Эволюция законодательства привлечения работников клиники пластической хирургии к уголовной ответственности

Решение актуальных проблем, связанных с реформированием и совершенствованием правовой системы современной России, в большой степени зависит и от исследования и усвоения исторического опыта, знания тех правовых процессов, которые были свойственны, произошли в России раньше. Неучет исторического опыта, его достижений и просчетов, достоинств и недостатков правовых норм других эпох влечет однобокость при разработке современного законов, повторению старых ошибок.

Вопрос об ответственности врачей за смерть или ущерб, нанесенный здоровью пациентов при выполнении ими своих профессиональных обязанностей, всегда вызывал оживленные споры.

Государственная политика в отношении врачебных ошибок колебалась от снисходительности до ужесточения наказаний, при этом учитывались религиозные и моральные ценности, преобладающие в обществе на каждом историческом этапе [7, с. 58].

Данная тема разработана недостаточно, выявлен недостаток научных исследований, посвященных ей. Цель исследования – изучение эволюции законодательства привлечения работников клиники пластической хирургии к уголовной ответственности. Его результаты могут быть использованы при проведении дальнейших научных исследований по данной теме. Ответственность медицинских работников в России исторически формировалась под влиянием общественного мнения о справедливости и развития медицинских знаний.

Изначально, врачебная деятельность была тесно связана с церковью, что отражено в Уставе князя Владимира, где лекари находились под ее защитой и юрисдикцией. В то же время, самостоятельная практика знахарей и волхвов считалась преступной и жестоко наказывалась. Устав князя Владимира также определял, что дела о колдовстве и других опасных для людей действиях подлежат рассмотрению в церковном суде. В 1686 году Петр I издал Боярский приговор, значительно усиливший ответственность врачей, запрещающий им совершать действия, угрожающие жизни больного. Поводом для его создания послужил трагический случай, когда действия двух врачей привели к летальному исходу, и последовавшему за этим судебному разбирательству.

При Петре I врачебная деятельность стала более упорядоченной. Важным правовым актом той эпохи стал Артикул воинский 1715 года, который, помимо прочего, касался и медицины, определяя многие аспекты уголовного права. Впервые в российской юридической практике для установления связи между действиями обвиняемого и последствиями преступления было предложено проводить судебно-медицинскую экспертизу [4, с. 85-87].

Эти документы стали отправной точкой для формирования правовых норм, обязывающих медицинских работников не совершать действий, угрожающих жизни и здоровью пациентов [5, с. 38-42].

В Уложении 1845 года (в редакции 1885 года) содержался раздел 7 «О нарушении уставов врачебных». Уложение включало наказания за преступления, совершаемые медицинскими работниками. В рамках данного Уложения медицинские работники несли ответственность за различные нарушения, включая врачебные ошибки, возникшие из-за недостаточной квалификации, отказ в оказании необходимой помощи нуждающемуся в ней больному, а также незаконную медицинскую деятельность, особенно если она сопровождалась использованием сильнодействующих препаратов и причинением вреда здоровью пациента.

Это позволило законодателю создать целостную систему защиты прав пациентов и регулирования отношений в сфере медицинского права.

В дальнейшем уголовная ответственность медицинских работников постепенно получала более четкое правовое оформление. В частности, Уложение 1903 года в статье 1522 предусматривало ответственность врачей за неоказание помощи нуждающимся в ней пациентам.

После революции 1917 года старые законы, регулировавшие медицину и другие сферы, перестали действовать. Поэтому новые реформы в здравоохранении, которые активно проводило советское правительство, требовали создания новой правовой базы, чтобы упорядочить работу врачей и других медицинских работников.

В УК РСФСР 1922 года выделялись преступления, совершаемые лицами, обладающими специальными профессиональными знаниями, в частности, медицинскими работниками. К ним относились: незаконное проведение абортов, отказ в оказании медицинской помощи. Также медицинские работники несли ответственность за причинение смерти и телесных повреждений по неосторожности.

