Правовые аспекты формирования общего биржевого пространства ЕАЭС

Евразийский экономический союз (далее – ЕАЭС) был образован более 10 лет назад, и за этот период ожидаемо занял прочное место в общей системе мировой экономики и региональной экономики Евразийского пространства государств в частности. Изначально формирование единого экономического пространства было продиктовано стратегической значимостью развития взаимоотношений государств-участников, появлением качественно новых точек роста, поиском более эффективных инструментов как национального, так и регионального экономического развития.

Сегодня ЕАЭС включает не только государства-участники, но и государства-наблюдатели, прямым образом не реализующих функции внутри объединения. Развивается выдвинутая несколько лет назад Президентом РФ идея о стратегическом расширении взаимодействия и на АСЕАН, и на ШОС – так называемая «интеграция интеграций», а экспертное сообщество крайне положительно оценивает сложившееся партнерство одного из лидеров ЕАЭС – России – и Всестороннего регионального экономического партнерства. Уже очевидно, что в современных условиях ЕАЭС позиционирует себя как ядро континентальной интеграции, предполагается, что стратегическая важность данного экономического объединения сохранится и в дальнейшем. Тем более что все участники и наблюдатели заинтересованы в достижении этого результата [2].

Руководство ЕАЭС заинтересовано как в глобальном развитии экономики государств-участниц, так и в активной трансформации отдельных направлений деятельности. Экономика – сложное, многогранное объединение, сочетающее в себе совокупность различных правоотношений финансового, денежно-кредитного, иного характера. Одной из значимых составных частей этого образования выступает формирование и развитие общего биржевого пространства.

Как в контексте функционирования единой экономики какого-либо региона, так и в целом в мировом масштабе необходимость создания единого биржевого пространства уже давно подтверждена и учеными-экономистами, и правоведами. В теории под данным термином подразумевается формирование общего правового режима реализации профессиональными участниками экономической деятельности функций по организации торгов, клиринга, депозитарной составляющей работы участников рынка ценных бумаг, с параллельным установлением правил доступа эмиссионных ценных бумаг к торгам внутри данного объединения [4].

Нормативной основой формирования на территории ЕАЭС единого биржевого пространства выступает Концепция создания общего финансового рынка Союза (далее – Концепция), а также Дорожная карта по формированию общего биржевого пространства в рамках ЕАЭС (далее – Дорожная карта), которые были утверждены решением Высшего Евразийского экономического совета ЕАЭС от 01.10.2019 г. № 20. Предполагается, что более конкретными источниками правового регулирования необходимо рассматривать два соглашения: о допуске брокеров и дилеров одного государства-участника ЕАЭС к участию непосредственно в организованных биржевых торгах других государств-членов. Предметом второго соглашения выступает организация трансграничного допуска к размещению и обращению ценных бумаг на организованных торгах в государствах-участниках пространства. Как отмечают эксперты, именно эти два соглашения в совокупности с указанными выше Концепцией и Дорожной картой позволяют сформулировать общее представление законодателя о направленности и перспективах правового регулирования общего биржевого рынка [4].

Кратко проанализируем каждое из представленных соглашений ввиду их особой практической значимости. Так, первое предполагает, что биржевые правоотношения между двумя государствами-участниками ЕАЭС реализуются на основании формирования особого национального режима, в рамках которого осуществляется регистрация бирж для допуска, соответственно, брокеров и дилеров. Важно, что такая деятельность осуществляется на основании лицензии, которую обязуется выдать государство-участник, чьего происхождения выступает брокер или дилер.

Иными словами, необходимо говорить о наличии принципа взаимного признания лицензий, который в таких правоотношениях является основополагающим. В свою очередь, уполномоченные органы государственной власти в отношении таких субъектов имеют право применения мер воздействия, юридической ответственности, а также четко реализуют непосредственно контрольно-надзорные функции. Данное условие выступает обязательным и, по нашему мнению, стратегически значимым.

Предметом регулирования второго соглашения также выступает формирование особого национального режима, и в целом его экономико-правовые характеристики схожи с описанным выше механизмом. Отметим, что и здесь устанавливаются правила привлечения к юридической ответственности в случае нарушения определенных норм о реализации организации трансграничного допуска к размещению и обращению ценных бумаг на организованных торгах в государствах-участниках пространства, что подчеркивает не декларативный характер установления описанных выше правовых норм, а их реальное внедрение в практику, а значит, явную нацеленность законодателя на поступательное развитие биржевых правоотношений в регионе в целом [1].

Обратим внимание, что Дорожная карта также предполагает разработку и реализацию и ряда других правовых источников, что, опять же, показывает очевидную заинтересованность законодателя в создании качественного единого правового регулирования общего биржевого пространства на территории ЕАЭС [5].

В реализации этой функции законодатель в значительной степени ориентируется на уже имеющийся позитивный опыт правовой регламентации общего биржевого пространства – например, это регулирование, используемое в пределах Европейского Союза (далее – ЕС).

