Исполнение судебных актов в бюджетных правоотношениях: новый поворот в федеральном законодательстве Российской Федерации

• ЭРИАШВИЛИ Нодари ДарчоевичМосковский университет МВД РФ имени В.Я. Кикотя, г. Москва, Россияinfo@law-books.ru
• ГРИГОРЬЕВ Александр ИвановичРоссийский государственный университет им. А.Н. Косыгина, г. Москва, Россияinfo@law-books.ru

Недоверие государства к гражданским институтам является конституционно несостоятельным. Кроме этого, недоверие к институтам власти вступает в явное противоречие с основополагающими конституционными принципами народовластия и верховенства прав и свобод человека. Данное противоречие обусловлено тем, что легитимация недоверия возможна лишь через признание наличия у государства собственных интересов, которые могут существенно отличаться от интересов гражданского общества. Следуя этим интересам, государство предпринимает меры по минимизации воздействия гражданского общества на процесс принятия решений и механизмы самоорганизации, что, в свою очередь, подрывает фундаментальные принципы демократического управления. Внесенные федеральным законодателем изменения в действующее бюджетное законодательство Российской Федерации вызывают обоснованные сомнения относительно эффективности механизмов реализации судебных решений по искам к государству и его органам. Указанные законодательные трансформации могут породить правовые коллизии, требующие разрешения на конституционном уровне для обеспечения верховенства права и защиты прав и законных интересов граждан.

Ключевые слова: судебная власть, судебная защита, обязательность исполнения судебных актов, бюджет Российской Федерации, реализация исполнения судебных решений по искам к органами государственной власти и органам местного самоуправления, международная судебная практика

Для начала несколько цифр статистики:

согласно предварительным оценкам Минфина России, представленным в рамках анализа бюджета на 2025 финансовый год, исполнение федерального бюджета демонстрирует дефицит, который составляет около 2,6% валового внутреннего продукта. На основании предварительного анализа макроэкономических данных и бюджетного прогнозирования, можно констатировать, что дефицит федерального бюджета Российской Федерации в 2025 году ожидается на уровне около 2,6% валового внутреннего продукта (ВВП).

В 2025 году нефтегазовые доходы достигли отметки в 8477 миллиардов рублей, что свидетельствует о снижении данного показателя на 23,8% по сравнению с предыдущим годом. Данный тренд обусловлен, главным образом, падением мировых цен на нефть, что оказало существенное влияние на финансовые результаты нефтегазового сектора.

Таблица 1. Исполнение федерального бюджета за 2025 год (предварительные данные) млрд. руб. 2025 2024%, г/г Доходы 37 284 36 709 +1,6% Нефтегазовые доходы, в т.ч.:

Базовые нефтегазовые доходы

8477

8393

11 131

9831

–23,8%

–14,6%

НДС (производство и импорт) 14 571 13 523 +7,7% Расходы 42 928 40 181 +6,8% Дефицит –5645 –3472 –2173 ВВП –2,6% –1,7% Структурный баланс,% ВВП –1,2% –1,5% +0,3 п.п. Ненефтегазовый баланс,% ВВП –6,5% –7,3% +0,8 п.п. Источник: Минфин России, Экономика и жизнь. 2026. № 02 Согласно аналитическим данным Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП), макрофинансовая политика в третьем квартале 2025 года приобрела отчетливо дестимулирующий характер, представляя собой симбиоз отрицательного бюджетного импульса (чистое изъятие доходов из экономики через фискальные механизмы) и высоких положительных процентных ставок. В случае сохранения данной тенденции за пределами «предположительно сезонных» факторов и ее закрепления в следующем году, прогнозируемое резкое замедление экономического роста представляется неизбежным [1].

Дефицит государственного бюджета стабилизировался в пределах 2,5–3% валового внутреннего продукта (ВВП). Данный макроэкономический показатель требует активизации механизмов привлечения заемных ресурсов и мобилизации резервных фондов.

