Государственно-правовые отношения Румынии и Сербии в контексте геополитических процессов на Балканах

• ЧЕМШИТ Александр Александровичдоктор политических наук, профессор, профессор кафедры «Социально-философские и политические науки» ФГАОУ ВО «Севастопольский государственный университет»aachemshit@mail.sevsu.ru
• ЧЕМШИТ Денис Александровичкандидат политических наук, доцент кафедры «Теория и история государства и права» ФГАОУ ВО «Севастопольский государственный университет»DAChemshit@sevsu.ru

В статье рассматриваются основные факторы, определяющие современные государственно-правовые румынско-сербские отношения. Проанализированы особенности взаимного восприятия и основные исторические претензии, прежде всего на область Банат; рассмотрены основные аргументы сторон, приводившиеся для обоснования этих претензий, а также обстоятельства, вызвавшие кризис двусторонних отношений и приведшие к их разрыву в 1941 г. Охарактеризованы воздействие фактора национальных меньшинств на современные отношения между двумя странами, роль НАТО и ЕС, а также Крайовской группы в этих отношениях.

Ключевые слова: Румыния, Сербия, Югославия, румынско-сербские отношения, нациоальные меньшинства, Банат, НАТО, ЕС, Крайовская группа

Актуальность. Как известно, Балканский регион, или Юго-Восточная Европа, традиционно является одним из наиболее чувствительных с точки зрения геополитики и международной безопасности регионов мира. Помимо активного вовлечения в региональные процессы внешних сил, важным фактором их развития являются отношения между внутрирегиональными субъектами, среди которых наиболее значимы Болгария, Греция, Сербия и Румыния. С учетом активного вовлечения Румынии, непосредственно граничащей с постсоветским пространством, в реализацию антироссийской политики НАТО в Черноморском бассейне и на Украине, представляет значительный интерес изучение характера и тенденций развития отношений Румынии с сопредельной ей Сербией, которая, в отличие от Румынии, стремится балансировать между Россией и Западом.

После начала СВО России на Украине Сербия, хотя формально и осудила нарушение «суверенитета» Украины, тем не менее, остается единственным государством на Балканах, которое не применило к России экономических санкций, несмотря на все более сильное давление со стороны ЕС. В связи с этим представляют интерес возможности и риски, определяемые характером румыно-сербских отношений, которые могут открываться для России.

Целью данной статьи является выявление основных факторов, определяющих современные румыно-сербские отношения. В отдельных аспектах данная проблематика рассматривается в трудах таких авторов, как Т. Биткова, Л. Бойя, М. Вакарелу, М.-А. Везуина, М. Дречин, А. Лошаков, З. Милошевич, В. Рамнеанту, С. Романенко, И. Шишкин и др. Традиционно Румыния всячески стремится избегать отождествления себя с Балаканами.

Однако, по словам Т. Битковой, «как бы элиты и гражданское общество Румынии ни стремились на Запад и сколько бы политики ни открещивались от «балканизма», он продолжает жить в самóм общественном жизнеустройстве» [1, с.241]. И как бы ни идентифицировали себя в Бухаресте, ничто не отменяет стремления Румынии утвердиться в качестве регионального лидера Юго-Восточной Европы. Отсюда важность балканского направления румынской политики.

Следует отметить, что, помимо весьма общего подхода ко всему региону, который можно обнаружить в документах и заявлениях румынской дипломатии, балканская политика Румынии наиболее заметна именно в отношениях с Сербией, где у Бухареста существует множество рычагов политического, экономического и гуманитарного влияния. Присутствие Румынии в других странах проявляется скорее косвенно: румынская активность реализуется через несколько региональных форумов, таких как Совет регионального сотрудничества, Процесс сотрудничества в Юго-Восточной Европе или Инициатива сотрудничества в Юго-Восточной Европе (SECI). Помимо этих форматов, Румыния участвует в миротворческих миссиях или миссиях по поддержанию правопорядка в Косово, Северной Македонии, Албании и Боснии и Герцеговине. В случае с Боснией стоит отметить, что Румыния в настоящее время является страной, предоставляющей наибольшее количество военнослужащих для европейской военной миротворческой миссии EUFOR-ALTHEA.

Также она предоставляет финансирование на проекты развития через агентство RoAID Министерства иностранных дел, но оно весьма ограниченное и скорее символическое. На этом фоне отношения с Сербией остаются самыми важными из всех двусторонних отношений Румынии на Балканах.

С Сербией Румынию объединяет не только географическая близость, но и исторические, религиозные и культурные связи. Считается, что между румынами и сербами, начиная со Средних веков, когда оба народа боролись против экспансии Османской империи, а затем против ее гнета, существовали добрые отношения и взаимопомощь, основанные на миссии защиты православия.

Современные румыны с удовольствием слушают сербскую музыку, читают произведения сербской литературы, а на сценах румынских театров ставят пьесы сербских драматургов, такие как «Профессионал» Душана Ковачевича. Румыния входит в число пяти стран-членов ЕС и четырех стран-членов НАТО, которые не признали «независимость» Косово, что особенно важно для Республики Сербия.

