Истоки и сущность российской демократии

• РЫЖИК Андрей Владимировичдоктор юридических наук, профессор ГКОУ ВО «Российская таможенная академия»aspirant8381@mail.ru
• БОЧКОВ Александр Александровичкандидат философских наук, доцентmother15021933@gmail.com

В статье рассматриваются предпосылки и характерные черты российской демократии. Авторы исходят из широкой её трактовки, включающей политическую, социальную, экономическую, семейную, юридическую, международную, духовную виды демократии. История российской демократии, истоки и основы, основываются на государственно-персонифицированной модели развития, опираются на традиционные ценности православного христианства, общинное земледелие, коллективную ответственность, органы сословного, земского самоуправления, вечевого строя, соборной, думской, советской организации власти. Показаны пути и формы её реализации и совершенствования.

Ключевые слова: демократия, народовластие, выборность, равенство, свобода, верховенство закона, релятивизм, самоуправление, традиция

Мощь государственной власти

определяется авторитетом народа.

Б.А. Кистяковский

Духом (эйдосом) межчеловеческих, межличностных, групповых, межклассовых, межгосударственных отношений выступает демократия. В этом многогранном понятии органически сливаются воедино суверенитет, воля народа, разделение власти, её выборность и сменяемость, верховенство закона. Оно также включает защиту и обеспечение прав и свобод граждан, их счастье, благополучие, правду, справедливость, равноправие, консенсус, коллективизм, автономию, индивидуальную самостоятельность, участие всех субъектов государственно-гражданского общества в социально-политической жизни страны.

При оценке демократии существуют как минимум три подхода: 1) её никогда не было, нет и не будет. Это охлократия, бунт, беспредел, «говорильня», затягивающая решение судьбоносных вопросов, ведущая к анархии, тупику, распаду общества. Ничего хорошего она не дает. Говорить можно о персонифицированной власти государя (лидера государства, независимо от его названия и титула), властной элиты, капитала; 2) будучи важным условием легитимации и легализации власти, демократия рационально «освещает», узаконивает управление и эксплуатацию большей части народа. Для последнего – выступает формальным средством сублимации политической активности, создает видимость общественной значимости, психологической компенсации подчиненного состояния. Иллюзия народовластия, декларированных, но не реализованных прав и свобод граждан, является своеобразным наркотиком, обманом («опиумом для народа»), отвлекающим от реальной борьбы за свои права; 3) демократия – это наиболее оптимальная, естественная, закономерная форма общественной жизни народа, где честь, достоинство, ненасилие возведено в ранг закона, как выражение его воли. Это ведет к справедливости, правде, консенсусу, правопорядку, миру, благополучию.

Несмотря на то, что ни в одной стране мира демократический потенциал не реализовался, а количество критиков демократии (как и перечень обнаруживаемых отрицательных черт) увеличивается в геометрической прогрессии, её привлекательность среди населения, как универсальной ценности, только усиливается. Медленно, постепенно, шаг за шагом, преодолевая сопротивление капитала, бюрократического аппарата, апатию, неверие народа, она неумолимо укрепляет свои позиции и отвоевывает социальное пространство. Представляется, что демократия – это качественная характеристика (мера цивилизованности, гармоничности, гуманизма) любого общества. Она показывает степень его зрелости и жизнеспособности. По мнению В.И. Ленина, демократия как форма государства, в будущем будет неизбежно отмирать и «засыпать», как и само государство. Представляется, что исходя из широкой трактовки демократии, затрагивающей практически все сферы общественной жизни, она будет существовать в неполитических формах всегда, пока существует социум. В её основе лежат природные и социальные закономерности, проявляются вероятностные, национально-культурные особенности. Полагаем, что не только «Дух законов», как считал Ш. Монтескье, но и форма государства, демократии, должны соответствовать внешним и внутренним условиям их существования: физическим свойствам страны, ее климату, качествам почвы, положению, размерам. А также образу жизни народов, степени свободы, религиозности населения, его склонностям, богатству, численности, торговле, нравам, обычаям, обстоятельствам возникновения, целям законодателя, порядку вещей [1, с. 168].