В сентябре 2025 года сводный опережающий индикатор входа российской экономики в рецессию, рассчитываемый ЦМАКП, продолжил демонстрировать тенденцию к росту, что свидетельствует о высокой вероятности наступления рецессии в ближайшем скользящем периоде, охватывающем временной интервал до июля 2026 года. В целом, по результатам 2025 года, по данным предварительного итога исполнения федерального бюджета, представленный Минфином России, можно зафиксировать отсутствие явного экономического кризиса в стране, так как нет оснований полагать, что экономика РФ находится в стадии рецессии, однако с начала 2026 года наблюдается существенное ее замедление, в связи с резким падением нефтегазовых доходов федерального бюджета, связанное с нестабильностью ценообразования на мировых рынках на углеводородные ресурсы, а также значительное повышение налоговой нагрузки на бизнес и население.

Согласно предварительным данным, представленным на официальном сайте Минфина России [2], в первом месяце текущего года исполнение федерального бюджета характеризовалось дефицитом в размере 1,718 триллиона рублей, что составляет 0,7% валового внутреннего продукта (ВВП). Этот дефицит, хотя и находится в пределах прогнозируемых значений, требует детального анализа с учетом текущих экономических тенденций и бюджетных стратегий. Следует отметить, что в соответствии с федеральным законом о бюджете на текущий финансовый год был предусмотрен дефицит в размере 3,786 триллиона рублей, что эквивалентно 1,6% ВВП. Таким образом, уже в январе текущего года фактический дефицит составил почти половину от запланированного на год уровня.

Введение санкционных мер недружественными государствами и турбулентность на глобальных финансовых рынках оказывают негативное воздействие на экономику Российской Федерации. В частности, существенное снижение цен на нефтегазовые ресурсы, являющиеся ключевым источником доходов для страны, усугубляет экономическое положение и оказывает давление на макроэкономические показатели.

В свете последних законодательных инициатив и административных мероприятий становится очевидным, что органы законодательной и исполнительной власти Российской Федерации уделяют первостепенное внимание обеспечению соблюдения установленных параметров федерального бюджета на период с 2026 по 2028 годы. Вполне очевидно, что в этом тренде был принят федеральный закон от 21.04.2025 N 84-ФЗ «О внесении изменений в Бюджетный кодекс Российской Федерации и статьи 14 и 15 Федерального закона «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации, приостановлении действия отдельных положений законодательных актов Российской Федерации, признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации и об установлении особенностей исполнения бюджетов бюджетной системы Российской Федерации» (пункт 6, статья 1) (далее – Закон от 21.04.2025 N 84-ФЗ).

Со стороны финансового регулятора предлагаемая поправка в бюджетное законодательство и иные нормативные правовые акты, представляет собой, с их точки зрения, обоснованное и целесообразное решение. Вполне очевидно, что данная поправка в бюджетное законодательство Российской Федерации, а именно, в ст.215.1 БК РФ, несомненно улучшит прогностические способности бюджета в отношении потенциальных расходов по указанной статье, обеспечивая более точное планирование на основе предполагаемых финансовых ресурсов.

С точки зрения законодателя, целесообразность реализации предлагаемых мер подкрепляется тщательным анализом судебной практики, который выявляет, что, несмотря на формальное соблюдение процессуальных норм, суды при рассмотрении дел, связанных с исполнением судебных актов, не учитывают наличие или отсутствие достаточных финансовых ресурсов в бюджете для реализации исполнительного документа.

Иными словами, внесение поправки в статью 215.1 Бюджетного кодекса Российской Феде- рации предусматривает возможность государством не исполнять судебные решения, вынесенные против него, в той мере, в какой это не было предусмотрено в бюджете. Данное положение не распространяется на судебные акты, направленные на возмещение ущерба, причиненного физическим лицам.

Следовательно, если объём бюджетных ассигнований, предназначенных для реализации судебных актов, окажется недостаточным, данное нововведение в Бюджетный кодекс Российской Федерации предусматривает, что судебное решение не будет приведено в исполнение.

Таким образом, в случае если судебный акт предписывает взыскание денежных средств в объеме, превышающем лимиты расходной части бюджета, - соответствующие финансовые операции не будут реализованы.