В румынском национальном фольклоре давно бытует поговорка, что у Румынии есть только два хороших соседа: Сербия (бывшая Югославия) и Черное море. Что касается сербов, то у них тоже нет негативного отношения к румынам - это, пожалуй, те соседи, с которыми они лучше всего ладят. С тех пор, как Румыния и Сербия установили дипломатические отношения 14 (26) апреля 1879 г., две страны никогда не вели друг против друга войн, а их дружба поддерживалась взаимными чувствами двух народов, как правило, не нуждаясь в особых дипломатических усилиях. Однако при более обстоятельном «погружении» в контекст румыно-сербских отношений такой взгляд оказывается довольно поверхностным.

С окончанием Первой мировой войны осенью 1918 г. обе страны оказались в числе госу- <+ дарств-победителей, получив право на территориальное расширение за счет земель, ранее принадлежавших побеждённой Австро-Венгрии.

Именно тогда Сербия стала на практике осуществлять проект создания объединенного государства южных славян, что создало некоторые очаги напряженности в отношениях с соседями. Как отмечает М. Вакарелу, «государственный проект южных славян был создан слишком рано, потому что в 1918 г. народы со слишком большой разницей в экономическом развитии были объединены в сербо-хорвато-словенское королевство. По этой главной причине оно не смогло стать функциональным, даже несмотря на усилия монархии по консолидации государства». По его мнению, «внешние удары разрушили югославскую конструкцию, ключевым моментом стало убийство короля Александра в 1934 г. в Марселе македонской организацией VMRO, действовавшей на нескольких уровнях, или хорватами. С этого момента юридические, конституционные и имиджевые узы государства исчезли. . Политика великих держав разрушила все остальное» [2]. Националистические движения в реорганизованной после войны на республиканских, федеративных и социалистических началах Югославии удавалось сдерживать благодаря личности хорвата И.Б. Тито, лидера югославских партизан, боровшихся как против нацистской Германии, так и против сербских монархических четников под предводительством Дражи Михайловича. В итоге под давлением Запада Черногория также вышла из состава Сербии, лишив ее выхода к морю и обрекая на роль второстепенного государства (следует учитывать, что большинство черногорцев, проживающих в самой республике, проголосовали за то, чтобы остаться в составе федерации, но черногорская диаспора склонила чашу весов в сторону независимости).

Именно в период рождения первой Югославии (1918-1920 гг.) между Бухарестом и Белградом возникли первые дипломатические разногласия по вопросу Баната. Здесь следует учитывать, что Румыния вступила в войну на стороне Антанты только после того, как великие державы, входившие в этот союз, пообещали ей, что в случае победы она сможет претендовать на территории бывшей Австро-Венгерской монархии, включая Банат. На Парижской мирной конференции (январь 1919 - июнь 1920 гг.) Сербия потребовала весь Банат до Муреша, а Румыния - ту же географическую область до Дуная, то есть включая сербский Банат. И Румыния, и Сербия, или Королевство хорватских и словенских сербов, хотели получить его целиком. 16 ноября 1918 г., через три дня после подписания Белградской военной конвенции между Антантой и венгерским правительством графа Кароля Михая, сербская армия вошла в Банат и заняла всю его территорию.

Доводы югославской стороны, представленные на Парижской мирной конференции, заключались в следующем:

- Белград не мог отказаться от своих соотечественников из Баната; - отказ от них привел бы к возникновению иредентистских движений и румыно-югославских конфликтов; - расширение румынского государства до Дуная и Тисы означало бы постоянную угрозу для Югославии. Долина Моравы оставалась бы открытой для вторжений; - если бы весь Банат был передан Румынии, пришлось бы менять столицу Белград, что стало бы национальным унижением.

В свою очередь, доводы румынской стороны, представленные на Парижской мирной конференции, состояли в том, что:

- Румыния также не могла отказаться от своих соотечественников из Баната; - Дунай должен быть естественной разделительной линией. Это естественное препятствие в случае конфликта и стратегическая цель для Румынии. Взамен Румыния гарантирует в Лиге Наций уважение автономии меньшинств в регионе; - канал Бега будет разрезан на две части; - свободный доступ к Дунаю и Тисе через долину Муреш будет закрыт; - линия границы перерезала бы железную дорогу Тимишоара - Базиаш, угольные шахты были бы отделены от Решицы; - если бы принцип этнической или языковой принадлежности применялся строго и неукоснительно, Румыния должна была бы без всякой апелляции потребовать сотни тысяч румын, поселившихся за Дунаем в Сербии, между долинами Тимок и Морава [3].

Связанная с вопросом о Банате напряженность в двусторонних отношениях преодолевается в 1921 г., когда совместная румынско-югославская комиссия провела переговоры о государственной границе. Тогда же король Сербии Александр Карагеоргиевич женится на румынской принцессе Марии. Считается, что королева Румынии Мария хотела стать своего рода «свекровью Балкан», поскольку выдала другую свою дочь замуж в греческую королевскую семью, а своего сына Кароля женила на греческой принцессе Елене. В том же 1921 г. Румыния и Королевство сербов, хорватов и словенцев стали основателями военно-политического союза под названием Малая Античная (вместе с Чехословакией), а в 1934 г. - другого военно-политического союза под названием Балканская Антанта (вместе с Грецией и Турцией), который рассматривался скорее как продолжение Малой Антанты в Юго-Восточной Европе.