На разную трактовку демократии влияют социальные (материальные) интересы, метафизические предпочтения, мировоззренческие взгляды, методологические подходы авторов, взятые через определенную систему ценностей. Данный термин является широко распространенным мемом (от англ. meme – единица) информационной культуры, характерным преимущественно для западного общества и активно «прививаемый» в России. Он наполнен разными идеями, образами, символами, действиями и ожиданиями. Это репликация (от англ. replicator – дубликат, копия) общественно значимых отношений. Чем больше данный мем, претендующий на научность и социальную значимость, завоюет сторонников, тем сильнее его влияние и практическая реализуемость.

Представляется, что содержательный аспект термина гораздо шире формы государства, политического режима, при котором народ, или его большинство, обозначаются как источник и носитель политической, государственной власти [2, с. 161]. Безусловно, власть, как способность к подчинению, побуждению, насилию, интеграции социума занимает ведущее место среди других инструментов общественного управления [3, с. 164–165]. Мы поддерживаем точку зрения проф. Д.З. Мутагирова, что существуют политическая, экономическая, социальная, семейная, национальная, юридическая, международная, духовная, корпоративная, религиозная и другие демократии [4]. Вызревшая внутри способа производства экономическая демократия требует своей политической, социальной, культурной институциализации и конституирования. Ни одна из них не существует автономно, а только в диалектическом единстве, противоречии и взаимосвязи. На основе Конституции РФ можно выделить её характерные черты. Так, политическая демократия направлена на установление прав и свобод человека, гражданского мира и согласия, где человек, провозглашается как высшая ценность. Каждому гарантируется свобода слова, мысли, право на объединение, проведение митингов, демонстраций, шествий, пикетирования. Обязанность государства – их признание, соблюдение и защита. Источником власти и носителем суверенитета является многонациональный народ Российской Федерации. Все субъекты РФ – равноправны. Социальная – связана с социальной направленностью государства, политика которого создает условия, обеспечивающие достойную жизнь и свободное развитие человека, всех социальных групп и классов, охрану труда и здоровья, право на бесплатную медицинскую помощь, гарантированный минимальный размер оплаты труда. Она включает развитую систему социальных служб, социальные гарантии, право на образование. Экономическая демократия направлена на создание благоприятных и справедливых условий для свободного перемещения товаров, услуг, финансовых средств, пользование природными ресурсами, поддержку конкуренции, свободы экономической деятельности. Частная, государственная, муниципальная и иные формы собственности имеют равное признание и защиту. Земля, другие природные ресурсы находятся в частной, государственной, муниципальной и иных формах собственности, используются и охраняются. Общественная собственность – это не собственность государства, а собственность народа, который должен получать с неё процент природной ренты в разных формах. Труд рассматривается как основной критерий благополучия каждого человека. Не допускается монополизация и недобросовестная конкуренция. Право частной собственности охраняется законом. Каждый может заниматься предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельностью.

Юридическая демократия связана с юридически закрепленной формой народовластия, формальным равенством, равенством всех перед законом и судом, презумпцией невиновности, индивидуальной виновной ответственностью, правовым обеспечением прав и свобод. Именно (и только) народ – автор и гарант Конституции, законов, обсуждаемых, изменяемых, принимаемых и утверждаемых через своих представителей.

Демократия выступает как коллективная и личная правоспособность субъектов на отраслевом и межотраслевом уровне. Есть потребность в её унификации, объединении в единый законодательный кросс-массив, реализуемый через правовой механизм (в том числе автоматический, электронный). Семейная – основана на народосбережении, традиционных семейных ценностях, защите семьи, материнства и детства, где брак – это добровольный союз мужчины и женщины по любви. Родители имеют равные права и обязанности в воспитании и заботе о детях. Дети должны заботиться о родителях. Государство обеспечивает приоритет семейного воспитания и др. [5].

