технологического лидерства, форсируют развитие новых научно-технических направлений, интегрируя прорывные технологии во все ключевые отрасли. Упомянутые выше нейротехнологии «Концепцией технологического развития на период до 2030 г.» [19] «включены в перечень сквозных технологий (технологических направлений), способных в значительной степени изменить экономику и ее отдельные отрасли и способствовать созданию новых рынков» [14, с. 50].

К числу нейротехнологий «Дорожная карта развития “сквозной” цифровой технологии “Нейротехнологии и искусственный интеллект”» [20] относит нейропротезирование, нейроинтерфейсы, нейростимуляцию и нейросенсинг [9, с. 504].

В настоящее время определение нейротехнологий закреплено в Национальном стандарте РФ ГОСТ Р 59277-2020, который рассматривает в данном качестве «технологии, которые используют или помогают понять работу мозга, мыслительные процессы, высшую нервную деятельность, в том числе технологии по усилению, улучшению работы мозга и психической деятельности» [21].

Также нормативные определения, связанные с нейротехнологиями, содержатся в Предварительном национальном стандарте РФ «Нейротехнологии и нейроинтерфейсы. Термины и определения», в том числе, раскрывается понятие интерфейс «мозг-компьютер» (ИМК) [22], нашедший применение в 2024 г. в экспериментах по вживлению нейрочипа в мозг человека принадлежащей Илону Маску компанией Neuralink.

Исследователи справедливо отмечают:

«Поскольку для эффективного функционирования нейротехнологиям необходимо собирать и анализировать большой объем исходных данных о процессах, происходящих в человеческом мозге, возникла необходимость в терминологическом определении такой информации – «нейроданные».

«Организация экономического сотрудничества и развития в Рекомендациях Совета по ответственным инновациям в области нейротехнологий дает следующее определение нейроданным:

«данные, относящиеся к функционированию или структуре человеческого мозга, идентифицированного или идентифицируемого лица, которые включают уникальную информацию о его физических особенностях, здоровье или психическом состоянии».

Ввиду необходимости защиты нейроданных, а также сознания человека и его психического состояния в 2017 г. был введен в оборот термин «нейроправа» – «права человека, предназначенные для защиты основных свобод, потенциально подверженных риску в результате злонамеренного или неправомерного использования нейротехнологий» [14, с. 50-51].

К вопросу о системе нейроправ и их правовом закреплении Первые шаги по систематизации нейроправ были сделаны в конце прошлого века. Так, эквадорский исследователь Ян Корнехо отмечает, что «первые научные дискуссии касательно нейроправ начались в 1990-х гг., когда такие авторы, как Джуди Иллес начали изучать этические последствия новых методов работы с мозгом. В 2002 г. ЮНЕСКО провела конференцию по нейроэтике, на которой обсуждались проблемы и возможности нейротехнологий и отмечалась необходимость разработки этических рамок для их развития и применения» [15, с. 714].

Одной из первых авторитетных исследований системы нейроправ признается работа Ienca Marcello и Roberto Andorno (2017) [16].

На сегодняшний день научные исследования по данному вопросу весьма многочисленны, однако однозначного понимания того, что входит в эту категорию, отсутствует.

Так, упомянутые выше Ienca Marcello и Roberto Andorno предлагали выделять следующие категории нейроправ: «право на когнитивную свободу, ментальную конфиденциальность, ментальную целостность и психологическую преемственность (непрерывность)» [15].

Ян Корнехо систему нейроправ рассматривает через призму пяти элементов: «право на психологическую конфиденциальность; право на отсутствие дискриминации в области нейротехнологий; право на доступ к нейробиологическим данным; право на психологическую идентичность; право на свободу воли» [15, с. 720].

Российские исследователи, Д.А. Белова и Д.В. Носов, в системе нейроправ выделяют «право на когнитивную свободу; право на неприкосновенность нейронных данных; право на психическую неприкосновенность и право на психическую целостность (непрерывность)» [4, с. 13-14]. Говоря о системе нормативного регулирования нейроправ следует отметить, что она находится на этапе становления, тем не менее, на международном уровне и в национальных юрисдикциях предпринимаются реальные шаги касательно регулирования нейроправ.

Так, в 2021 году в конституцию Чили была внесена специальная поправка, согласно которой данные о мозговой активности подлежат особой защите на основании принципа ментальной неприкосновенности наравне с физической [23]. Франция стала первой страной, в которой появился специальный раздел законодательства, посвященный регулированию нейротехнологий, в частности было ограничено коммерческое применение технологий нейровизуализации только медицинскими или научными целями, а также в качестве части судебной экспертизы [9, с. 507- 508].