Декрет ВЦИК и СНК от 01.12.1924 являлся основополагающим документом, всесторонне регламентирующим сферу здравоохранения и фармацевтики. Этот декрет определял юридические основы деятельности врачей и других медицинских специалистов, закреплял их положение в обществе, устанавливал порядок получения права на занятие медицинской практикой и регулировал проведение хирургических вмешательств.

Таким образом, он обеспечивал защиту прав как медицинского персонала, так и лиц, обращающихся за медицинской помощью.

УК РСФСР 1926 года расширил перечень деяний, включив в него несоблюдение санитарных норм и правил борьбы с эпидемиями, нелегальную медицинскую практику, а также за подделку медицинских документов, таких как свидетельства и справки.

В силу норм УК РСФСР 1960 года, уголовная ответственность медицинского работника наступала, при нарушении им установленных правил медицинской деятельности [6].

Одним из новых положений стало введение ответственности за нарушение врачебной тайны. УК РФ 1996 г. содержит следующие составы, включающие ненадлежащее исполнение своих обязанностей медицинскими работниками: ч. 2 ст. 109 УК РФ; ч. 2 ст. 118 УК РФ; ч. 4 ст. 122 УК РФ; ст. 124 УК РФ, п. «в» ч. 2 ст. 238 УК РФ.

Данные преступления, именуемые в юридической литературе ятрогенными, характеризуются специальным субъектом и совершаются в связи с профессиональной деятельностью. Объективная сторона указанных составов включает в себя медицинскую небрежность. Наиболее распространенными статьями, применяемыми для квалификации таких деяний, являются части 2 статей 109 и 118 УК РФ, а также статья 124 УК РФ. Аналогичные случаи оказания медицинской помощи, относящиеся к одному и тому же виду услуг или выполняемые специалистами одной и той же профессии (например, хирургами или акушерами-гинекологами), могут быть квалифицированы по-разному с точки зрения уголовного права [2, с. 125-136].

Вместо того, чтобы доказывать, что обвиняемый сознательно нарушил требования безопасности при оказании медицинских услуг (что является ключевым элементом преступления по статье 238 УК РФ), следствие и прокуратура в первую очередь обращали внимание на то, была ли услуга платной или бесплатной.

Фактически, решающим фактором становится, можно ли считать пациента потребителем медицинской услуги с точки зрения закона о защите прав потребителей. Если установлено, что медицинская помощь была оказана бесплатно, действия обвиняемого обычно квалифицируются по ст.ст. 109 или 118 УК РФ.

Учеными предлагалось сузить применение п. «в» ч. 2 статьи 238 УК РФ применительно к медицинским работникам. Уголовное преследование по этой статье должно быть оправдано только в случаях серьезных или систематических нарушений установленных правил медицинской практики, например, при умышленно некорректном использовании оборудования.

Нарушение врачами и медицинскими работниками профессиональных обязанностей является угрозой как для конкретных пациентов, так и для здоровья населения в целом, поскольку подрывает доверие к системе и снижает качество оказываемой помощи [3, с. 46-49].

Проблема с применением п. «в» ч. 2 ст. 238 УК РФ в медицинской сфере заключалась в расширительном толковании понятия «потребитель» из-за особенностей редакции статьи. Не было оснований для разграничения платных и бесплатных медицинских услуг в контексте ответственности за причиненный вред. Тем не менее, врачей, оказывавших бесплатную помощь, признавали виновными по этой статье.

Суды, используя аналогию с договором в пользу 3-го лица (ст. 430 ГК РФ), утверждали, что пациент, получающий помощь по ОМС, является «потребителем», так как медучреждение получает оплату от страховой компании [1].

Федеральный закон № 514-ФЗ от 28.12.2024, внес в ст. 238 УК РФ примечание, исключающее из-под ее действия оказание медицинскими работниками медицинской помощи, не соответствующей требованиям безопасности.