«Демократия – это состояние общественных отношений, которое характеризуется рационализмом, свободой и равноправием всех их участников, максимально благоприятствует жизни, созидательной деятельности, а также стремлению всех членов общества и гражданского государства к счастью» [6, с. 206–207]. Данное определение исходит из значимости и взаимосвязи общественных, государственных, личностных интересов. При этом, общество – первично, а государство – вторично, как один из определяющих институтов гражданского государства. Чем больше власти сконцентрировано в руках государства, тем менее свободны его граждане [Там же, с. 205]. Интересную оценку общества и государства дал Т. Пейн (1737–1809), один из основателей, «крестных отцов» Конституции США в памфлете “Здравый смысл”, опубликованном в январе 1776 г.: «Общество порождено нашими потребностями, государство — нашими пороками и злом… Общество в любом своем состоянии есть благо; государство же и самое лучшее, есть лишь необходимое зло, а в худшем смысле — зло нестерпимое» [7].

Одной из причин роста правового нигилизма населения, его недостаточной социальной активности, называют отсутствие демократических традиций. Данная дискуссионная проблема касается не только демократии, но и российского парламентаризма, их истории, истоков и преемственности. Одни, патриотично настроенные пророссийские историки, находят глубокие социально-культурно-антропологические корни в собраниях вятичей, полян, ильменских словен и кривичей, где коллективно решали все вопросы племенной жизни и выбирали военных предводителей. Другие – в волостной, вечевой демократии, начинающей отсчет с Новгородского [8, с. 114], Смоленского, Киевского, Полоцкого, Суздальского Вече, третьи – с 1211 г., даты созыва Великим князем московским Всеволодом III Большое Гнездо некого «Собора», четвертые видят прообраз российского парламента в Боярской Думе, Земском Соборе, Уложенной Комиссии, Государственной думе первого созыва и т.д. [9, с. 9–15].

Представляется, что говорить о преемственности вечевой, думской, соборной и современной демократии в истории российского государственности можно лишь с большой долей условности, ввиду нерегламентированности сбора, постоянства, времени действия, представительства, количества участников, кворума, компетенции, способов принятия решений прежних форм. Они были в значительной степени искусственными, назначаемыми, узко сословными, совещательными, вспомогательными учреждениями «300 золотых поясов», Совета господ: боярской знати, дворянства, крупных усадьбовладельцев, городских сановников, купечества. Это дало основание В.О. Ключевскому назвать новгородскую демократию «поддельной» и «фиктивной» [9, с. 11]. Однако можно говорить об истоках, отдельных элементах, специфической истории российской демократии. Считаем справедливым утверждение, что для России «характерна «запоздалость» российского парламентаризма и наличие «государственно-центричной» модели развития. Завоевание огромных территорий, как процесс собирания русских земель, на которых проживало многочисленное, многонациональное население, низкий культурный уровень народа, обладающего коллективным патриархальным сознанием, защита от внутренних и внешних угроз в рамках реализации общегосударственных имперских и мессианских задач, требовало высокой централизации власти в руках государя, господина, владельца, хозяина «русской земли» [Там же, с.8, 21]. Давая жесткую, (порой несправедливую и уничижительную, связанную с особенностями русского менталитета) оценку истории России, П.Я. Чаадаев писал: «Сначала дикое варварство, затем грубое суеверие, далее – иноземное владычество, жестокое, унизительное, дух которого национальная власть в последствии унаследовала, – вот печальная история нашей юности» [10, с. 19]. Автор подчеркивал, что мы не принадлежим «ни к Западу, ни к Востоку, и не имеем традиций ни того, ни другого. По мере движения вперед пережитое пропадает для нас безвозвратно» [Там же, с. 18, 21].

Правовое сознание основной массы населения основано на убеждении, что лучше централизованный, авторитарный порядок, чем демократический беспорядок. Поэтому общество нуждается в «сильной руке», «строгом, но справедливом батьке», монопольно обладающем властью и проводящем политику государственного патернализма.