Однако противоречия между Бухарестом и Белградом не были полностью сняты: «румынам досаждала оккупация сербской армией всего Баната вплоть до Арада в 1918 г.; грабежи - музеи в Тимишоаре и Араде до сих пор не получили обратно украденные вещи; операции по денационализации румын, которые продолжались с большей силой после 1945 г. и продолжаются с той же силой сегодня; сотрудничество с государствами, которые в разные периоды истории были менее дружелюбны к Румынии. Операции по денационализации включали в себя замену румынских священников в 1918 г., максимальное сокращение прав румын в Тимоче, которых сегодня насчитывается 300 тысяч, крепостную обработку румынских фамилий, преследование немногих румынских церквей в Сербии» [2].

Приход на пост министра иностранных дел Югославии в июне 1935 г. М. Стоядиновича, отличавшегося прогерманской ориентацией и взявшего курс на сближение с Болгарией, Италией, Венгрией и Германией, стал фактором, способствовавшим началу распада Малой Антанты и Балканской Антанты. Первое разочарование Румынии в Югославии произошло 24 января 1937 г., когда Югославия подписала в Белграде, вне и без консультаций со странами Балканского союза, договор о вечной дружбе с Болгарией. Второе разочарование Румынии принес распад Чехословакии (март 1939 г.), а вместе с ним и Малой Антанты, основной целью которой была борьба с венгерским ревизионизмом. Именно после этого события Венгрия стала проявлять все более настойчивое стремление восстановить свой суверенитет над Трансильванией, утраченный по итогам Первой мировой войны.

Третье разочарование Румынии в отношениях с Югославией имело место в 1940 г., когда Югославия признала Советский Союз, установив с ним дипломатические отношения как раз в тот момент, когда он стал претендовать на Бессарабию (29 марта 1940 г., речь народного комиссара иностранных дел СССР В.М. Молотова на сессии Верховного Совета СССР). Было очевидно, что Румыния больше не может полагаться на Югославию. В начале 1940 г. Румыния была полностью изолирована, в то время как Югославия успела уладить все свои конфликты с соседями Румынии, кроме Венгрии, но начала переговоры и с последней (они закончились в декабре 1940 г., всего за четыре месяца до того, как Венгрия напала на Югославию!). Оказалось, что Югославия, которая долгие годы сотрудничала с Румынией по линиям Малой и Балканской Антант, достигла соглашения со всеми своими врагами и врагами Румынии, для сдерживания которых и были созданы эти два альянса. Потеряв Бессарабию и Северную Буковину, Трансильванию и Южную Добруджу (Кадрилат), 29 сентября 1940 г. Румыния вышла из Балканской Антанты - союза, лишившегося какого-либо политического смысла. Однако после свержения прогерманского правительства Югославии румыны в основной массе надеялись, что югославы окажут сильное сопротивление и будут твердо стоять против немецких войск, сосредоточенных вдоль северной границы Югославии, и что сербы не будут так легко разбиты. Напротив, генерал Антонеску разрешил немцам использовать румынскую территорию для нападения на Югославию. Первые немецкие снаряды, упавшие на Югославию, были выпущены с румынских берегов Дуная. Антонеску выполнял приказы, которые поступали от Гитлера, но при этом сам никогда не нападал на Югославию напрямую и не занимал сербскую часть Баната, понимая, что румынский народ не поддержит его в этих действиях. Немцы и итальянцы безуспешно пытались склонить румын к разделу Югославии, в результате которого Румыния получила бы западную часть Баната - территорию, которая по Парижским договорам была закреплена за сербами. Немецкий министр в Румынии, барон Манфред фон Киллингер, настаивал на том, чтобы румынское правительство напало на Югославию, и поощрял соответствующие настроения в румынской прессе. Генерал Антонеску, однако, хотел любой ценой избежать войны с соседней страной, и поэтому отклонил предложение Германии занять сербскую часть Баната, откуда была выведена югославская армия, заявив при этом, что Венгрия также не должна аннексировать сербский Банат.

Причиной разрыва двусторонних дипломатических отношений Белграда и Бухареста 13 мая 1941 г. было признание Румынией Хорватского государства Анте Павелича, провозгласившего независимость 10 апреля 1941 г. В течение почти трех недель правительство Антонеску воздерживалось от этого шага, который, в отличие от него, сразу же сделали Венгрия, Словакия и Болгария. Решение о признании Хорватии было принято Антонеску без ведома румынского короля, что вызвало протест со стороны последнего, но всё, что мог сделать король в тех условиях – это дать прощальную аудиенцию югославскому послу в Бухаресте Авакумович. Последний, покидая страну, договорился с первым секретарем дип- миссии США Уэббом Бентоном о том, что американская миссия будет представлять югославские интересы в Румынии. Члены югославского посольства отплыли из Констанцы в Палестину, где уже находились король Петр II, его семья и члены свергнутого правительства Душана Симовича.

Отношения между двумя странами были восстановлены 24 января 1945 г. на уровне дипломатических представительств, однако уже в 1947- 1955 гг. имел место новый всплеск напряженности в румыно-югославских отношениях, когда под давлением СССР, в результате личного конфликта между Сталиным и Иосипом Броз Тито, все страны, где установились просоветские режимы «народной демократии», были вынуждены предать Тито и Югославию анафеме как «отступников» от учения Маркса-Ленина-Сталина. После смерти Сталина и возобновления Хрущевым советско-югославских дипломатических отношений отношения Румынии и Югославии немедленно восстановились и были повышены до уровня посольств 1 марта 1956 г. Они стабильно развивались, несмотря на определённые различия политических режимов.