Это нововведение стало важным событием для медицинского сообщества. До этого момента правоприменительная практика в сфере здравоохранения вызывала серьезные опасения. Правоохранительные органы и суды все чаще использовали, опираясь на Закон «О защите прав потребителей» и ошибочно трактовали медицинскую помощь как «медицинскую услугу». Подмена понятий позволила привлекать врачей к ответственности, что вело к приравниванию системы здравоохранения к сфере услуг, упрощая и обесценивая труд медицинских работников.

Данная реформа не означает полной декриминализации их деятельности, поскольку в Уголовном кодексе остаются другие статьи, которые могут быть применены. Наиболее значимой из них является часть 2 статьи 109 УК РФ. Кроме того, в распоряжении правоохранительных органов остаются статьи 118, 124, 293 и другие статьи УК РФ.

Решение Президента и Федерального Собрания РФ, хотя и является шагом в сторону восстановления социальной и профессиональной справедливости и снимает с медицинских работников обвинения в преднамеренности совершения ошибок, не решает всех проблем. В частности, понятие «медицинская услуга» порождает неопределенность при квалификации соответствующих деяний.

Остается открытым вопрос, будет ли исключение из статьи 238 УК РФ распространяться лишь на оказание помощи по ОМС, или же оно коснется и платных медицинских услуг, оказываемых на основании договоров. Разъяснение этого вопроса требует официальной интерпретации нормы права, а также судебной практики. Буквальное толкование формулировок, использованных в Законе № 514-ФЗ от 28 декабря 2024 г., не позволяет однозначно утверждать о полной неприкосновенности врачей перед законом.

Данное примечание не учитывает весь спектр медицинских манипуляций и услуг, существующих в здравоохранении. Оно рассматривает лишь их часть. Примечание не распространяется на действия немедицинских работников.

Указанное примечание к ст. 238 УК РФ не может служить универсальным руководством для толкования правовых норм в пользу медицинских работников. Его влияние ограничено конкретной статьей, к которой оно относится.

Ранее, если врачи или другие медицинские работники допускали ошибки при оказании медицинской помощи или услуг, что приводило к смерти пациента или причинению тяжкого вреда его здоровью, эти действия квалифицировались по статьям 109 (часть 2) и 118 (часть 2) УК РФ. Однако, начиная с 2020 года, следственные органы все чаще стали квалифицировать такие деяния по статье 238 УК РФ.

По мнению автора, изменение в подходе к квалификации ятрогенных преступлений связано, в частности, со сложностью расследования таких дел и длительностью проведения судебно-медицинских экспертиз. Поскольку статьи 109 и 118 УК РФ относятся к преступлениям небольшой тяжести, длительное расследование часто приводило к истечению срока давности привлечения к уголовной ответственности.

Активное применение статьи 238 УК РФ в случаях ятрогенных преступлений позволяло следователям избегать истечения сроков давности и применять к подозреваемым (обвиняемым) более строгую меру пресечения, такую как заключение под стражу.

Таким образом, проведенное исследование дает возможность сделать вывод, что ответственность за анализируемые преступления развивалась поступательно и прошла долгий этап становления. Изначально, врачебная деятельность была тесно связана с церковью. При Петре I врачебная деятельность стала более упорядоченной, принятые документы (Боярский приговор, Артикул воинский) стали отправной точкой для формирования правовых норм, обязывающих медицинских работников не совершать действий, угрожающих жизни и здоровью пациентов. В Уложении 1845 года содержался раздел 7 «О нарушении уставов врачебных», что позволило законодателю создать целостную систему защиты прав пациентов и регулирования отношений в сфере медицинского права. Уголовное законодательство предусматривало ответственность медицинских работников как за преступления против личности, так и за преступления против здоровья населения, при нарушении данными работниками установленных правил медицинской деятельности. С 08.01.2025г. медицинские работники не несут уголовную ответственность за оказание медицинской помощи, не соответствующей требованиям безопасности.

Однако это не учитывает весь спектр медицинских манипуляций и услуг, и не распространяется на действия немедицинских работников.