Противоречие централизации и демократизации перманентно проявляется в государственном развитии. По словам проф. Р.А. Ромашова:

«Россия на всех этапах государственной истории тяготела к монократическим формам правления, основанным на выстраивании иерархической пирамиды (вертикали) публичной власти, замыкающейся в своей вершине на фигуре персонифицированного главы государства» [11, с. 45].

По мнению Ш.Л. Монтескье, сущность демократии, как выраженного народовластия, заключается в том, что народ, обладающий верховной властью, должен все делать сам, что в состоянии хорошо выполнить. То, что не может, он делает через своих уполномоченных, избираемых и контролируемых народом [1, с. 170-171]. При этом особую роль при демократии играют добродетели (добрые нравы, любовь к Отечеству, равенству, умеренность) и исполнение законов [Там же, с.197, 254–257]. Законы следуют за нравами. Первые определяют действие гражданина, вторые – человека. «…Если законы перестают соблюдаться в народном государстве, то оно уже погибло, так как причина этого зла может быть только в испорченности самой республики» [Там же, с. 179]. «Если принципы правления разложились, то самые лучшие законы становятся дурными и обращаются против государства» [Там же, с. 260]. Отмечая ответственность руководителей государства, автор неоднократно подчеркивал их особое предназначение в деле служения Отечеству, государству, народу, что требует наличия высоких нравственных качеств. Народ «погибает лишь тогда, когда зрелые люди уже развращены» [1, с. 192]. Интересно, что Ш. Монтескье видел различие между правильной и неправильной демократией. Если при первой, люди равны как граждане, то при второй – как правители, сенаторы, судьи, отцы, мужья и как господа [Там же, с. 256]. По прежнему, актуальными являются его слова о том, что демократия должна избегать двух крайностей: «Духа неравенства, который ведет ее к аристократии или правлению одного, и доведенного до крайности духа равенства, который ведет к деспотизму» [Там же, с. 255].

Демократия – это традиция, процесс, процедура, инструмент, способ самоорганизации, легализации и легитимации общества, дискурс формирования общественного мнения, выражение и проведение воли народа, атмосфера законности, свободы и равенства членов социума. Исходя из политического релятивизма, она стремится к свободному управлению (free government). Субъекты и объекты власти, принятие и претворение решений совпадают в формально юридическом смысле. Несмотря на позитивный образ демократии в глазах народа, установление демократического режима чаще всего не способствует росту материального благосостояния страны. Признавать прогрессивную роль демократии и использовать её в интересах общества – разные вещи. Она нуждается в адекватных политических, государ- ственных, правовых, экономических, социальных, культурных формах, которые бы ограничивали государственное злоупотребление власти и создавали простор народному волеизъявлению, раскрытию его творческого потенциала. По мере роста народной сознательности и самодисциплины, демократия вырывается из императивных, публичных оков в направлении частного, диспозитивного права, реализующего её потенциал.

При этом говорить о подлинной, полной, реальной демократии пока нецелесообразно, так как она имеет ряд изъятий, ограничений, извращений, зримо проявляющихся при практическом воплощении. Её существование и долженствование не совпадают. Причина – деформация власти, отсутствие единого государственно-народного волеизъявления. Любая власть, даже демократическая, стремится к абсолютному подчинению, всевластию, в результате чего, она противоречит сама себе и отталкивает от себя народ. Все зависит от того насколько действенна система сдержек и противовесов между и внутри ветвями власти, насколько характерно для общества состояние свободы.

По мнению русского юриста, философа, общественного и политического деятеля, представителя либерализма проф. П.И. Новгородцева (1866–1924), демократия – всегда есть распутье, система открытых дверей, расходящихся в неведомые стороны дорог. Она предоставляет народу возможность выбрать наиболее приемлемый для него путь развития и направляет движение по нему. «Если брать понятие демократии во всей строгости его значения, – говорил Руссо, то истинной демократии никогда не было и не будет. Демократия собственно говоря, приходится богам, а не людям» [12]. П.И. Новгородцев понимал, что демократия требует политической зрелости народа, достаточной для управления самим собой, уважающего чужие права, понимающего обязанности и способного к самоограничению.