Однако после распада Югославии, в драматических для югославских народов обстоятельствах агрессии НАТО 1999 г. румынское государство в лице президента Эмиля Константинеску разрешило американским самолетам использовать территорию Румынии для бомбардировки Белграда, чтобы заручиться благосклонностью США и их союзников в отношении принятия Румынии в НАТО и ЕС. К этому времени страна уже была во многом интегрирована в евроатлантические структуры: ещё 20 декабря 1990 г. Румыния присоединилась к Совету североатлантического сотрудничества в качестве члена-учредителя; в январе 1994 г. Румыния стала первой страной, которая присоединилась к программе НАТО «Партнерство ради мира»; также Румыния заключила соглашения о стратегическом военном партнерстве с США, Францией и Италией. Тем не менее общеизвестно, что народное мнение во время натовских бомбардировок было в подавляющем большинстве просербским, а значительное падение уровня поддержки президента Константинеску привело к его отказу баллотироваться на второй срок. Оценивая поведение своего правительства в период войны НАТО против Югославии, румынский профессор М. Дречин писал: «Предательство традиционного союзника-соседа, если вы делаете это по собственной инициативе, - это пятно на всю Историю. Его не исправить даже извинениями на коленях! Разве правящая в те годы CDR не знала, что генерал Ион Антонеску ответил Гитлеру в 1941 г., который предлагал нам сербский Банат в счет союза против СССР? Аргументация румынского лидера: сербы были и оставались единственными верными соседями румын на протяжении всей нашей истории!» [4].

Тогдашнее румынское руководство руководствовалось, однако, иными соображениями, рассчитывая ускорить процесс вхождения страны в НАТО. Уже на юбилейном (апрель 1999 г.) саммите НАТО в Вашингтоне был представлен План действий по членству, что было важным шагом для подготовки вступления Румынии в альянс. В дальнейшем Бухарест пытался нивелировать последствия своих действий в 1999 г. для своей репутации в глазах сербов, но с точки зрения последних его внешняя политика оставалась противоречивой. Так, 26 декабря 2018 г. министр иностранных дел Тудор Мелешкану заявил в Белграде, что вступление Сербии в ЕС будет приоритетом румынского председательства в Совете Европейского Союза. Однако в начале 2019 г. как об одном из самых амбициозных проектов румынского председательства было заявлено о поддержке ускорения переговоров о вступлении в ЕС Черногории (в 2017 г. уже ставшей членом НАТО). И это была не первая демонстрация поддержки Бухарестом вступления Черногории в ЕС. 7 ноября 2017 г. в Подгорице перед черногорскими и иностранными СМИ тот же министр Т. Мелешкану подчеркнул, что «Черногория - настоящий друг и партнер Румынии». Эта заявленная цель поставила Румынию в оппозицию Сербии, которую черногорский президент Мило Джуканович в конце 2018 г. обвинил в уничтожении Черногории на протяжении всей истории, на что получил ответ министра иностранных дел Сербии Ивицы Дачича: «Я бы хотел, чтобы у нас никогда больше не было общего государства с Черногорией». Что касается Румынии, то сразу после выхода Черногории из федерации с Сербией в 2006 г. она признала новое государство, установила дипломатические отношения и открыла посольство в Подгорице [5]. В то же время Белград открыто поддерживает позицию сербской общины в северном Косово (где усилилась напряженность) и политику руководства Республики Сербской в Боснии и Герцеговине. Такой внешнеполитический курс ставит Белград в позицию враждебности по отношению к своим евроатлантическим партнерам, что сказывается и на отношениях с Румынией.

Важнейшим устойчивым фактором влияния со стороны Бухареста является румынское меньшинство в Сербии, проживающее в двух регионах:

в автономном крае Воеводина и в северо-восточной Сербии (район, известный как Тимоцкая долина). Здесь действуют два генеральных консульства Румынии - в Варшеце и Заечаре (един- ственное генеральное консульство Сербии находится в Тимишоаре). Результаты переписи 2022 г. показывают, что 23 044 человека идентифицировали себя как румыны или 0,35% населения (по сравнению с 34 576 в 2002 г. - 0,46%), а 21 013 человек объявили себя «влахами» (0,32% населения). Однако со стороны Румынии звучат другие цифры: «При населении всего в 7,2 миллиона человек, которое сокращается, 350 тысяч румын составляют 5%» [2]. В отношениях с Сербией с 2009 г. действует Совместная комиссия по национальным меньшинствам, основанная на положениях межправительственного румыно-сербского соглашения о сотрудничестве в области защиты национальных меньшинств, подписанного в 2002 г. и действующего с 2004 г. Протокол, подписанный 1 марта 2012 г. постоянными представителями Румынии и Сербии при ЕС, содержит конкретные обязательства по защите прав лиц, принадлежащих к национальным меньшинствам, начиная от представительства меньшинств в парламенте и заканчивая разрешением на строительство церквей или обеспечением права на образование на родном языке Однако в Румынии высказывают недовольство тем, что румынское национальное меньшинство в Сербии искусственно разделено на румын (в Банате, то есть Воеводине) и влахов (на юге Дуная), а сербское государство поощряет влашскую идентичность, отличную от румынской. Так, в феврале 2020 г. Румынская академия обратилась к Сербской академии искусств и наук с письмом в поддержку румын в соседней стране, где власти до сих пор используют термины «влахи» и «влашский язык» для разделения этнических румын. В письме отмечались «трудности, с которыми сталкиваются румыноязычные граждане Сербии при использовании румынского языка в повседневной жизни».