Ни у кого с правоведов не может возникнуть сомнения в том, что положения Закона от 21.04.2025 N 84-ФЗ вступили в явный конфликт с нормами федеральных конституционных законов и федеральными кодифицированными нормативными правовыми актами.

Например, в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 3 октября 2023 года по делу № 39-КГ23-9-К1 (Истцы: Красникова Л.Л, Орищенко П.В.) была подчеркнута фундаментальная роль судебных актов в правовой системе Российской Федерации. Суд обратил внимание, что в соответствии со статьей 6 Федерального конституционного закона от 31 декабря 1996 года № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации» и статьей 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (ГПК РФ), судебные постановления, вступившие в законную силу, обладают императивным характером и обязательны для исполнения всеми субъектами правоотношений. К таким субъектам относятся органы государственной власти, органы местного самоуправления, общественные объединения, должностные лица, а также физические и юридические лица. 1 Проводя анализ нормативной правовой базы федеральных кодифицированных законов, что несомненно носит императивный характер, следует безусловное и обязательное исполнение судебных актов, независимо от наличия или отсутствия соответствующего выделения ассигнований из того или иного бюджета Российской Федерации. Например, статья 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (ГПК РФ) 1 Аналогичные выводы сформулированы в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 20 августа 2024 г. № 18-КГ24-128-К (Истец: Баринов С.Л.) нормативно закрепляет принцип обязательности исполнения судебных постановлений, что подтверждается решениями Арбитражного суда г. Москвы от 17 февраля 2023 г. по делу N А40- 234583/2021 (АО «Технологическая компания «Центр», ИНН 7715918994) и от 22 февраля 2023 г. по делу N А40-256625/2022 (ГУ Государственного строительного надзора МО).

2

В 2005 году Конституционный Суд Российской Федерации, рассматривая дело о проверке конституционности отдельных положений федеральных законов о федеральном бюджете на 2003, 2004 и 2005 годы, а также Постановления Правительства Российской Федерации «О порядке исполнения Министерством финансов Российской Федерации судебных актов по искам к казне Российской Федерации на возмещение вреда, причинённого незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти либо должностных лиц органов государственной власти» (далее - Постановление КС РФ № 8-П), сформулировал ряд фундаментальных положений, имеющих существенное значение для теории и практики правоприменения [3].

Суд констатировал, что вступившие в законную силу судебные акты, вынесенные федеральными судами, мировыми судьями и судами субъектов Российской Федерации, в соответствии с положениями частей 1 и 2 статьи 6 Федерального конституционного закона «О судебной системе Российской Федерации», являются обязательными для исполнения всеми органами государственной власти, органами местного самоуправления, общественными объединениями, должностными лицами и иными физическими и юридическими лицами на всей территории Российской Федерации. Это требование носит императивный характер и подлежит неукоснительному соблюдению. В случае неисполнения судебного акта или проявления неуважения к судебной власти предусмотрены меры ответственности, регламентированные федеральным законодательством.

Особое внимание в Постановлении № 8-П было уделено внимание на обеспечение государством своих публичных функций, включая эффективную защиту прав и свобод граждан.

Конституционный Суд Российской Федерации обратил внимание на соблюдение конституционных норм граждан на судебную защиту, а 2 Аналогичные нормы также содержатся в статье 392 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (УПК РФ), статье 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) и статье 16 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (КАС РФ). Эти законодательные положения обеспечивают системное функционирование судебной системы, гарантируя соблюдение прав и законных интересов всех участников процесса. также на возможность возмещения вреда, причиненного незаконными действиями (бездействиями) органов государственной власти, органов местного самоуправления и их должностными лицами.

Конституция Российской Федерации, в частности статья 46 (часть 1), закрепляет право каждого на судебную защиту своих прав и свобод и, это положение должно стать непреодолимым препятствием со стороны государственных органов власти.

В связи с этим, государство обязано создавать эффективные механизмы для своевременного и полного исполнения судебных актов, что является необходимым условием для обеспечения принципа верховенства права и поддержания правовой стабильности [4].