Нужны традиции, демократический опыт, использование лучших сторон человеческой природы и напряжение всех нравственных сил. Однако страсть к равенству, приобретающая характер слепого стихийного движения, превращается в «фурию разрушения». Автор, ссылаясь на Ж.Ж.

Руссо, полагал, что истинная демократия – это живое и непосредственное участие всего народа не только в законодательстве, но и управлении. При этом, решающее значение принадлежит не массам, а вождям. П.И. Новгородцев выступал за их качественный отбор, сочетание демократизма с аристократизмом.

Следует согласиться с автором, что система представительства в строгом смысле слова есть отступление от народовластия. Представительная, делегированная демократия осуществляется не непосредственно народом, а в интересах, от имени, под контролем народа, гражданского общества. Это предполагает правление выборных народом лиц, где руководящую роль играет представительное меньшинство. Власть большинства превращается по его воле во власть меньшинства. При этом имеются предпосылки вырождения в «толпократию», охлократию, «уличную», партийную, элитарную, властную демократию. Опыт «цветных революций» на территории СНГ ярко показал их истинную сущность. Представительная демократия создала собственную ловушку, где суверен (народ) становится рабом, управляемым по своей собственной воле (фр.

проф. Ф. Лаффайя). Осознавая это проф. Д.З.

Мутагиров предлагал: «Аппарат власти и управления следует формировать путем прямых выборов по индивидуальным округам, без обезличивающих граждан и ограничивающих их право выбора партийных списков из числа лучших представителей коренных жителей» [6, с. 214].

Самый коварный враг демократии – власть денег, при помощи которых она может уничтожить саму себя. Демократия не устраняет классовую борьбу, революции, духовно-моральную деградацию общества. Исторический опыт свидетельствует об обострении социальных противоречий при нарастании демократической активности масс. Демократизация выступает катализатором народных выступлений, критической и разрушительной формой социального атомизма, препятствует организованности и централизму. Это – релятивистское распутье, ведущее к многим соблазнам, тревогам и смятениям. Появившись как средство решения социальных проблем, она сама превратилась в проблему. Вырастая из стихийного движения масс и широких обещаний, демократия сама стимулировала и оформила их. «Она вызвала духов, с которыми не может совладать», – писал П.И. Новгородцев. Демократия сильна тогда, «когда над ней стоит справедливость, когда народ не забыл, что в мире есть Высшая Воля, пред которой народная воля должна преклониться» [12].

Русский ученый-юрист, специалист в области государственного, международного права, философии права, проф. Н.М. Коркунов (1853– 1904) считал, что ни в одном государстве нет полного народовластия. «Под определение демократии, как правления всех, не подойдет в сущности ни одно действительно существующее государство, – писал он. Нигде к участию в осуществлении функций власти не допускается все население без исключений». Даже там, где существует всеобщая подача голосов, «правом голоса на политических выборах пользуется в действитель- ности не более одной четверти всего населения. Из имеющих право голоса участвуют действительно в выборах не более двух третей. Следовательно, выборы совершаются там при участии едва одной шестой всего населения». В действительности избрание осуществляется по большинству голосов абсолютным меньшинством проголосовавших. Для доказательства, Н.М. Коркунов приводит конкретный пример, «положим, что за избранных проголосовало 4/7, то есть они окажутся представителями всего1/11 населения» [13, с. 256].

Интересный подход к анализу недостатков демократии продемонстрировал митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Иоанн (Снычёв) (1927–1995). Он исходит из того, что все её идеи, включая определение, замешаны на лжи. Ни в одной демократической стране, народ на деле так и не правит. «Заветный плод государственной власти всегда в руках узкого слоя, немногочисленной и замкнутой корпорации людей, чье ремесло — политика, профессия — жестокая и беспощадная борьба за эту власть» [14].