Раскол румынской общины в Сербии негативно отразился и на дипломатических отношениях между двумя странами. На 2011-2012 гг. пришелся пик румыно-сербской напряженности в связи с проблемой влахов Тимокской долины. В феврале 2012 г. Румыния отказалась на первом этапе переговоров дать Белграду зеленый свет на предоставление статуса страны-кандидата в члены ЕС, потребовав гарантий справедливого отношения к цыганскому меньшинству Сербии.

Вопрос о румынах в Тимокской долине – это уязвимое «досье», которое может привести к ухудшению отношений с Сербией. Как считают многие в Бухаресте, этнические румыны здесь не пользуются теми правами и свободами, которые сербское государство предоставляет жителям Воеводины. Различия в обращении между двумя регионами в плане использования румынского языка в образовании, отношений с администрацией и признания религиозной автономии сохраняются до сих пор. В связи с этим неоднократно высказывались мнения о том, что Румыния должна поддержать Сербию в процессе вступления в ЕС только в том случае, если права этнических румын будут соблюдаться на всей территории Сербии. Регулярно звучат требования введения румынского языка в качестве обязательного предмета в школах тех общин, где проживает большое количество румын, и признания Румынской православной церкви в Восточной Сербии и на всей территории страны. Последнее обосновывается тем, что право на свободу вероисповедания является универсальным и связано с Копенгагенскими критериями, которым Сербия должна соответствовать для вступления в ЕС, а не с переговорами между Сербской и Румынской православными церквями. Такая праворадикальная партия, как «Альянс за объединение румын» (AUR), уже позиционирует себя как выразитель националистической повестки дня и защитник прав румын в Сербии.

С другой стороны, в Сербии существует альтернативная, антирумынская историческая концепция, рассматривающая Румынию как искусственный проект этносоциальной инженерии. В соответствии с ней в Эрделе (Трансильвании), Валахии и Молдавии изначально жили сербы, эти территории входили в состав Сербской Православной Церкви, там писали на кириллице, использовали сербский язык в государственном управлении и молились Христу в православных церквях на церковнославянском языке. В подтверждение приверженцы этой концепции ссылаются на румынских историков, которые называют этот период своей истории «славянским». Проект изначально начали осуществлять под контролем Габсбургов через насаждение унии в Эрделе (представители народа, обращенного в унию, были признаны отдельным этносом под названием «валахи»).

«Этноцид сербов, происходивший на протяжении нескольких столетий на территории нынешней Румынии (с XVII по ХХ вв.), позволил создать с помощью социальной инженерии румын и их государство», - отмечает З. Милошевич [6, c.15]. Он утверждает, что Запад давно преследует цель скрыть существование в прошлом общей границы между землями, населенными сербским и русским народами, и ради этого поддерживал румынизацию сербов в Эрделе, Валахии и Молдавии, являющихся исконными сербскими территориями с первых веков нашей эры. По его оценке, «румынский язык», который стал распространяться в этих областях с XVI-XVII вв., поначалу обозначал не <+ язык «румынского народа» (который еще не существовал), а был «названием письменного языка, нормы которого сформировались иезуитской Арделянской школой в Трансильвании для православных, принявших унию».

Среди крупнейших деятелей Арделянской школы выделялись Самуил Мику и Иона Будай-Деляну. Помимо распространения этого языка, созданного на основе латиницы, перед ними стояла задача убедить студентов в том, что они «румыны», происходящие от римлян из древнеримской провинции Дакия. Как отмечает З. Милошевич, именно участники движения Арделянской школы в 1791 г. сформулировали «требование об объединении валашской, трансильванской и молдавской наций на идеологических принципах Великой французской революции. Именно тогда впервые появилось политическое требование об объединении народов, которые на сегодняшний день представляют собой румынскую нацию. Сторонники Арделянской школы создали румынский язык, правописание, грамматику и румынский национализм» [7].

Исходя из таких позиций, цель создания Румынии в 1856 г. видится в том, чтобы геополитически разделить Сербию и Россию. Изначально именно Россия считалась главной угрозой для объединения т.н. «Дунайских княжеств» Валахии и Молдавии в унитарное государство Румыния; в свою очередь, продвигавшие дако-романский националистический проект западные державы и папство стремились к превращению Валахии и Молдавии в бастион против России. Осуществленные для этого культурные реформы позволили изменить «этнонимы и наименования государств, а также языки, алфавиты, традиции, быт, флаги, государственные границы и другие элементы национальной идентичности людей» [7].