В ЕС биржевые правоотношения получили свое развитие еще в 70-х годах ХХ века, и соответствующая законодательная база начала формироваться в этот же период. Последовательно были разработаны и приняты несколько профильных Директив, которые впоследствии дополнялись и видеоизменялись, однако ключевым документом эксперты называют Директиву, принятую в 2004 г., поскольку именно через принятие Директивы о рынках финансовых инструментов получило свое правовое закрепление приобретение статуса регулируемого рынка.

Интересно, что в 90-е годы, несмотря на совокупность принятых профильных документов, тем не менее, экспертное сообщество оценивало правовое регулирование как точечное, неполноценное, недостаточно развитое. Поэтому далее правовой регламентации создания единого биржевого пространства было уделено более серьезное внимание, в т.ч. через привлечение научно-исследовательских институтов и образовательных организаций. Впоследствии такие целенаправленные действия законодателя привели к желаемому результату [7].

Перечислим далее основные тенденции правового регулирования формирования общего биржевого пространства на территории ЕС, которые были использованы или могут быть использованы при разработке правовой регламентации биржевых правоотношений уже на территории ЕАЭС. В частности, это формирование и разработка обязательных правил, определяющих нормативную основу общего биржевого пространства по совокупности отдельных направлений. Так, урегулирован правовой статус участников профессионального рынка ценных бумаг, порядок организации расчетной инфраструктуры и т.д. Регламентированы принципы, на основе которых действует общее биржевое пространство – в частности, это принципы лицензионного порядка осуществления деятельности, взаимного признания лицензий (тот самый принцип, который уже сегодня активно используется на территории ЕАЭС), защиты общих ценностей, равенства и добросовестности, а также ряд иных. На территории ЕС также создан и профильный субъект, объединяющий участников биржевых правоотношений, – это Федерация европейских фондовых бирж, среди ключевых функций которой, прежде всего, регулятивная и информационная.

Таким образом, мы видим, как одновременно с формированием профильного правового регулирования ЕС также действует по принципу создания необходимой инфраструктуры, установления особого субъекта правоотношений, который выполнял бы аккумулирующую функцию и позволял бы «объединить в одном лице» всех участников биржевого рынка, и т.д. Т.е., формирование общего биржевого пространства на территории ЕС основано на принципах законности, комплексности, системности, целевой направленности. Эти же основополагающие начала мы можем наблюдать и среди современных характеристик правового регулирования биржевых правоотношений уже в рамках ЕАЭС.

И.М. Лифшиц и А.С. Смбатян в своем исследовании [6] приводят также анализ правовой регламентации статуса единого биржевого пространства в других регионах, отмечая позитивные черты, актуальные для имплементации. В частности, это Тихоокеанский альянс, Южноамериканский общий рынок и ряд иных. Авторы отмечают, что вне зависимости от особенностей экономики конкретного государства-участника подобного объединения, в той или иной степени каждое из них заинтересовано в формировании общего биржевого рынка, поскольку биржевая деятельность качественно влияет на развитие национальной экономики. Авторы пишут, что в подобных экономических пространствах, где есть явные «сильные» и «слабые» стороны, часть государств выполняют одновременно и лидирующую, и компенсаторную функцию. Т.е., занимают превалирующее положение, «берут на себя» выполнение основной части обязанностей по формированию единого биржевого пространства. Такое взаимовыгодное сотрудничество позволяет создать необходимый базис даже при существенных различиях характеристик государств-участниц.

Для ЕЭАС такая тенденция характерна в меньшей степени, чем, например, для стран Африки. Однако в ЕАЭС выделяется очевидный лидер – это Россия, которая значительно превосходит своих партнеров, в т.ч. и по качеству правового регулирования. Это проявляется в двух аспектах. Во-первых, регламентация биржевых правоотношений в российской практике в достаточной степени развита на национальном уровне.

Так, Московская биржа традиционно входит в пятерку лучших мировых, в целом же отечественный фондовый рынок стабильно держится среди 20 лучших мировых по уровню капитализации.

Такая практическая активность, с одной стороны, порождает необходимость в детальном правовом регулировании, с другой же – уже должна быть на таком регулировании основана. Это мы можем наблюдать, если проанализируем пласт законодательных источников, регламентирующих биржевые правоотношения – и, прежде всего, это профильный ФЗ от 21.11.2011 г. № 325 ФЗ «Об организованных торгах».

Таким образом, уверенность в правовой составляющей на национальном уровне, высокое практическое развитие биржевых правоотношений внутри государства приводят к тому, что Россия обладает наибольшим правотворческим опытом среди других государств-участников объединения, в большинстве случаев в формировании законодательства ЕАЭС инициатором выступает именно Россия.

Явное правотворческое лидерство России можно наблюдать и при сравнительном исследовании правового регулирования биржевой деятельности внутри государств-участниц. Например, в правовых источниках Республики Армения сами по себе термины «брокер», «дилер» и ряд других отсутствуют, хотя очевидно, что такая деятельность в государстве осуществляется. Законодательство Республик Беларусь и Киргизия вовсе исключает участие в биржевых торгах нерезидентов. Все это в результате привело к необходимости разработки качественного нового правового регулирования общего биржевого пространства, ведь национальное законодательство государств-участников ЕАЭС не идеально в этом выражении. Отметим, что и в российском праве к регламентации биржевых правоотношений есть некоторые вопросы, в т.ч. в терминологических аспектах [3; 9].