Иоанн считал, что во всей человеческой истории государств принцип народоправства нигде на деле не был реализован, включая Древнюю Грецию и Древний Рим. Даже в них, он касался ограниченного, элитарного круга людей, составляющего ничтожный процент от населения страны. Современная демократия, как внешняя, насильственная основа общества, связана с выбором и подчинением власти по признаку количественной силы. Здесь понятия истины и справедливости, добра и зла пытаются определить арифметическим большинством голосов.

Иоанн призывает исходить из осмысленных религиозных и нравственных устремлений народа, общенациональной идеи, соборного бытия, духовного, качественного превосходства. Он считает аморальным и разрушительным всеобщее прямое избирательное право, потому что оно развивает политический цинизм до невероятных размеров, делает народ объектом бесчестных манипуляций, получающих, при современном развитии средств массовой информации, поистине безудержный размах [Там же].

Предлагается исключить публичные выборы там, где пост или должность требуют высоких профессиональных качеств. Здесь ответственными выборщиками могут быть авторитетные представители всех общественных классов, сословий, профессиональных и этнических групп, пропорционально представляющие их удельный вес в российском обществе. Основа демократии должна строиться на христианском мировоззрении, религиозных, гражданских и семейных обязанностях, а не на искусственных лозунгах: “Свобода, равенство, братство”, и не на естественных правах человека. Экономически либеральная демократия, как считает религиозный мыслитель, опирается на финансовый, спекулятивный капитал, где человек как полуживотное-полумеханизм лишается последних остатков совести и душевного здоровья. Цель либерально-демократической идеи – разложение религиозных, духовных скреп российского государства и передача власти мировому масонству, международному капиталу или космополитической элите. Митрополит Иоанн видел выход в христианском подвижничестве, покаянии, державном мужестве и стойкости.

Либеральная демократия претерпевает значительные изменения, связанные с её кризисом и стремлением олигархического капитала упрочить власть и увеличить прибыль. Проф. М.Н. Марченко к числу негативных элементов демократии относил доминирование количественных характеристик над качественными, когда истина, добро, справедливость, благо, красота определяются простым большинством голосов. Конъюнктурный плюрализм и релятивизм позволяют выбирать субъективную систему ценностей, манипулировать и управлять общественным мнением. Акцент на правах и свободах человека, а не обязанностях формирует индивидуалистическо-эгоистическую модель поведения, где нет места ответственности, долгу, жертвенности и патриотизму. Коммерциализация общественных отношений разъедает общественную мораль и коррумпирует государственную службу, нанося серьезный урон авторитету государства и права. Большое влияние на исход демократических выборов кроме объективных данных кандидатов оказывает размер пожертвований, их денежных средств и близость к действующей власти. Это не способствует аккумулированию в представительных институтах наиболее подготовленных в профессиональном и духовно-нравственном отношении представителей населения. Разрыв между социально-психологической нагрузкой, степенью ответственности и уровнем материальной компенсации государственных чиновников и депутатов, ведет к «бегству» от политической карьеры талантливых, честных, творческих претендентов [15, с. 40–43]. «Благодарю тебя, Создатель, что я в житейской кутерьме не депутат и не издатель и не сижу еще в тюрьме», – писал Саша Черный в 1908 году [16, с. 57].

Заключение

Главную задачу сохранения и развития российской государственности можно решить за счет укрепления патриотизма, единства воли народа и власти государственно-гражданского общества, технологического перевооружения, осуществле- ния демократического потенциала страны. Демократия не сводится только к власти, она затрагивает практически все сферы общественной жизни:

политическую, экономическую, социальную, семейную, национальную, культурную, юридическую, межгосударственную. Это наиболее оптимальная, естественная, закономерная, прогрессивная форма жизни, показывающая степень её зрелости, цивилизованности и гуманизма. Если о глубоких традициях российской суверенной демократии в плане представительных учреждений и преемственности правового сознания говорить можно с оговорками, то о специфических чертах, элементах, истоках – можно с полным основанием. Это касается ценностей православного христианства, общинного земледелия, коллективной ответственности крестьян (круговая порука), формирования народного ополчения, наличия органов сословного, земского самоуправления, вечевого строя, соборной, думской, советской организации власти. Нужен мониторинг российской истории на предмет выявления позитивных элементов демократии, которые можно учитывать, переносить на современную почву. Российская демократия кроме традиционных характеристик, включает духовно-нравственное наполнение, совесть, честь, достоинство, благородство, сострадательность, правду, религиозные ценности. Представляется, что тенденции её развития – самоорганизация, самоуправление, использование диспозитивного, договорного права, электронная демократия, электронное государство и право.