Несмотря на эти исторические противоречия, в настоящее время двустороннее экономическое и культурное сотрудничество между Сербией и Румынией находится на подъеме, а торговля товарами, как важнейший сегмент экономических отношений, демонстрирует постоянную тенденцию к росту. В 2022 г. общий объем торговли увеличился на 40,21%, причем экспорт вырос на 51,38%, а импорт - на 36,86%. Сербия занимает 5-е место в экспорте Румынии в страны, не входящие в ЕС, и 7-е место по положительному сальдо торгового баланса с этими же странами. Основные экспортные товары за последние годы: минеральные продукты; металлические изделия, части и принадлежности автотранспортных средств; легковые автомобили и другие автотранспортные средства; первичная сельскохозяйственная продукция; оборудование для морского транспорта; машины, электроприборы и оборудование; цветные металлы и металлические изделия. Основные товары импорта: сырые минеральные продукты, нефтяные масла и битум; провода, кабели, электрические провода; части и принадлежности моторных транспортных средств; электрическая аппаратура для телефонии; автоматические машины для обработки данных, химикаты, металлические изделия. В период с 2015 по 2021 гг. объем двусторонней торговли удвоился и достиг почти 2 миллиардов евро, несмотря на некоторые временные трудности, вызванные пандемией.

Кроме того, недавно в Тимишоаре представители правительств двух стран подписали соглашение о соединении автомагистрали Тимишоара - Моравита со скоростной дорогой Белград - Ватин, что обеспечит очень важную связь между Румынией и Сербией, а также с сетью дорог на Западных Балканах и в Южной Европе. По данным Национального банка Румынии, по состоянию на 31.12.2021 г. прямые иностранные инвестиции Румынии в Республику Сербия составили 133 млн евро. Одной из крупнейших румынских инвестиций в Сербии является завод по производству теплоизоляционных панелей TeraSteel в Лесковаце. Текущая 7-летняя программа трансграничного сотрудничества Сербии и Румынии в рамках IPA получает самую большую сумму из всех аналогичных программ между двумя странами, разработанных ЕС (74,5 млн евро), и была первой, одобренной Европейской комиссией [8]. С 2016 г. Румыния приняла правовую базу для предоставления официальной помощи в целях развития (ОПР) и гуманитарной помощи путем создания РОАИД, которая начала действовать в 2018 г. Помощь по линии ОПР в основном направляется в соседние страны, а основным бенефициаром является Республика Молдова.

Объем ОПР для Сербии в 2017-2021 гг. неуклонно растет: 2017 г. - 6,60 млн леев (1,44 млн евро); 2018 г. - 8,64 млн леев (1,86 млн евро); 2019 г. - 10,55 млн леев (2,23 млн евро); 2020 г. - 11,95 млн леев (2,47 млн евро); 2021 г. - 12,13 млн леев (2,47 млн евро). Проекты, финансируемые за счет ОПР, осуществляются в сфере образования, модернизации государственных учреждений, медицины/ здравоохранения, управления чрезвычайными ситуациями, борьбы с трансграничной преступностью, изменения климата, борьбы с коррупцией, устойчивого развития. Пример проекта, финансируемого Румынией в 2020 г. (в условиях пандемии): проект «Поддержка образования детей в неблагополучных районах» заключался в приобретении 60 планшетов для детей, проживающих в неблагополучных районах Республики Сербия - Тимокского края, для поддержки онлайн-образования.

Динамично развивается и культурное сотрудничество, в том числе благодаря статусу Румынии как специального гостя престижной книжной ярмарки в Белграде, а также активизация контактов между людьми в контексте номинации Нови- Сада и Тимишоары в качестве культурных столиц Европы в 2022 и 2023 гг. соответственно. Двустороннее соглашение в области образования, науки, культуры, молодежи и спорта было подписано 27 июня 2022 г. в ходе официального визита в Бухарест министра иностранных дел Республики Сербия Николы Селаковича.

Визит президента Сербии Александра Вучича в Румынию в марте 2018 г. скорее подчеркнул огромный, но неиспользованный потенциал румынской дипломатии. Президент Румынии Клаус Йоханнис заявил 8 марта 2018 г., что Румыния готова выступить посредником в поиске компромиссного решения для края Косово, которое позволит Сербии вступить в Европейский Союз: «Урегулирование вопроса Косово станет огромным шагом в европейском направлении для всего региона Западных Балкан, и здесь мы будем поддерживать тесный контакт, чтобы вместе обсудить возможные решения и ту роль, которую Румыния может сыграть в решении этого вопроса. Мы готовы, я подчеркиваю, мы готовы участвовать в поиске хороших решений для всего региона».

Глава Сербии также заявил о готовности его страны к компромиссу: «Для нас косовский вопрос – это очень большая проблема, но мы будем стремиться найти компромиссное решение. Чтобы найти это решение, нужны минимальные желания. Я убежден, что Румыния во время своего председательства в Совете ЕС в 2019 году поставит вопрос о вступлении западнобалканских стран в Европейский союз в число первоочередных» [9]. Заявления двух президентов кажутся очень интересными, но у нас нет общих рамок, в которых можно было бы оценить ценность и эффективность румынской инициативы. Румынская дипломатия могла бы сыграть важную роль, но только при условии, что западные государства, одобрившие независимость Косово, захотят так изменить статус края, чтобы дать сербам хотя бы символическое удовлетворение. В этом случае Румыния могла бы претендовать на роль посредника на переговорах. В Румынии также считают, что их страна могла бы сыграть свою самостоятельную роль при условии, что она предложит Сербии что-то очень важное, например, облегченный доступ к ресурсам природного газа. Газовые ресурсы в Черном море, планы по распределению которых уже разрабатываются, позволили бы Румынии создать стратегическое преимущество, но пока об этом не идёт речи [10].