Федеральный конституционный закон от 31 декабря 1996 года № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации» конкретизирует данное конституционное положение, устанавливая обязательный характер вступивших в законную силу судебных актов для всех субъектов права, независимо от их статуса (статья 6). Это положение подчеркивает императивность исполнения судебных решений и их ключевую роль в правовой системе Российской Федерации, обеспечивая их выполнение в рамках правового поля. Высший судебный орган РФ также отметил, что неправомерная задержка исполнения судебного акта должна рассматриваться как нарушение права на справедливое правосудие. Данное нарушение предполагает необходимость компенсации лицу, которому был причинен вред в результате задержки [5]. В этом контексте индексация взысканных судом денежных сумм представляет собой один из механизмов такой компенсации. Индексация, которая заключается в увеличении взысканных сумм с применением определенных коэффициентов, является процессуальной гарантией защиты имущественных интересов взыскателя от негативных последствий инфляционных процессов, происходящих в период между вынесением судебного акта и его фактическим исполнением [6].

Обращаем еще раз внимание, что Конституционный Суд Российской Федерации в своих постановлениях неоднократно подчеркивал, что неопределенность содержания правовой нормы препятствует ее единообразному толкованию, создает предпосылки для злоупотребления исполнительной властью своими полномочиями и порождает противоречивую правоприменительную практику. Это, в свою очередь, ослабляет гарантии защиты конституционных прав и свобод, может привести к правовому произволу и, соответственно, к нарушению принципов равенства и верховенства закона. Более того, само по себе нарушение требования определенности правовой нормы, что влечет ее произвольное толкование правоприменителем, является достаточным основанием для признания такой нормы не соответствующей Конституции Российской Федерации [7].

Следует отметить, что при определении механизма исполнительного производства законодатель должен руководствоваться не произволом, а необходимостью обеспечения когерентного регулирования соответствующих правоотношений. Данный подход предполагает формирование устойчивой правовой базы, которая бы гарантировала соблюдение конституционного принципа исполнимости судебных актов [8].

В рамках анализа правового регулирования необходимо подчеркнуть существование в действующем законодательстве института отсрочки или рассрочки исполнения судебных актов. Этот механизм детально регламентируется положениями статьи 324 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ), что позволяет обеспечить гибкость и адаптивность судебной системы в различных правовых ситуациях.

В Апелляционном Определении Воронежского областного суда от 09 июня 2020 г. по делу N 33-3022/2020 судом отмечено, что статья 324 АПК РФ не содержит исключений о невозможности ее применения к судебному акту об утверждении мирового соглашения, так же как и не исключает возможности одновременного применения, как отсрочки, так и рассрочки исполнения судебного акта. Как разъяснено в постановлении Пленума Верховного Суда от 17 ноября 2015 г. N 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства», по смыслу положений статьи 37 Федерального закона «Об исполнительном производстве», статьи 434 ГПК РФ, статьи 358 КАС РФ и статьи 324 АПК РФ основаниями для предоставления отсрочки или рассрочки исполнения исполнительного документа могут являться неустранимые на момент обращения в суд обстоятельства, препятствующие исполнению должником исполнительного документа в установленный срок. [9] Другими словами, разрешая вопрос о предоставлении рассрочки или отсрочки исполнения решения судебного акта, необходимо иметь ввиду, что его исполнение должно осуществляться не произвольно, а с учетом необходимости обеспечения баланса прав и законных интересов взыскателей и должников, соблюдения требований справедливости и соразмерности, не отменяя при этом судебного вердикта. [10] Резюмируя сказанному, можно отметить азбучную истину, что отправление правосудия, носит публичный характер, поскольку судопроизводство представляет собой обособленную ветвь государственной власти, выполняющую важную функцию в системе сдержек и противовесов, обеспечивающей баланс между различными институтами и предотвращающей концентрацию полномочий в одних руках.