В соответствии с современными этическими нормами, закрепленными Хельсинской декларацией Всемирной медицинской ассоциации «Рекомендации для врачей, занимающихся биомедицинскими исследованиями с участием людей», принятой 18-й Всемирной медицинской ассамблеей, применение нейротехнологий возможно только после получения информированного согласия на сбор нейроданных, которое предполагает обеспечение психической конфиденциальности, автономии и самостоятельности человека, безопасности данных [17].

На международном уровне государства-члены ЮНЕСКО в ноябре 2025 г. сделали заключительный шаг на пути к принятию первого глобального нормативного документа, посвящённого этическим аспектам нейротехнологий – «Draft Recommendation on the Ethics of Neurotechnology» [24], устанавливающего важнейшие гарантии для того, чтобы они приносили пользу тем, кто в них особенно нуждается, не подвергая при этом риску права человека [25].

Исследователи отмечают, что в мире существует несколько моделей регулирования нейроправ:

1) мораторий на применение результатов развития нейротехнологий в связи с невозможностью учесть все риски; 2) использование существующих юридических конструкций для новых отношений; 3) гибкое регулирование и создание норм, учитывающих появление новых отношений и неизвестных ранее рисков [9, с. 516].

В России регулирование нейротехнологий, в целом, сочетает в себе как использование имеющихся правовых инструментов, так и выработку новых, преимущественно, подзаконного характера.

Специальное правовое регулирование применения нейротехнологий в настоящее время ограничивается подзаконными актами – специальными, к числу которых относится упомянутая ранее «Дорожная карта развития «сквозной» цифровой технологии «Нейротехнологии и искусственный интеллект»» (Минцифры России, 2019) [26], и общего характера, такими как Указ Президента РФ от 18.06.2024 № 529 «Об утверждении приоритетных направлений научно-технологического развития и перечня важнейших наукоемких технологий» [27].

Среди актов законодательного уровня следует упомянуть Федеральный закон от 31.07.2020 № 258-ФЗ «Об экспериментальных правовых режимах в сфере цифровых инноваций в Российской Федерации» [28], предусматривающий, в частности, установление таковых в медицинской деятельности при внедрении цифровых и технологических инноваций.

В процессе достаточно активной разработки находится такой компонент системы нормативного регулирования внедрения нейротехнологий, как документы по стандартизации (ГОСТ Р 59277- 2020 «Системы искусственного интеллекта. Классификация систем искусственного интеллекта»; ПНСТ 981-2024. Нейротехнологии и нейроинтерфейсы. Термины и определения», др.).

Специальных этических рекомендаций касательно применения нейротехнологий в медицинских либо немедицинских целях, на сегодняшний день не существует.

Однако за последнее время были достаточно неплохо исследованы вопросы этики искусственного интеллекта, в том числе, в сочетании с нейротехнологиями [29], и именно на этой основе, на наш взгляд, могут возникнуть новые модифицированные стратегии.

Заключение

Вышесказанное позволяет сделать ряд выводов:

1. Институт нейроправ, относящийся к новейшим правам человека, является порождением научно-технического прогресса, и, занимая промежуточное положение между правами информационными и биологическими, гарантирует сохранение целостности человеческой личности и защиту от манипулирования сознанием в эпоху НБИКС-технологий.

2. Правовое регулирование данного института, по нашему убеждению, преимущественно лежит в плоскости публичного права (конституционного, информационного, медицинского и т.д.), поскольку касается общественно значимых ценностей как внутри отдельно взятого государства, так и международного сообщества, в целом.

3. В целях закрепления нейроправ и создания этико-правовых рамок применения нейротехнологий в нашей стране целесообразной представляется разработка этических стандартов, позволяющих найти баланс между инновациями и сохранением человеческих ценностей.

4. Адекватное нормативное закрепление системы нейроправ, правомочий и ограничений применения нейротехнологий, является необходимым условием процесса успешной цифровой трансформации института прав человека в реалиях прорывного развития инновационных технологий и достижения баланса между интересами технологического развития государства, с одной стороны, и защиты фундаментальных прав личности, с другой.