Новым инструментом регионального взаимодействия, открывающим дополнительные возможности для развития румынско-сербских отношений, стал четырехсторонний формат международного диалога Болгария–Греция–Румыния– Сербия – Крайовская группа, созданная на саммите глав правительств Болгарии, Румынии и Сербии, проходившего 24 апреля 2015 г. в румынском городе Крайова, к которой в октябре 2017 г. присоединилась Греция. Объединяющая православные государства, она, однако, сосредоточена на экономических и технологических аспектах регионального взаимодействия.

На саммите Крайовской группы 29 марта 2019 г. в Бухаресте, в котором приняли участие премьер-министры Румынии Виорица Дэнчилэ, Республики Болгария Бойко Борисов, Республики Греция Алексис Ципрас и президент Республики Сербия Александр Вучич, была принята совместная декларация, в которой подчёркивалась «важность продолжения регулярного диалога между четырьмя государствами, который представляет собой функциональную основу для регионального сотрудничества, способствующего укреплению атмосферы доверия и партнерства в регионе», а также подтверждалось, что «Румыния, Республика Болгария и Греческая Республика решительно и активно поддерживают европейский курс Республики Сербия и ее усилия по выполнению критериев вступления».

Страны-участницы четырехстороннего диалога придают особое значение дальнейшему развитию регионального и приграничного сотрудничества с целью «укрепления территориальной сплоченности приграничных регионов, их конкурентоспособности и устойчивости посредством взаимовыгодных проектов». Они подтвердили поддержку региональных проектов, в частности, в области транспорта, энергетики, информационных и коммуникационных технологий, а также молодежи и спорта, в целях содействия общему развитию и связности региона. Было заявлено намерение продолжать усилия по развитию транспортных маршрутов и расширению сети TEN-T в Юго-Восточной Европе, уделяя особое внимание транспортным коридорам Запад-Восток и Север-Юг. Также подчеркивалась важность «макрорегионального подхода, стимулирующего экономический рост и создание рабочих мест, в том числе в рамках Стратегии ЕС для Дунайского региона (EUSDR), Инициативы трех морей (TSI) и Стратегии ЕС для Адриатического и Ионического региона (EUSAIR)». Страны-участницы Крайовской группы договорились изучить возможности создания Европейской группы территориального сотрудничества (EGTC) для развития сотрудни- <+ чества в Юго-Восточной Европе. Особое значение они придают развитию газопроводов, «включая Вертикальный коридор и введение в эксплуатацию газового интерконнектора Греция-Болгария, газового интерконнектора Болгария-Румыния, газового интерконнектора Болгария-Сербия, интерконнектора Румыния-Сербия, как ключевых элементов общей европейской энергетической безопасности и как вклада в реализацию Энергетического союза» [11].

Таким образом, современные отношения между Румынией и Сербией являются результирующей воздействия комплекса противоречивых факторов. В их «активе» находятся отсутствие исторического опыта прямых военных конфликтов между ними, взаимная психологическая расположенность основной массы населения двух стран и готовность их правительств к диалогу и компромиссам по существующим проблемам. Напротив, в «пассиве» мы видим наличие почвы для потенциальных территориальных претензий (Банат) и реальную практику использования этих государств внешними силами друг против друга (события 1940-х гг. и 1999 г.). В настоящее время Румыния используется как инструмент воздействия ЕС и НАТО на Сербию для реализации своих геополитических целей, связанных как с принуждением Белграда к признанию независимости Косово, так и с противодействием российскому влиянию на Балканах. В этом контексте изолированность Сербии и амбивалентность ее внешнеполитического курса (ориентация на ЕС при стремлении сохранять дружественные отношения с Россией) обусловливают ее высокую геополитическую уязвимость.

Попытки наиболее значимых балканских государств наладить между собой внутрирегиональное взаимодействие по типу Крайовской группы на сегодня демонстрируют их вторичный, технический характер, исключающий возможности превращения их в факторы роста геополитической самостоятельности государств региона.

Такое взаимодействие происходит под плотным контролем НАТО и ЕС и является скорее фактором сдерживания Сербии. Все это свидетельствует о том, что, несмотря на дружеский характер румынско-сербских отношений, Румыния в них выступает с доминирующих позиций, представляя себя как своего рода «адвоката» Сербии в ЕС и НАТО (что отчасти напоминает многолетнюю роль Польши в отношении Украины). Однако такая позиция связана не с реальным силовым превосходством Румынии, а с проевропейской политикой Сербии, порождающей ее зависимость от поддержки таких государств, как Румыния.