Особое внимание эксперты обращают на разрешение вопросов цифровой трансформации. Так, те же И.М. Лифшиц и А.С. Смбатян [6] пишут о сложностях во внедрении электронного документооборота – к примеру, в Республиках Армения и Киргизии это направление отсутствует на законодательном уровне. Мы наблюдаем явную разноуровневость в цифровых аспектах, в которых существуют государства-участники, и это автоматически предполагает, что развитие биржевых правоотношений в странах реализуется с разной степенью эффективности. Еще один минус – коллизии в правовом регулировании, которые наблюдаются при проведении сравнительного исследования законодательства государств-участников, и это также свидетельствует о необходимости разработки единых стандартов.

В числе таких источников можно обозначить, к примеру, Распоряжение Коллегии Евразийской экономической комиссии от 23.08.2022 г. № 140, которым определяется внедрение цифровых технологий в процедуру государственных и муниципальных закупок. Однако этот документ, скорее, исключение, чем правило. Так, М.Г. Мустафаев обращает внимание, что формирование единого правового пространства, исключение коллизий и пробелов на национальном уровне – это основная задача, которая сегодня стоит перед законодателем на уровне ЕАЭС в контексте реализации процессов цифровой трансформации. Это касается в т.ч. и правовой регламентации биржевых правоотношений как таковых [8].

Перечислим далее некоторые иные актуальные правовые аспекты, касающиеся особенностей формирования единого биржевого пространства на территории ЕАЭС в современных условиях:

– акцент законодателя не только на принятие актов прямого действия, но также на разработку типовых, модельных документов, что в своей совокупности позволит эффективно реализовать императивно-диспозитивный метод регу- лирования, т.е., одновременно сохранить и устойчивость правовой регламентации, и оставить определенную вариативность для биржевых правоотношений; – использование в правовом регулировании программного подхода, который, в частности, способствует всестороннему изучению особенностей формирования единого биржевого пространства, комплексному анализу законодательства государств-участников, а также позволит разработать более качественное правовое поле; – продолжение формирования профильных объединений – например, ассоциаций профессиональных участников рынка ценных бумаг. Как и при создании любого другого подобного объединения, традиционно это способствует обмену опытом, выработке качественно новых точек зрения и на правовое регулирование, и на практику применения; – иное [4].

В общем и целом, как видно из представленного выше анализа, разработка правового регулирования общего биржевого пространства в мировой практике широко распространена, причем это касается не только развитых стран, но и государств со сложной экономической ситуацией.

Биржевая составляющая национальной экономики позволяет активно повышать доходную часть бюджета, поэтому государства уделяют существенное внимание развитию биржевой торговли.

На территории ЕС правовое регулирование биржевой деятельности формировалось, начиная с 70-х годов ХХ века, и этот путь продолжался сложным, длительным образом. Это свидетельствует о том, что для ЕАЭС, созданного чуть более 10 лет назад, разработка профильного законодательства в области формирования единого биржевого пространства только стартовала. Определенные успехи в этом отношении уже есть, однако, как видно из представленного анализа, правовое регулирование обладает явным несовершенством, точками для поступательного роста, и лидером здесь вполне ожидаемо выступает Россия [3].

Кратко обозначим ключевые результаты представленного выше научного исследования по теме. На международном уровне, как и в национальной экономике биржевая деятельность широко распространена, поскольку способна вносить существенный вклад в экономику государства. Для региональных экономических пространств это параллельно может стать эффективным способом устранения собственного дефицита за чужой профицит – на некоторых приведенных выше примерах это можно наблюдать вполне явно. На территории ЕАЭС соответствующее правовое регулирование биржевой деятельности сегодня только начинает свое формирование, хотя определенные позитивные сдвиги в данном направлении уже имеются. В работе, в частности, приводятся характеристики некоторых ключевых правовых источников: это Концепция создания общего финансового рынка Союза, Дорожная карта по формированию общего биржевого пространства в рамках ЕАЭС, а также два соглашения, заключаемые в рамках реализации представленных документов. Во многом региональное законодательство ориентируется и на национальное право государств-участников, однако в полной мере это сделать нельзя, поскольку национальное правовое регулирование отличается явным несовершенством, что касается и явного лидера в правотворчестве – России [2; 6].

По опыту ЕС можно сделать вывод о том, что формирование единого правового регулирования занимает довольно продолжительный период, в идеальном выражении предполагает включение в правотворческие процедуры представителей экспертного и научного сообществ, а также преподавателей образовательных организаций.

Иными словами, правовое регулирование формирования общего биржевого пространства ЕАЭС реализуется планомерно и поступательно, не без явных проблемных аспектов, однако это говорит о наличии актуальных точек для дальнейшего поступательного развития.