Нам очень близка позиция С.К. Загайновой ввиду логики рассуждений относительно содержания и признаков определения документов, исходящих от органов судебной власти. Автором был сделан вывод о том, что «судебные акты - это юридические акты, выносимые судами при осуществлении функций правосудия и судебного управления, в которых реализуются цели судебной власти по обеспечению реализации прав, свобод, интересов субъектов правоотношений». [11] Именно в процессе функционирования судебной системы, посредством которой формируются судебные акты, нормы материального права приобретают свое истинное значение, предписанное законодателем, компетентные судебные органы тщательно анализируют права и обязанности участников правоотношений, что позволяет обеспечить правильное рассмотрение и разрешение конкретных дел. Судебное решение, как справедливо заметила Н. И. Масленникова, является важнейшим актом правоприменительной деятельности суда, сообщает норме материального права дополнительный «заряд энергии», необходимый для претворения в жизнь содержащихся в ней предписаний при отсутствии добровольного исполнения со стороны обязанных субъектов. [12] Подводя итог к сказанному, отмечаем, что механизм принудительного взыскания задолженности с того или иного бюджета обладает уникальной спецификой, детерминированной публичным статусом должника и структурными особенностями бюджетного процесса. Во-первых, временной лимит на исполнение исполнительного документа составляет три месяца, в отличие от пятидневного срока, установленного для добровольного исполнения обязательств другими участниками гражданского оборота. Во-вторых, нормативное регулирование данного процесса осуществляется не на основании Закона об исполнительном производстве, [13] а в соответствии с Бюджетным кодексом Российской Федерации, что подчеркивает его особый правовой статус и требует учета специфических институциональных аспектов при его реализации.

[14]

Положения статей 242.1—246.1-1 БК РФ регламентируют процессуальные аспекты исполнения судебных актов, дифференцируя их в зависимости от предмета судебного решения. В частности, детально урегулировано исполнение судебных актов о возмещении вреда и иных денежных взысканий, предъявленных к государственным и муниципальным органам. Кроме того, отдельно прописаны процедуры обращения денежных взысканий по обязательствам, возложенным на государственные или муниципальные учреждения.

Следует подчеркнуть, что отсутствие ассигнований в бюджете на текущий финансовый год не может служить основанием для неисполнения судебного решения. Этот вывод основывается на основополагающих принципах бюджетного права и финансовой дисциплины, а также на нормативных актах, регламентирующих бюджетный процесс и порядок исполнения судебных актов.

В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 28 мая 2019 г. N 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации (далее – Постановление Пленума ВС РФ) обращено внимание, что органы Федерального казначейства наделены полномочиями по организации исполнения исполнительных документов, предусматривающих взыскание денежных средств с казенных учреждений, имеющих лицевые счета в органах Федерального казначейства, и с главных распорядителей бюджетных средств, в чьем ведении находятся указанные юридические лица, при недостаточности лимитов бюджетных обязательств, доведенных казенным учреждениям для исполнения их денежных обязательств (пункт 7 статьи 161 БК РФ), - за счет средств соответствующего бюджета (статьи 242.3 - 242.6 БК РФ). Имущественные требования подлежат удовлетворению с выступающих самостоятельно в суде в качестве ответчиков казенных учреждений, осуществляющих свою деятельность за счет средств соответствующего бюджета бюджетной системы Российской Федерации и обеспечивающих исполнение денежных обязательств (пункты 2, 8, 9 статьи 161 БК РФ), а также с главных распорядителей бюджетных средств, в чьем ведении находятся эти учреждения, поэтому в резолютивной части судебных актов не содержится указания о взыскании денежных сумм за счет казны публично-правового образования.

Исполнение судебных актов по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного гражданину или юридическому лицу незаконными действиями (бездействием) государственных органов Российской Федерации или их должностных лиц (статьи 1069, 1070 ГК РФ), в том числе в результате издания государственными органами Российской Федерации актов, не соответствующих закону или иному нормативному правовому акту, возложено на Минфин России и осуществляется за счет казны Российской Федерации (пункт 1 статьи 242.2 БК РФ).

В процессе исследования нормативно-правового регулирования исполнения судебных актов, связанных с возмещением вреда, следует обратить особое внимание на пункт 20 Постановления Пленума ВС РФ № 13. Этот пункт четко указывает, что специальное правовое регулирование, закрепленное в пункте 6 статьи 242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации, не распространяется на правоотношения, возникающие в контексте исполнения судебных актов о взыскании денежных средств по обязательствам, вытекающим из государственных (муниципальных) контрактов.