Список литературы

1. Биткова Т.Г. Румыния и Балканы: Политические и историко-культурные аспекты. – Актуальные проблемы Европы. - 2021. - №2 - С.233-252.
2. Marius Vacarelu. Geopolitica Serbiei. – URL: https://adevarul.ro/blogurile-adevarul/geopoliticaserbiei -1613329.html
3. Vasile Rămneanţu. Relaţiile românoiugoslave în primii ani ai perioadei interbelice. – URL: https://www.romania-actualitati.ro/emisiuni/istorica/ relatiile-romano-iugoslave-in-primii-ani-ai-perioadeiinterbelice-id122128.html
4. Mihai D. Drecin. Serbia, Kosovo și România. – URL: https://www.crisana.ro/stiri/controverse-14/ serbia-kosovo-si-romania-197649.html
5. Florin Anghel. România se implică în competiţia geopolitică din Balcani şi susţine aderarea la UE a Muntenegrului. – URL: https://www.info-sudest.ro/romania-se-implica-in-competitia-geopoliticadin-balcani-si-sustine-aderarea-la-ue-amuntenegrului
6. Милошевић З. Српско питање и Румунија (Или зашто је праведно да Србија и Русија имају заједничку границу) // Румунија и румунизација Срба / приредио Зоран Милошевић. - Шабац: Центар академске речи, 2018 (Бања Лука: Маркос). - С.15-41.
7. Милошевич З. Геополитическое значение Румынии. – URL: https://regnum.ru/article/2699603
8. Silvia Davidoiu: The friendship between Romanians and Serbs continues to inspire us today. Interview with H.E. Silvia Davidoiu, Ambassador of Romania to Serbia, by Dragan Nikolić. – URL: https:// www.diplomacyandcommerce.rs/silvia-davidoiu-thefriendship-between-romanians-and-serbs-continuesto-inspire-us-today/
9. Declarația de presă comună a Președintelui României, domnul Klaus Iohannis, cu Președintele Republicii Serbia, domnul Aleksandar Vučić. – URL: https://www.presidency.ro/ro/media/politica-externa/ declaratia-de-presa-comuna-cu-presedintelerepublicii-serbia-domnul-aleksandar-vucic
10. Horațiu Pepine. Relația cu Serbia, o frumoasă legend. 08.03.2018. – URL: https://www. dw.com/ro/rela%C8%9Bia-cu-serbia-ofrumoas C4%83-legend%C4%83/a-42890947
11. Reuniunea în format cvadrilateral România- Bulgaria-Republica Elenă-Serbia, la Palatul Snagov. – URL: https://www.deepl.com/translator#ro/ru/ Reuniunea%20%C3%AEn%20format%20 cvadrilateral%20Rom%C3%A2nia-Bulgaria- Republica%20Elen%C4%83-Serbia%2C%20la%20 Palatul%20Snagov. Spisok literatury:
12. Bitkova T.G. Rumyniya i Balkany: Politicheskie i istoriko-kul’turnye aspekty. – Aktual’nye problemy Evropy. - 2021. - №2 - S.233-252.
13. Marius Vacarelu. Geopolitica Serbiei. – URL: https://adevarul.ro/blogurile-adevarul/geopolitica-serbiei -1613329.html
14. Vasile Rămneanţu. Relaţiile româno-iugoslave în primii ani ai perioadei interbelice. – URL: https://www.romania-actualitati.ro/emisiuni/istorica/ relatiile-romano-iugoslave-in-primii-ani-ai-perioadei-interbelice-id122128.html
15. Mihai D. Drecin. Serbia, Kosovo și România. – URL: https://www.crisana.ro/stiri/controverse-14/ serbia-kosovo-si-romania-197649.html
16. Florin Anghel. România se implică în competiţia geopolitică din Balcani şi susţine aderarea la UE a Muntenegrului. – URL: https://www.info-sudest.ro/romania-se-implica-in-competitia-geopolitica-din-balcani-si-sustine-aderarea-la-ue-a-muntenegrului
17. Milosheviћ Z. Srpsko pitaњe i Rumuniјa (Ili zashto јe pravedno da Srbiјa i Rusiјa imaјu zaјednichku granicu) // Rumuniјa i rumunizaciјa Srba / priredio Zoran Milosheviћ. - SHabac: Centar akademske rechi, 2018 (Baњa Luka: Markos). - S.15-41.
18. Miloshevich Z. Geopoliticheskoe znachenie Rumynii. – URL: https://regnum.ru/article/2699603
19. Silvia Davidoiu: The friendship between Romanians and Serbs continues to inspire us today. Interview with H.E. Silvia Davidoiu, Ambassador of Romania to Serbia, by Dragan Nikolić. – URL: https:// www.diplomacyandcommerce.rs/silvia-davidoiu-the-friendship-between-romanians-and-serbscontinues-to-inspire-us-today/
20. Declarația de presă comună a Președintelui României, domnul Klaus Iohannis, cu Președintele Republicii Serbia, domnul Aleksandar Vučić. – URL: https://www.presidency.ro/ro/media/politica-externa/ declaratia-de-presa-comuna-cu-presedintele-republicii-serbia-domnul-aleksandar-vucic
21. Horațiu Pepine. Relația cu Serbia, o frumoasă legend. 08.03.2018. – URL: https://www.dw. com/ro/rela%C8%9Bia-cu-serbia-o-frumoas C4%83-legend%C4%83/a-42890947
22. Reuniunea în format cvadrilateral România-Bulgaria-Republica Elenă-Serbia, la Palatul Snagov. – URL: https://www.deepl.com/translator#ro/ ru/Reuniunea%20%C3%AEn%20format%20cvadrilateral 20Rom%C3%A2nia-Bulgaria-Republica%20 Elen%C4%83-Serbia%2C%20la%20Palatul%20 Snagov.

Скачать