Список литературы

1. Черникова И.В., Тунда Е.А. Антропологические вызовы технологий четвертой промышленной революции // Гуманитарный вестник. 2023. № 2(100). С. 1-15.
2. Буйнякова И.С. Философско-этические проблемы биотехнологического «улучшения» человека // Logos et praxis. 2017. Vol. 16. No. 3.
3. Белова Д.А. Нейроправо. Правовой аспект исследования применения нейротехнологий: моногр. М.: Проспект, 2025. 118 с.
4. Белова Д.А., Носов Д.В. Нейроправо. Терминологический словарь. М.: Проспект, 2025. 29 с.
5. Бояринова В.И. Актуальные проблемы информированного согласия при сборе нейрофизиологических данных для анализа с использованием технологий искусственного интеллекта // Государственная власть и местное самоуправление. 2025. № 11. С. 41-46.
6. Будник Р.А. Права человека в реалиях нейропрогресса: юридические средства компенсации нейротехнологических рисков // Журнал российского права. 2025. № 3. С. 35-52.
7. Кравец И.А., Романовский Г.Б. Когнитивная свобода, формирование нейроправ человека и взаимодействие нейробиологии и публичного права (теоретические, правовые и сравнительные аспекты) // Вестник Томского государственного университета. 2024. № 509. С. 236–249.
8. Крылатова И.Ю. Природа права на биоэтическое достоинство личности и его синтез в конструкции прав человека // Вестник Гуманитарного университета. 2024. Т. 12, № 1. С. 113–119.
9. Филипова И.А. Нейротехнологии: развитие, применение на практике и правовое регулирование // Вестник Санкт-Петербургского университета. Право. 2021. Том 12. Вып. 3. С. 502–521.
10. Стремоухов А.В. Основания классификации прав и свобод человека // Ленинградский юридический журнал. 2012. №1. С. 7-17.
11. ašák K. Human Rights: A Thirty-Year Struggle: the Sustained Efforts to give Force of law to the Universal Declaration of Human Rights. UNESCO Courier, 1977. P. 29-32.
12. Глуздак Г.Н. Генезис и эволюция концепции поколений прав человека // Уральский журнал правовых исследований. 2022. № 4. С. 17–32.
13. Васильева Т.А. Новые права: подходы к пониманию // Российская юстиция. 2025. № 12. С. 31-38.
14. Посадкова М.В., Брежнева Е.А. Правовое регулирование нейротехнологий: игра без правил или жесткий контроль? // Lex Genetica. 2025. №4 (2). С. 47-62.
15. Корнехо Я. Нейроправа, нейротехнологии и персональные данные: обзор проблем психологической автономии // Journal of Digital Technologies and Law. (2024). №2(3). Р. 711–728.
16. Ienca Marcello, Roberto Andorno. Towards new human rights in the age of neuroscience and neurotechnology // Life Sciences, Society and Policy. 2017. No 13. Р. 1–27.
17. Шендерюк-Жидков А.В., Максименко В.А., Храмов А.Е. Коэволюция нейротехнологий и ИИ: этические вызовы и подходы к регуляции // Известия вузов. ПНД. 2026. №1. С.
18. Сайт: https://bigenc.ru/c/prava-chelovekai-grazhdanina-chetviortogo-pokoleniia-9a58d6 (дата обращения: 20.03.2026).
19. Распоряжение Правительства РФ от 20.05.2023 № 1315-р (ред. от 21.10.2024) «Об утверждении Концепции технологического развития на период до 2030 года». URL: https://www. consultant.ru/document/cons_doc_LAW_447895/ (дата обращения: 20.03.2026).
20. Дорожная карта развития «сквозной» цифровой технологии «Нейротехнологии и искусственный интеллект». URL: https://digital.gov.ru/ uploaded/files/07102019ii.pdf (дата обращения: 20.03.2026).
21. ГОСТ Р 59277-2020. Системы искусственного интеллекта. Классификация систем искусственного интеллекта. URL: https://docs.cntd. ru/document/1200177292/ (дата обращения: 20.03.2026).
22. ПНСТ 981-2024. Нейротехнологии и нейроинтерфейсы. Термины и определения. URL: https://docs.cntd.ru/document/1310381187/ (дата обращения: 20.03.2026).
23. Лихачев Г. Нейроправа и когнитивная свобода. URL: https://insolarance.com/neurorightsand-cognitive-liberty/ (дата обращения: 20.03.2026).
24. Сайт: https://unesdoc.unesco.org/ ark:/48223/pf0000394866 (дата обращения: 20.03.2026).
25. Сайт: https://www.unesco.org/ru/articles/ yunesko-prinimaet-pervyy-globalnyy-standart-poeticheskim-aspektam-neyrotekhnologiy (дата обращения: 20.03.2026).
26. Сайт: https://digital.gov.ru/documents/ dorozhnaya-karta-razvitiya-skvoznoj-czifrovojtehnologii-nejrotehnologii-i-iskusstvennyj-intellekt-2 (дата обращения: 20.03.2026).
27. СЗ РФ. 2024. № 26. Ст. 3640.
28. СЗ РФ. 2020. №31 (ч.1). Ст. 5017.
29. См., напр.: Кодекс этики применения искусственного интеллекта в сфере охраны здоровья. Версия 2.1 (утв. Межведомств рабочей группой при Минздраве России по вопросам создания, развития и внедрения в клиническую практику медицинских изделий и сервисов с использованием технологий искусственного интеллекта, протокол от 14.02.2025 № 90/18-0/117) // СПС ГАРАНТ. URL: https://www.garant.ru/products/ipo/ prime/doc/411615533/ (дата обращения: 20.03.2026).

Скачать