Список литературы

1. См.: Монтескье, Ш. «О духе законов» / Ш. Монтескье – в кн. Избр. произв.-я. Гос. изд.-во «Полит. лит.-ры». М., 1955. – С. 157–733.
2. См.: Юридический словарь. Изд. 2-е. Жильцов Н.А. др. – М.: Изд.-во Межд. юр. инст.-а. 2009. – 704 с.
3. Мутагиров, Д.З. Призвание политики и власти / Д.З. Мутагиров Politbook – 2013–3 – С. 164–178.
4. См.: Мутагиров, Д.З. Демократия как универсальная ценность. Курс лекций. М.: Логос, 2014. – 560 с.
5. См.: Конституция Российской Федерации (с комментариями Конституционного Суда РФ). – Москва: Проспект, 2022. – 120 с.
6. Мутагиров Д.З. Парадигмы политики и политической науки // Политическая экспертиза: ПОЛИТЭКС, 2019. Т. 15. № 2. –С. 201–218.
7. Paine T. Common Sense. 1776, Indianapolis: University of Virginia, 1992. p. 19 URL:http://www. jstor.org/stable/40212021. Дата доступа: 24.12.2024.
8. См.: Янин, В.Л. Вече новгородское / В.Л. Янин Великий Новгород. История и культура IX– XVII веков: Энциклопедический словарь. СПб.: Нестор-История, 2009. –552 с.
9. Ачкасов, В.А. Место института народного представительства в политической традиции: Россия и Запад / В.А. Ачкасов Bolitbook – 2013–3– С. 8–42;
10. Чаадаев, П.Я. Философические письма. Письмо первое /П.Я. Чаадаев Сочинения М.: Изд.-во «Правда» 1989. – С. 15–138.
11. Ромашов Р.А. Политогенез: Храм – Полис – ГосударЬство – State: монография / Р.А. Ромашов; вступ. сл. В.П. Сальников. – СПб.: Алетейя, 2020. –300 с.
12. URL: http://dugward.ru/library/ novgorodcev/novgorodcev__demokratia_na_ rasputyi.html Дата доступа 17.12.2024.
13. Коркунов, Н.М. Лекции по общей теории права Н.М. Коркунова, профессора С.-Петербургского университета. Изд.-во четвертое. С.-Петербург. Изд.-е юридич. книжн. магаз.-а Н.К. Мартынова, комиссионера Государственной Типографии 1897. – 354 с.
14. По книге: Митрополит Иоанн (Снычёв) «Русская симфония». Житомир, Ника, 2003г., С. 542–548 URL: https://nasledie77.wordpress.com/20 16/07/01/%d0%bc%d0%b8%d1%82%d1%80%d0% be%d0%bf%d0%be%d0%bb%d0%b8%d1%82%d0 b8%d0%be%d0%b0%d0%bd%d0%bd%d1%81% d0%bd%d1%8b%d1%87%d0%b5%d0%b2%d0%b2 d0%b5%d0%bb%d0%b8%d0%ba%d0%b0%d1% 8f%d0%bb%d0%be%d0%b6%d1%8c/#more11069 (Дата доступа 17.12. 2024).
15. См.: Марченко, М. Н. Российская демократия на распутье. Изъяны и недостатки демократии / М.Н. Марченко //Вестник Московского университета имени С.Ю. Витте. Серия 2. Юридические науки. 2019. № 1(19). – С. 38–47.
16. Черный, С. Молитва / Саша Черный Горький мед: [стихотворения]. М.: НексМедиа; М.: ИД Комсом. правда, 2013. – 238 с.

Скачать