В рамках рассматриваемой правовой ситуации, специфика исполнения судебных актов о взыскании денежных средств с казённых учреждений, регламентированная статьями 242.3–242.5 Бюджетного кодекса Российской Федерации (БК РФ), не может являться правовым основанием для освобождения должника от обязательства по уплате процентов, предусмотренных нормами статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ).

В Определении СК по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19 августа 2024 г. N 306-ЭС24-2423 по делу N А55- 14221/2023 суд пришел к выводу, что ст. 395 ГК РФ установлена ответственность за неисполнение денежного обязательства (неправомерное удержание денежных средств, уклонение от их возврата, иной просрочки в их уплате) в виде начисления процентов на сумму долга. Проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок (пункт 3 указанной статьи).

Положения данной статьи применяются к любому денежному обязательству независимо от того, возникло ли оно в материальных или процессуальных отношениях, в том числе к обязательству, возникшему в результате взыскания судом суммы судебных расходов. [15] Если исполнение судебного акта о присуждении указанной суммы в связи с рассмотрением спора с публично-правовым образованием осуществляется за счет казны публично-правового образования, применяются правила статьи 242.2 Бюджетного кодекса с учетом правового подхода, приведенного в пункте 23 Постановления Пленума ВС РФ N 13.

На основании проведенного анализа можно отметить, что реализация исполнительных документов, включая судебные решения и другие правовые акты, требующие финансового обеспечения из бюджета, возможна даже при дефиците бюджетных средств. Данный вывод основан на механизме перераспределения, установленном Бюджетным кодексом Российской Федерации.

Этот механизм позволяет эффективно управлять бюджетными потоками и реструктурировать расходы, что способствует временному покрытию дефицита финансовых ресурсов.

На основании положений главы 24.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации можно отметить, что данная правовая норма регулирует процедуру исполнения судебных актов, касающихся взыскания денежных средств из бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, а также бюджетов участников бюджетного процесса. Эта норма разработана с целью обеспечения четкой регламентации процедурных аспектов, что способствует правовой определенности и предсказуемости для всех вовлеченных сторон, тем самым укрепляя институциональную основу бюджетного правоприменения.

В то же время, положения Закона от 21.04.2025 N 84-ФЗ нарушают фундаментальное положение, закрепленное в статье 6 Федерального конституционного закона от 21 июля 1994 года № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» (в редакции от 31 июля 2023 года), где четко и категорично указано, что решения Конституционного Суда Российской Федерации обязательны для исполнения всеми органами государственной власти, включая представительные, исполнительные и судебные, а также органами местного самоуправления, юридическими лицами, индивидуальными предпринимателями.

Недоверие государства к гражданским институтам общества – явно противоречит интересам самого государства и конституционных норм Основного Закона страны.

Конституционный Суд Российской Федерации, неоднократно утверждая тезис «о соблюдении баланса публичных и частных интересов», презюмирует обязанность государства, поставленного соблюдать интересы гражданских институтов и общества в целом, возлагая на них определенную ответственность, и, вместе с тем, добросовестность.

Недоверие государства противоречит основам народовластия и соблюдению положений Конституции РФ высшей ценностью, что в конечном итоге, подрывает доверие общества к принимаемым нормативным правовым актам.

Представляется, что в рассматриваемом Законе от 21.04.2025 N 84-ФЗ законодателем допущено беспрецедентное смещение шкалы ценностей в пользу публичных интересов, в данном случае, государственных, что может привести к репрессивному характеру права, и неправомерному вторжению государства в право частной собственности.

Считаем, что для реализации Закона от 21.04.2025 N 84-ФЗ необходимо разработать механизмы, обеспечивающие четкое и однозначное понимание следующих аспектов: в каких случаях исполнение судебного решения может быть отложено, какие гарантии его последующего исполнения предусмотрены, а также какие компенсации предусмотрены для лица, ожидающего исполнения судебного решения. Это может включать кредитование с последующим погашением процентов по кредиту со стороны государства и другие меры поддержки.

Скачать